Абсолютное оружие (сборник)

– Думаю, да, – ответил Эйджи. – Он построен по классическим образцам. Автоматика меня не тревожит – все существа, дышащие кислородом, используют однотипные системы управления. Надеюсь, мне понадобится не слишком много времени, чтобы разобраться.
– Кто-то идет! – крикнул Виктор.
Из леса, отстоящего ярдов на триста, вышла какая-то фигура и двинулась к кораблю.
Эйджи и Виктор разом выхватили бластеры.
Барнетт разглядел в бинокль странное, прямоугольной формы существо высотой около двух футов, шириной в фут и толщиной примерно в два дюйма. Головы у пришельца не было. Капитан нахмурился – такого он еще не видывал.
Настроив бинокль получше, Барнетт убедился, что незнакомец был гуманоидом. Во всяком случае, он обладал четырьмя конечностями: две, скрытые травой, служили для передвижения, а еще две торчали вертикально вверх. Посередине прямоугольного корпуса помещались два крошечных глаза и рот. Ничего напоминающего одежду на пришельце не было.
– Странный же тип, доложу я вам. – Эйджи установил на бластере прицел. – Полагаю, он прилетел в одиночку?
– Надеюсь, что да, – пробормотал Барнетт, в свою очередь вынимая бластер.
– Дистанция двести ярдов. – Эйджи прицелился, потом посмотрел на капитана. – Или вы хотите сперва вручить ему визитную карточку?
– Много чести, – нехорошо усмехнулся Барнетт. – Подождем, пусть подойдет поближе.
Эйджи кивнул, не выпуская чужака из поля зрения.
Кален прилетел на эту заброшенную планету в надежде добыть хотя бы тонну-другую эрола – минерала, чрезвычайно ценимого мабогийцами. Но ему не повезло, и тетнитовая бомба, которой так и не довелось воспользоваться, лежала нетронутая в кармане с керловым орехом. Вместо добычи привезет на Мабог балласт.
«Может быть, на следующей планете посчастливится», – думал Кален, выходя из леса.
Внезапно он замер как вкопанный – неподалеку от его корабля высился чужой космический аппарат необычной конструкции.
Кален не ожидал встретить в такой глуши разумных существ вроде тех, что стояли сейчас у открытого люка его корабля. Незнакомцы имели с мабогийцами лишь весьма отдаленное сходство. Правда, одну из планет Мабогийского союза населяли существа, очень похожие на этих, но они строили космические корабли совершенно иначе. Наверно, он столкнулся с представителями великой цивилизации, которая, по слухам, существовала на окраине Галактики.
Радостно взволнованный такой удачей, Кален поспешил им навстречу.
Незнакомцы, однако, почему-то не трогались с места, и ответного приветствия Кален не уловил, хотя его явно заметили. Он ускорил шаг в надежде, что быстро найдет с этими странными, непонятными существами общий язык и что церемония знакомства не затянется слишком надолго. Всего час, проведенный на негостеприимной планете, вконец измотал его. Он очень проголодался и срочно должен был принять душ.
Внезапно что-то обжигающе-холодное отбросило его назад.
Кален тревожно огляделся по сторонам: что за сюрприз преподносит ему планета? А едва он двинулся с места дальше, в него тотчас вонзился еще один заряд, совершенно заморозив наружную оболочку.
Дело принимало серьезный оборот. Хотя мабогийцы считались одной из самых выносливых жизненных форм, у них тоже были уязвимые места. Кален осмотрелся в поисках источника опасности.
Незнакомцы в него стреляли!
Ошеломленный, Кален не мог в это поверить. Он знал, что такое убийство, и не только понаслышке, но даже несколько раз с ужасом наблюдал это извращение среди иных недоразвитых животных видов. Ему приходилось также листать труды по психопатологии, в которых детально описывались все случаи преднамеренного убийства в истории Мабога.
Но чтобы это произошло с ним! Кален отказывался верить себе.
Очередной заряд обжег тело. Кален не двигался, все еще пытаясь убедить себя, что ему это мерещится. Разве существа, чей разум позволяет им строить космические корабли, могут быть способны на убийство?
К тому же они даже не знают его!
Осознав наконец опасность, Кален повернулся и бросился к опушке. Теперь стреляли все трое незнакомцев, и замерзшая трава громко хрустела и ломалась у него под ногами. Наружная оболочка Калена полностью промерзла. Тело мабогийца не приспособлено к низким температурам, и Кален чувствовал, как леденящий холод мало-помалу сковывает его нутро.
 
И все-таки он не мог заставить себя поверить в происходящее.
Он уже достиг опушки, когда в спину вонзилось сразу два снаряда. Не в силах больше поддерживать тепло в организме, Кален рухнул на промерзлую, заиндевевшую землю и потерял сознание.
– Идиот, – пробормотал Эйджи, пряча бластер в кобуру.
– Но поразительно выносливый, – сказал Барнетт. – Ни одно дышащее кислородом существо не способно выдержать такое. – Он с гордостью посмотрел на бластер и похлопал по серебристой броне корабля. – Мы назовем его «Индевер-2».
– Да здравствует капитан! – весело гаркнул Виктор.
– Побереги глотку на будущее. – Барнетт взглянул на небо. – Через четыре часа начнет смеркаться. Виктор, перенеси провизию, кислород и инструменты на «Индевер-2» и разряди аккумуляторы на нашей развалине. Когда-нибудь мы ее отсюда вызволим. А сейчас главное – улететь до наступления темноты.
Виктор направился выполнять приказание, а Барнетт с Эйджи вошли в корабль инопланетянина.
В хвостовом отсеке «Индевера-2» размещались генераторы, двигатели, преобразователи энергии и резервуары с горючим. Следующий отсек, занимавший почти половину корабля, был заполнен какими-то чудными разноцветными орехами диаметром от двух дюймов до полутора футов. Далее следовали два носовых отсека.
Первый из них, видимо, предназначался для экипажа, но был совершенно пуст. Ни койки, ни стола, ни стульев – только гладкий металлический пол. В потолке и стенах виднелись небольшие прорези и отверстия непонятного назначения.
В самом носу находился пилотский отсек, где с трудом мог разместиться один человек. Пульт управления под экраном обзора был заполнен множеством приборов.
– Все это – ваше хозяйство, – сказал Барнетт. – Приступайте к изучению.
Эйджи кивнул, опустился перед пультом на корточки и начал рассматривать приборы.
Через несколько часов Виктор перенес все вещи на борт «Индевера-2». Эйджи пока ни к чему не прикасался. Он пытался определить назначение приборов по их размерам, цвету, форме и расположению. Нелегкая задача, даже при сходстве способов мышления. Если кнопки вспомогательной системы взлета включаются не слева направо, а наоборот, Эйджи придется заново переучиваться. Означает ли красный цвет опасность? Если да, то красная кнопка включает аварийное тормозное устройство. Но красный цвет может означать и что-то другое, например температуру…
Барнетт просунул голову в пилотский отсек. За его спиной маячил Виктор.
– Готово?
– Кажется, да. – Эйджи слегка прикоснулся к одной из кнопок. – Эта штука должна задраить люки.
Он нажал на кнопку. Виктор и Барнетт ждали, затаив дыхание.
Люки беззвучно закрылись.
Эйджи довольно ухмыльнулся.
– А это система подачи воздуха, – провозгласил он и передвинул маленький рычажок.
Из прорезей в потолке начал выбиваться желтоватый дым.
«Неполадки в системе», – забеспокоился Эйджи.
Виктор закашлялся.
– Отключай! – крикнул Барнетт.
Дым повалил густыми клубами и в мгновение ока заполнил оба носовых отсека.
– Отключай же, черт возьми!
– Я не вижу пульта! – Эйджи наугад переключил какой-то тумблер. Тут же взревели генераторы, и с пульта на пол брызнул сноп голубых искр.
Эйджи отбросило в сторону, Виктор подскочил к двери грузового отсека и забарабанил по ней кулаками. Барнетт ощупью ринулся к пульту, прикрывая рот рукой и чувствуя, что пол ускользает из-под ног.
Виктор осел на пол, царапая дверь в тщетных попытках выбраться наружу.
Барнетт вслепую двигал какие-то рычажки.