Тот самый сантехник 8 (СИ)

«Надо учить и поучать», – добавил внутренний голос: «Раз в голове куча пробелов. Я же тебя поучаю. И ничего, живы-здоровы».
Боря скривился. Действительно.
– Братан, заниматься сексом с замужними женщинами опасно для здоровья, если нет предварительного договорённости, – тем временем наставлял Лопырёв. – А судя по выпаду стулом, тылы ты себе не обеспечил. Потому и был быстро повержен. А ведь их всего было девять человек. Что для твоей стати – на один зубок. Вся проблема в том, что одного из них ты принял за союзника. Вот так и с Россией. Мы на слишком многих надеялись, а оказалось, что надеяться можно только на армию и флот. И только под козырьком ракетно-космических. Понял?
Крановщик стянул губы в линию, принимая если не в штыки, то в напряжении. Понять-то понял, но принять сложнее. 
– Но и со свободными девами держи ухо востро, – продолжил ликбез Шац. – Если повезёт и не побьют и ЗППП не получишь бонусом, то всегда возможен перелом мудей, разрыв мошонки, ушиб контейнеров хранения детей, грыжа, разрыв брюшных мышц и сердечный приступ на сдачу. Это если торопишься или опыта мало. Не говоря уже о том, что потерпи ты до дома, и проститутка обошлась бы в шесть раз дешевле… и это на ночь! А ты что за пятиминутку с выкупом борща устроил?
Стасян терпел до последнего, но одно предложение всё же просочилось, пока Шац слова подбирал.
– А не пора ли легализовать проституцию? – спросил он.
– Чего-о-о? – протянул пассажир с заднего сиденья. – У нас девушки телом не торгуют! Это… благодарность. В денежном эквиваленте.
– Ага, благодарность. А налоги не платятся. А какой бы плюс был для казны, – окончательно прорвало крановщика. – И орду сутенёров содержать не надо. А это уже ликвидация паразитического класса. И «крыши» не надо. Менты и бандиты лапу сосут, а дамы горизонтального фронта медицинской страховкой обеспечены и анализы сдают. «Букеты» не распространяют. А то и презервативов коробку со льготами приобретать будут. Ну или какая акция «быстрого старта» начнётся. С названием типа «радость письки». 
– А минусы какие? – спросил Боря. 
Автомобиль стремительно приближался к въезду в город.
– А какие тут минусы? – пожал плечами Стасян. – Плюсы одни. Я бы даже поставил некоторых добровольно-принудительно отрабатывать, чтобы лишнее не болтали или скорость не превышали. Всяко полезнее, чем метлой мести. Метлой и мужики могут помахать. Мужчин-проституток ведь не бывает?
Шац вздохнул. Снова многое объяснять. Кто ещё, если не он?
– Я правильно тебя понимаю? – издали начал Лопырёв. – Ты предлагаешь жить в мире, где можно спокойно скачать приложение типа «Яндекс-шлюхи» или социальную сеть в стиле «проститутки твоего района по мнению Инги Леприконовны»? Там типа листаешь картинки, выбираешь тарифы по типу «эконом», «комфорт», «бизнес» или льготные «девственник-плюс» или «пенсионерский, накопительный»? Потом выбираешь встреча у тебя или у неё? И приложение показывает ближайшие квартиры? Или даже через сколько минут раздатчица услуг будет у тебя отображает. Потому что многие были бы рядом и не прочь подработать на обеденном перерыве в качестве самозанятых? Всё так?
– А чего нет-то? – снова пожал плечами пассажир на переднем. – Ты видишь её настоящее фото, подтверждённое паспортным столом. Или заверенное камерой банка. И на рейтинг ориентируешься. Если хорошо старается, получает рекомендации в стиле «Ашот одобряет» или «здесь был Мартын, будет ещё один». Потом оплачиваешь либо картой, либо наличными. А комментарии? Мне бы пригодился десять минут назад один в стиле «голодная, но на любителя» или «сзади лучше, но муж против».
Шац аж повеселел весь.
– А пока оказывается услуга, она тебе рассказывает, что на самом деле бизнес-вумен, а это так, подработка для души? – уже скорее не осуждал, а развивал идею Шац. – А на «передовиц», «бывалых» и «я только попробовать» должен стоять фильтр, чтобы фотографии с губами-уточками отсеивало. Да?
– И язык не высовывали! – тут же добавил повеселевший Стасян. – А то смотрю в телефоне, а тут какая-то массовая истерия. Что-то психическое? Постковидное, может?
 
– А что ты от людей хочешь? – явно перешёл на позитивный настрой Матвей Алексеевич, попутно и родные места замечая, где провёл большую часть жизни. – Сейчас даже «блядь» через «т» пишут. А для кого проверочные слова придумывали? Сложно во множественном числе проверить? 
– Бляди же! – добавил Стасян. – А тех, кто напишет «бляти», надо бить по голове орфографическим словарём. Потому что… ну куда дальше-то? 
Едва заехав в город, Боря первым делом на рынок заехал. Вышли из автомобиля с пустыми руками, а вернулись гружённые так, что каждый нёс по три-четыре пакета в обоих руках. А из пластиковых емкостей что-то топорщилось, гремело, обозначалось и даже недвусмысленно торчало. Вроде шпрот или тортика. 
– А я всегда говорил, какие посиделки без тортика? – сказал Стасян. – А тут, считай, второе день рождение по возвращению отметим. Так мы с тобой, Шац, теперь братья по этой теме?
– Кондратья! – ответил усталый, не выспавшийся Шац, который снова за всё платил сам. А когда Боря предложил перевести денег, лишь косо посмотрел.
Пожав плечами, водитель отметил, что в багажник всё не влезет. Пришлось на заднее сиденье складывать и в ноги пакеты ставить. 
Но даже обложенный со всех сторон Шац сокрушался:
– Эх, кориандр забыл взять. И паприку. 
– Звучит как позывные, – хмыкнул Стасян, которому ещё в процессе разглядывания салатов взяли фаст-фуда, чтобы с продавщицами не флиртовал и слюнкой не захлёбывался.
В обоих смыслах.
– Я тебе сейчас такой шашлык замариную, что пальчики оближешь! – тут же пообещал Шац.
– Мясо я люблю! – тут же обрадовался Стасян, синяки и ссадины на котором так быстро разгладились, словно не человек, а оборотень с моментальной способностью к регенерации. 
В конце концов, герои-любовники побочных эффектов от похождений почти не замечают. И тут бы им в посёлок ехать мясо жарить, но по дороге мелькнули золотые купола. И Боря тут же о долге перед роднёй вспомнил. 
– Мужики, долг крови зовёт. Заедем на пять минуточек? Я только узнаю.
Никто не сказал ничего вразумительного, потому сантехник припарковал автомобиль на широкой парковке вдоль высоких заборов. 
– Перелезая через такие впопыхах можно действительно быстро и качественно приблизиться к богу благодаря острым кольям, – тут же отметил Шац, сокрушаясь, что нельзя курить на территории храма.
– Что-то я в сомненьях, – заметил и Стасян, но поплёлся следом за Борей. – Красивый слишком. А где красота, там часто пустота.
Боря пожал плечами. Храм как храм: высокий, красивый, блестящий на солнце золочёными куполами. Только людей вокруг ни души. Несмотря на то, что массивная тяжёлая дверь была открыта. 
Однако, это была лишь видимость. Едва перешагнули порог, как бабка в платочке отчитала:
– Чего не креститесь? Почему не поклонились? Совсем смирения нету? А если найду?
– Главный где? – уточнил Шац, близко подпуская в вопросах духовности только тех священнослужителей, что в бронежилетах с кадилом по окопам бегали, а не водой на рабочие трансформаторы плескались, дела физики метафизике передоверяя.
Причём уважал Матвей Алексеевич скорее тех батюшек, что под обстрелами проповедовать не боялись, разве что автомат на крест сменив порой. Бывали приятные моменты и на третьей линии, где крестили бойцов, уверовавших в часы затишья. Там за обряды не спрашивали, а поучали почти молча. Всех тех, кто готов был говорить, слушали. Платы не брали. Напротив, сами крестики и иконки раздавали всем желающим. 
– Мы как раз, чтобы насчёт крещения узнать, – кивнул Боря бабуле-божьему одуванчику, украдкой поглядывая, где бы бахилы раздобыть. 
«Вдруг, как в поликлинике, автомат какой стоит?» – предположил внутренний голос.
– А чего тут знать? – прищурилась послушница в платочке. – Не крещённый, что ли? Ай-ай-ай! А чего пришёл тогда?