Вечный. Книга II (СИ)

Прежде чем попробовать извлечь щепку, я кое — как развернулся и скинул с плеч рюкзак, который чудом остался со мной. Внутри имелись и несколько комплектов перевязочных бинтов с заживляющим гелем и стимуляторы. Прежде чем извлекать щепку из раны, я внимательно осмотрел её. Главное понять в какую сторону растут волокна. Если начать двигать в неправильную сторону, то можно лишь усугубить своё положение.
Но с этой задачей я разобрался быстро. Закинул в рот один из бинтов и сжал зубы, после чего с силой надавил на щепу. Боль оказалась адской, но щепа сдвинулась с места на несколько сантиметров.
Раз за разом я проталкивал щепку, пока она не вывалилась с другой стороны. Сразу за этим я использовал одну дозу обеззараживающей мази и покрыл рану заживляющим гелем, после чего крепко перебинтовал руку.
Эти процедуры забрали последние капли силы. Я лежал вверх лицом и смотрел, как понемногу темнеет небо. Сил не осталось. Около получаса мне потребовалось на то, чтобы хоть немного прийти в себя и напомнить о том, где я оказался. Глухой лес посреди первого меридиана. До ближайшего людского поселения десятки, если не сотни километров. Да и где оно находится?
Общая сеть работала только в поселениях. И сейчас я не мог определить, даже в какой стороне находится Иш, не говоря уже о том, в какую сторону мне нужно двигаться. Возможно, Юри сможет мне помочь, хотя бы укажет направление. Сейчас же мне нужно пережить ночь.
Я встал на ноги и осмотрелся. Ночной лес казался полным опасности, я не хотел рисковать. Поэтому выбрал самый разумный ход. Начал взбираться вверх по тому самому дереву, на которое приземлился, после того, как выпал из флаера. Несмотря на раны, подъём к вершине оказался не таким уж и сложным. Ветки, словно специально, росли в шахматном порядке и довольно часто. Мне требовалось только сохранять равновесие.
В верхней трети дерева я нашёл отличное место. Основной ствол разделялся на три больших ветви, и посредине образовалась небольшая площадка метр на метр. Мне больше и не нужно. Скинув рюкзак, я прислонился к стволу и начал прислушиваться.
Всё время мне казалось, что кто — то подкрадывается снизу. Десятки раз я перевешивался с площадки и смотрел вниз. Никого. Мозг настолько вымотался от этих переживаний, что я не заметил, как заснул.
— Шейд, проснись, — тихий и спокойный голос Юри вывел меня из сна.
— Опасность? — тут же спросил я и посмотрел вниз, никто ли не подкрадывается ко мне снизу.
— Нет, всё спокойно. Тебе нужно обработать раны, иначе они могут воспалиться…
Я кивнул и приступил к делу.
Снять старые повязки, обработать раны и перевязать руку снова.
Порез и рана от щепки выглядели не лучшим образом. Кожа воспалилась и покраснела. Двигать рукой всё ещё было сложно.
— Ты понимаешь, в какую сторону нам нужно двигаться? — спросил я у Юри.
— Это зависит от того, куда ты собираешься. Прежде чем грузовой флаер атаковали, мы успели преодолеть примерно половину пути до рудника. В этой местности практически нет поселений, так что придётся выбрать, куда ты направишься: обратно на тренировочную базу или к руднику? До любой из этих точек около двухсот километров.
Новости оказались нерадостными. Один, без еды, воды и оружия. Винтовка осталась во флаере. Без должного количества припасов и в окружении тварей меридианов, которые могут напасть в любой момент. Пробовать преодолеть расстояние в одиночку — самоубийство.
Похоже, мозг у меня работал ещё не очень хорошо. Так как я только сейчас подумал о том, что флаер не мог улететь далеко. В тот момент, когда меня выбросило взрывной волной, он уже накренился и падал. Только вот он легко мог преодолеть и двадцать и тридцать километров, прежде чем разбился о землю. Грузовые флаеры — крепкие машины. Внутри легко могли остаться выжившие: Аника, Рейн, пилот и остальные бойцы отряда. Если найти их, то шансы на выживание повысятся многократно.
Я встал на ноги и взобрался на самую верхушку дерева в надежде увидеть дымный след или что — то подобное, что могло указать на то, куда именно улетел флаер. Ничего.Бесконечный лес одеялом раскинулся насколько хватало глаз.
 
— Я могу высчитать примерную траекторию, куда, предположительно, должен был упасть флаер… — предложила Юри.
Не успел я дать согласие, как ИИ помощник вывела перед глазами карту. На ней красными точками светились два маркера: то место, где находился я и большой круг, где мог упасть флаер. На первый взгляд расстояние не такое уж и большое. Около тридцати километров. Подготовленный человек может преодолеть их за три — пять часов.
Только вот я находился в отнюдь не тепличных условиях. Меридианы — не то место, где можно двигаться по прямой, не обращая внимания ни на что вокруг. Даже Вечные не могут позволить себе подобной роскоши.
План сложился сам собой. Нужно воссоединиться с теми, кто остался на борту флаера и уже вместе думать, как выбираться. Возможно, если флаер сохранил возможность передачи сообщений, то получится вызвать другой транспортник, который подберёт нас.
Хотя сомнительно, что кто — то из офицеров пошлёт сюда дорогие и дефицитные машины во время войны домов, особенно ради пятёрки рекрутов и одного пилота… Если во время крушения выжил хоть кто-нибудь.
Чувствовал я себя всё ещё плохо. Тело ломило и болело, но я понимал, если спасательная операция и случиться, то мне лучше находится на месте крушения, а не где — то в дебрях меридианов. Поэтому пересилил мольбы организма и начал спускаться на землю.
Колючий кустарник внизу заставил меня задержаться. Он сплошным, десятиметровым кругом окружил дерево и имел острые колючки. Проблема состояла в том, что у меня не было ножа, чтобы проделать себе путь наружу. Единственное оружие, которое у меня осталось — это копьё на поясе.
Пришлось медленно пробираться, постоянно отцепляя от себя загнутые, словно рыболовецкие крючки, колючки.
— Юри, как повлияло на тебя установка улучшения органов чувств?
Я и сам чувствовал, что стал видеть лучше. Если сосредоточиться, то я мог рассмотреть каплю росы на травинке в тридцати метрах от меня. Обоняние и слух тоже стали чуть лучше, но проверить это на практике у меня пока не получилось.
— Контроль пространства немного улучшился. Теперь я могу замечать более мелкие детали и на большем расстоянии. Но это пока нельзя назвать полным, боевым анализом. Нам предстоит ещё много работы, пока я смогу отслеживать всё…
В лесу было тихо. Даже слишком. Тихое журчание воды где — то слева, едва слышимый шелест листвы над головой, лёгкий скрип деревьев на ветру — всё это воспринималось, как нечто естественное. Но всё равно чего — то не хватало.
Я сразу взял хороший темп. Не бегом, но так, чтобы и я и Юри могли отслеживать обстановку вокруг и предвидеть надвигающуюся опасность. Минуты сменялись одна за другой, прошёл час, за ним и второй. Мне так и не попалось ни единого монстра. Лишь несколько раз я видел старые отпечатки раздвоенных копыт какого — то четвероногого животного. И их размер мне не понравился. Слишком большой. Примерно полметра в диаметре и около тридцати сантиметров глубиной.
Не знаю, что это за животное, но мне не хотелось бы с ним встречаться.
Несмотря на все мои страхи, я быстро продвигался до намеченной на карте точки. Временами мне начали попадаться металлические обломки флаера. Это подхлестнуло меня, и я практически побежал, не забывая посматривать по сторонам.
На то, чтобы добраться до останков флаера, у меня ушло чуть больше пяти часов. И я всё же нашёл его. Первые признаки я заметил издалека: поваленные деревья, части обшивки. Чем дальше я заходил, тем больше подтверждений попадалось — я на правильном пути.
Крыша флаера показалась внезапно. Я не выдержал и побежал. Увиденное не порадовало. От тяжёлой машины мало что осталось. Небольшие, скорее декоративные, крылья отломаны, половину грузового отсека оторвало при падении, и она лежала чуть в стороне. Ясно одно — этой птичке больше никогда не подняться в воздух.