Одержимый Райли (ЛП)

Но пока я сидел и смотрел на нее, одетую в обрезанные джинсовые шорты, черный жилет и с волосами, собранными в гладкий хвост, я не мог найти в себе силы отказаться от нее. Даже если она ослушалась и подвела меня в процессе нашей договоренности, я бы не избавился от нее. Позволил бы ей избавиться от себя, и тогда моя совесть была бы чиста. Потеря была бы для меня большой, но я бы пережил ее и двигался дальше.
— Привет, — обратился я к ней.
Она слегка повернулась и посмотрела на меня.
— И тебе привет, — ответила она с улыбкой.
Поднявшись, я сбежал по лестнице. Она все еще была босиком, потому что я не дал ей туфли или сандалии. В случае чего, они помогли ей сбежать, а я еще не потерял ни одного завоевания из-за этого, и не хотел бы начинать сейчас.
— У меня для тебя кое-что есть, — сказал я, вытаскивая из заднего кармана узкий кожаный черный ошейник.
Райли мгновение с любопытством смотрела на него, а затем повернулась и подняла вверх свои волосы.
— Спасибо. Это ты сделал его? — спросила она, пробегая по нему пальцами.
— Да. На самом деле он единственный в своем роде. Я еще ни на кого его не надевал, — ответил я.
— Тогда почему я? — с любопытством поинтересовалась она.
— Потому что ты хотела узнать, какое у меня хобби. Нам нужно выйти на улицу. В этом ошейнике есть чип, который всегда будет сообщать мне, где ты находишься. Если попытаешься сбежать, я узнаю, где ты.
Я увидел, как она занервничала, и в этот момент понял, что, если бы могла, она бы ушла от меня. И почему-то мне было больно, настолько сильно, что я сорвался и влепил ей пощечину. Как она могла думать о том, чтобы покинуть меня?
Она упала на пол и приложила руку к левой щеке, выглядя потрясенной. Ее прекрасные голубые глаза наполнились слезами. Все еще тяжело дыша, я наклонился и, потянув за руку, поднял ее. Судя по всему, Райли ничему не научилась, находясь в той комнате только один день, поэтому сейчас я собирался показать, насколько плохо для нее все может быть.
Девушка попыталась вырваться, но я, крепко держа ее за руку, потащил к двери в подвал, игнорируя ее крики боли и попытки вцепиться в мою грудь, чтобы заставить меня освободить ее. Перекинув ее через плечо и обхватив руками, словно тисками, чтобы она не крутилась, я понес Райли вниз по лестнице и, пройдя по узкому коридору за потайной панелью, я сердито вбил код открытия двери. Бросив Райли на холодный бетонный пол, я закрыл за собой дверь.
Стянув рубашку через голову, я отбросил ее в сторону и потянулся к Райли, когда она пнула меня. Действительно пнула меня. Засмеявшись, я отбросил ее ногу в сторону и, схватив за другую лодыжку, потащил в центр комнаты. Оглядевшись вокруг, я нашел самую прочную веревку.
— Шевельнешься или нападешь на меня, и я сломаю тебе ноги. Ты меня поняла? — задал ей вопрос.
Она кивнула и разразилась слезами. Я злился из-за того, что чувствовал себя обманутым — Райли оказалась намного умнее, чем я думал. Вероятно, она имитировала все свои эмоции, а также единственный секс, во время которого находилась в сознании.
«Все нормально. Я все равно ее сломаю, — думал я, продевая веревку через металлический крюк, свешивающийся с потолка. — Сначала ее дух, а затем и тело».
Убедившись, что веревка выдержит ее вес, я вернулся к ней и, встав на колени, начал срывать с нее одежду. Не для сексуального удовольствия, а для того, чтобы заставить ее в полной мере почувствовать унижение. Чтобы она поняла, что должна всегда подчиняться мне, что меня больше не проведешь.
Подняв ее на ноги, обнаженную и дрожащую, и снова схватив за руку, я повел ее к веревке, которой связал ее запястья и закрепил их над головой.
— Единственный способ, благодаря которому ты запомнишь, — это побыть здесь какое-то время. На этот раз не будет отсрочки за хорошее поведение, — сказал я, нежно обхватив ладонью ее шею. — Ты обманула меня, заставив думать, что у нас все начало получаться. Такого больше не повторится. Я вернусь за тобой, когда того захочу.
Она заплакала, а я подошел к фальшивой панели, спрятанной в дальнем левом углу комнаты, и оттолкнул ее в сторону. Зайдя внутрь, я оглядел содержимое полок, которое здесь спрятал. Это, конечно же, были вещи, предназначенные для «последнего дня», но я не хотел слышать ее крики и не мог видеть ее слезы.
Выбрав черную кожаную маску с заклепками на глаза и тонкий шелковый шарф, я вышел из комнаты, установил фальшивую панель на место и вернулся к плачущей красавице.
— Тебе нужно успокоиться, иначе это попадет тебе в глотку, — спокойно заметил я, встав перед ней.
— Джекс, пожалуйста. Прости! Пожалуйста, не оставляй меня так, — умоляла она.
— Открой рот, Райли, — тихо сказал я.
Не хотел этого признавать, но ее мольбы, слезы сделали меня твердым. Такого никогда не случалось раньше, не с подчинением.
— Что я должна сделать, Джекс? Пожалуйста? Я все сделаю, — всхлипнула она.
Я чувствовал, как мой член хочет вырваться из штанов, ощущал, как предэякулят начинает выходить наружу, и мне хотелось снять штаны, раздвинуть ей ноги и трахать, пока она не потеряет сознание.
— Что ты должна сделать, так это открыть рот, — ответил я, стиснув зубы.
Она захныкала и приоткрыла рот. Кивнув, я туго обернул шелковый шарф вокруг ее головы, между губ и завязал его под ее хвостом. Когда я надел ей на глаза маску, она заплакала сильнее, чем раньше.
— Ты боишься темноты? — прошептал я ей на ухо.
Она яростно закивала, трясясь всем телом от рыданий. Страх темноты был тем, чем я мог воспользоваться в будущем. Я усмехнулся при этой мысли.
— Ты просто не ведешь себя как следует, Райли, а я не могу этого допустить, — тихо сказал я, проводя руками по ее голому животу. — Мне нужно, чтобы ты была хорошей девочкой и со временем стала мне равной, а ты не можешь следовать простым правилам. Я знаю, что говорил тебе, что никогда не причиню тебе физического вреда, но если ты не можешь следовать моим правилам, почему я должен это делать?
— Ты дала мне ложное чувство надежды, — продолжил я и, коснувшись ее груди, крепко сжал ее и грубо потянул за соски, от чего она издала приглушенный болезненный крик. — Ты не обманешь меня снова, и я хочу, чтобы ты это знала, — прошептал я.
Я приподнял бровь и улыбнулся, а затем поцеловал ее в шею, от чего она вздрогнула. Я почувствовал запах ее возбуждения. Ее телу нравилось, когда соски тянули и скручивали, и свидетельством тому были влажные складочки девушки. Опустив руку вниз, я осторожно ввел в нее палец и, в последний раз потянув за сосок, другой рукой начал потирать ее клитор. Райли выгнула спину, и ощущение ее хвоста, ласкающего мою грудь, заставило меня потирать ее клитор быстрее и ввести в нее еще один палец.