Патол. Акт второй: Мир теней (СИ)

Но чем ниже я опускался, тем плотнее была застройка и выше строения. А всё из-за того, что круги были ограничены по площадям. Жить же поближе к центру города хотели многие. Вот и получалось, что начиная с пятого и заканчивая седьмым кругом, город напоминал горб. Самые высокие и скученные по количеству домов были в шестом круге. А в пятом и седьмом можно было встретить даже небольшие поместья, но и в них хватало “высоток” по четыре пять этажей.
Мои родичи жили хоть и в седьмом круге, но буквально возле стены с восьмым. Когда я говорил буквально, то имел ввиду то, что с одной стороны дом упирался в стену. Если мне память не изменяет, то дом имел только три стены, в то время как четвёртая была городской стеной. Короче только благодаря тому, что дом располагался у разделяющей круги стены, то он был не таким уж и большим и имел даже небольшой дворик.
В живую я его ещё пока не видел, но найти и узнать я его смогу легко, в этом мне поможет память. Что, собственно, и произошло. Дом был действительно небольшим, если сравнивать его с другой часть этого же круга. Но даже так он был в три этажа. Ранее, нашей семье принадлежали все три этажа. Когда я говорю нашей, то имею ввиду всю нашу родню в две семьи. При этом жилыми были только верхние два. Лично я жил на третьем этаже.
Внешне дом напоминал этакую пирамиду из трёх ступеней, где грань одного уровня была плоской крышей и площадкой для второго. Естественно, что чем выше, то тем меньше был домик. Первый этаж сдавался нашей семьёй с чего и жили. На данный момент, если мне не изменяет зрение, то там располагалась какая-то лавка травников. И, судя по всему, даже не принадлежащая какой-то конкретной секте или семье.
А что совсем не плохо, мне дополнительный доход совсем не помешает, тем более и травники — это полезные люди. Время, к которому я добрался до дома родственников было уже утреннее, так что я сразу направился на второй этаж. Да если бы было ещё ночь я бы тоже не особо, то и церемонился бы.
С чего бы мне о них заботиться если они стали причиной смерти родителей этого тела. Да, они для меня посторонние люди, но к родителям я всегда относился трепетно и без разницы что для меня они не являются таковыми. Зато они являются таковыми для этого тела. А вот родственники для меня вообще никто, так что и угрызений совести меня мучить не будут.
Поднявшись по лестнице, что была на территории внутреннего двора, стены что перекрывали к ним проход я просто перепрыгнул. Ну а чего мне париться. Даже если на мои действия и обратит кто внимание я был полностью в своих правах, что и система подтвердит. Вот в этом тут точно удобно, даже мудрить не надо, достаточно призвать систему в свидетели и всё.
Я тихо и даже мирно постучал во входную дверь. Встретить тут кого-то сильно и тем более влиятельного я не рассчитывал. Наш дом не был лакомым кусочком, а дядя, насколько помню давно уже застрял на этапе закалки кожи. Даже если он и прорвался за свой предел в то, что он будет сильнее Бестии я не верил.
Так что, когда открылась дверь, за которой стоял легко узнаваемый дядя, я только и произнёс “Привет”. После чего не замысловато въехал ему в пятак. Бил я не совсем силы, хотя и хотелось, боялся пришибить ненароком. Но даже так от моего удара он улетел внутрь дома. А я спокойно вошел в дом и аккуратно закрыл за собой дверь.
Из-за поднятого мной и дядей шума в гостиной, в которую и улетел дядя от моего удара, начали собираться местные жильцы. В гостиную с криком влетела жена дяди, то есть моя тётя, а вслед за ней и их дочь, моя сводная сестра. Сводный брат так и не появился, толи его не было дома, толи он отселился на этаж выше и скоро появится. Но на крики он так и не вышел.
Пройдя в просторную комнату я осмотрелся и молча отправился к стоявшему в углу кресло. В котором я с удовольствием и устроился, вытянув ноги. Но не успел я даже расслабиться, как входная дверь, которую я, между прочим, закрыл аккуратно, с хлопком о стенку открылась. А нас почтил своим вниманием мой брат, что ворвался в комнату. Он с диким взором уставился сначала на отца, а потом перевёл его уже и на меня.
 
А посмотреть там было на что. Дядя всё-таки смог прорваться, завершив свою закалку тела. Вот только выйти за её пределы уже не смог, видать не стал тратить средства, предпочтя вложить их в детей. Других причин объяснить, как этот увалень, что даже по старой памяти не отличался особым умом и трудолюбием, смог прорваться к уровню закалки духа.
Так вот по поводу посмотреть. Дядя завершил закалку своего тела, благодаря чему смог сделать его невероятно прочным. Мой же удар не только разбил его закалённое тело, но и нехило так его покорёжило. Не зря я боялся, и если бы ударил в полную силу, то мог бы ему и голову проломить. А так жить будет, и даже почти целым.
Я было напрягся, увидев степень закалки своего сводного брата, но быстро расслабился, даже по косвенным причинам он был в разы слабее меня. Что уже говорить о моём зрении что видело все недостатки в его развитии и закалке. А оно, кстати, сделало новый шаг вперед, неожиданно задумался я, раньше так глубоко в других людей я смотреть не мог.
Думать мне совершенно ничего не мешало. Даже попытка моего братца ударить меня не отвлекла меня от размышлений, в которые я погрузился. А потом и вовсе посмотрел на него как на подопытного и прошептав “посмотрим” и начал действовать. Братец, конечно, пробовал сопротивляться, только это у него не особо-то и получалось.
Всего парой ударов, в особо тонкие места его закалки, я смог разогнать его систему, чего она естественно вынести не могла и пошла в разнос. От чего уже он свалился на пол и подвывая скрутился в позу эмбриона. За эти доли секунд, что длилось наше противостояние в доме воцарилось тишина, разрываемые только стонами моего брата.
— Поговорим? — улыбаясь спросил я, садясь обратно в кресло. При этом я водрузил ещё и ноги на постанывающее тело братца, используя его в место пуфика. А то мои ноги слега устали, ну ещё бы я так спешил сначала на экзамен, а потом двигался сюда через весь город.
— Кто ты такой? — сильно шепелявя разбитыми губами, но вполне понятно спросил меня дядя.
— Что не узнали родную кровь? — спросил я, приподняв одну бровь. Только после моих слов в их глазах промелькнуло узнавание. Эти идиоты даже не удосужились посмотреть на то, что говорит обо мне система. Как они вообще додумались угробить моих родителей, что были явно умнее и талантливее их.
— Ты хоть представляешь в какой секте состоит Бран, — начал было дядя, но я его прервал.
— Угрожать смеете? — удивился я, невзначай достав за цепочку кулон личного ученика одной из великих школ. От увиденного глаза дяди выпучились, и он подавился своими же словами. — Не очень-то и умно с вашей стороны.
— Чего ты хочешь? — скрипя разбитыми зубами прошипел он.
— Справедливости, — развел я руки в стороны, — всего лишь справедливости.
— Ты не посмеешь нас убить, — начал было он, но я его опять прервал.
— О, поверьте, — ощерился я, — есть вещи и по страшнее смерти.
— Ты не посмеешь, — опять начал он, но прервался, увидев моё скривившиеся лицо.
— Ну что вы заладили? — Всё так же кривясь спросил я их. — Чтобы убить вас всех, мне не нужно будет даже особо напрягаться, я могу это сделать в любую минуту.
— Но мы же тебе ничего не сделали, — зашел он, с другой стороны, ну что за идиот.
— Правда? — Улыбнулся я ему, — ну тогда поклянись, что своими действиями или бездействиями не причинял и не собирался причинять моим родителям и мне, в частности. Ну чего замолчал сразу, давай, клянись, — с каждым новым словом повышал я тон.
 
— Молчишь? — спросил я его через минуту, — правильно молчишь, иначе лишишь меня удовольствия.
— Что с нами будет? — как-то обреченно, повесив плечи, очень тихо спросила тётя.
— Ничего, — пожал я плечами, — я не вы и никогда не был мясником. Вы оставляете мне все документы, что у вас есть на дом и имущество, после чего выметаетесь из дома и желательно из города, чтобы я о вас даже не слышал.