Захваченные земли (СИ)

— С ним нужен глаз да глаз, — прохрипел Шаман, пнув попавший под ногу камешек. — Мерзкий тип, этот Юдичев.
— Мерзкий, но все же часть нашей команды, — добавила Маша, в голосе ее слышалось некоторое сожаление. — Как никак, он доставил нас к захваченным землям, и доставил, попрошу заметить, без всяких проблем. В любом случае, никуда он не денется. Я попросила Надю не спускать с него глаз.
— В этом деле на нее можно положиться, — уверенно ответил сержант.
Лишь только закончив обсуждать мотовоз и Юдичева, они приблизились к большому зданию института. Его восточная часть была полностью разрушена, представляя из себя груду обломков из бетона. Сквозь продолговатые окна первого этажа виднелась уцелевшую мебель. Бежевого цвета фасад выглядел блекло, нагоняя тоску. На верхушке здания была причудливая надстройка, напоминающая гигантские пальцы, схватившие основное здание.
— На радаре все тихо, — сообщила Арина, наведя датчик на здание института.
— За мной, — велел Шаман, выходя вперед, — я покажу куда идти.
Они ступили на крыльцо института, осмотрелись по сторонам и зашли внутрь.
В холле творился форменный бардак. Всюду лежали обломки мебели, мешки с песком и десятки разбросанных ящиков с патронами. Старого оружия тоже было сполна, оно валялось всюду. Судя по обстановке, скорее всего здесь находился один из оборонительных пунктов во времена Вторжения.
— Перед тем как Жак отыскал проход в подземную лабораторию, мы обыскали все это здание. — Эхо голоса Маши отражалось от многолетних стен. — Можете представить, сколько времени мы на это убили?
— Особенно трудно это делать когда знать, что тебя вот-вот могут почуять мерзляки, — подхватил Шаман и свернул в сторону коридора слева. — Сюда.
В просачивающимся через окна утреннем свете Матвей замечал следы давно минувшей битвы, проходившей в стенах этого института. Дыры от пуль, гильзы под ногами, засохшие пятна крови. Воображение рисовало самые жуткие картины.
Справа он заметил проход, ведущий в широкую аудиторию с гигантским, почти на всю стену, черным экраном и трибуной для выступлений. Внутри лежали непокрытые ящики с военным оборудование. Настоящий клад! Но, увы, прямо сейчас Матвею не было до него никакого дела.
Шаман остановился возле ступеней, ведущих вниз.
— Ступать осторожно, приготовить фонарик, — предупредил он и сделал шаг во мрак. Сержант подсветил ему путь.
Матвей замыкал их небольшой отряд, пропустив Арину вперед. Стоявший впереди Шаман открыл тяжелую металлическую дверь внизу и через минуту они оказались в такой густой тьме, что видно было ни зги.
На мгновение Матвею показалось, что он вновь очутился в подземке.
— Ступать осторожно, — напомнил Шаман, как только в темноте раздался хруст. Кто-то ступил на что-то стеклянное.
Арина включила и свой фонарик.
— Что ж вы сразу не сказали, что нам свет понадобится, — заметил Матвей, внимательно смотря под ноги. — Я бы хоть одолжил ваттбраслет у Йована.
— А что с твоим? — поинтересовалась идущая рядом Арина.
— Да все тот пёс… Прогрыз его, сволочь такая.
— Дашь мне взглянуть, как вернемся. Может, смогу что-нибудь придумать.
— С фонариками мы немного оплошали, да… — Маша вовремя заметила оказавшийся перед ней стул и осторожно обошла его. — Когда мы вернемся сюда в следующий раз, нужно будет как следует приготовиться и зарядить браслеты.
Впереди раздался мышиный писк и возня. Паразиты, едва завидев чужаков, разбегались в стороны. К счастью, здесь их было не так много, как в тоннелях метро.
— Ненавижу этих тварей, — призналась Арина.
Они брели в потемках еще добрую минуту, пока наконец Шаман не сообщил, что они добрались до места.
В свете фонарей Матвей разглядел стальную дверь. Казалось, время совершенно не коснулось ее поверхности, поскольку выглядела она совсем как новенькая, разве только пятна грязи и пыли слегка портили ее вид. Своей массивностью она более походила на дверь гигантского бомбоубежища, нежели подземной лаборатории.
С левой стороны находилась встроенная в стену консоль. Должно быть именно ее Маша упоминала в своем вчерашнем рассказе, когда предприняла тщетную попытку взлома старого компьютера.
 
— Вот и она, — с надеждой в голосе произнесла Маша и села на корточки.
Арина подкрутила мощность фонарика и осветила ярким светом большую часть помещения, представляющий из себя обыкновенный коридор с десятками металлических шкафчиков.
— Это не поможет, поверьте, — ответила Маша, заметив как Матвей касается экрана консоли. — Даже будь у нас целая вечность и миллиарды ватт, мы ни за что не взломали бы ее.
Сержант тем временем зашел в углублении стены, где находилась дверь, и принялся щепетильно разглядывать стальные петли и тончайшие проемы.
— Почему вы смеетесь? — Маша заметила улыбку на лице Матвея.
Собиратель почувствовал себя крайне неловко, однако не мог не поделиться одним внезапно посетившим его наблюдением:
— Как-то несправедливо, не находите?
Маша в недоумении переглянулась с Шаманом и Ариной.
— Что несправедливо? — спросила она.
— Да вот эта дверь. — Матвей снял шапку, почувствовав, как стали запотевать его сальные волосы. Боже, как он мечтал принять теплый душ! — Мы все проделали такое долги и опасный путь, смогли столько пережить, и вот, почти добравшись до заветной награды, до того, ради чего затевались эти две экспедиции, уперлись в эту проклятую дверь. Более того…
Матвей вдруг решил признаться в мучащих последние сутки его голову сомнениях. Он заметил лежащий металлический шкаф и присел на него, чувствуя невероятную усталость, а затем продолжил:
— Более того, даже если мы каким-то чудом окажемся по ту сторону этой двери, кто знает, а есть ли вообще это «Копье»? Вы так верите в него, верите в его существование, но что если… — Он поднял голову и посмотрел прямиком ей в глаза, в очередной раз за последние сутки подмечая ее красоту.
Матвей недоговорил. Маша, догадавшаяся, к чему клонит собиратель, ответила ему заранее:
— Но что если токсина не существует?
— Да, — ответил ей Матвей, подтверждая его опасения.
— Я живу с этими мыслями с тех самых пор, как только прочла ту самую переписку между вирусологами. И до сих самых пор я на сто процентов не убеждена, что это «Копье» существует на самом деле…
Матвей заметил, как Шаман и Арина, встав рядом друг с другом, внимательно слушали их разговор. С виду они хотели внести и свою лепту в их беседу, но не решались, предпочитая быть отстраненными слушателями.
Сержант же продолжал осматривать дверь, напоминая вора, которому предстоит открыть хорошо защищенный сейф.
— Но я верю в судьбу, — продолжила ученая, произнеся это уверенным голосом.
Ее ответ заставил скептичного от кожи до костей Матвея ухмыльнуться.
— Да, в судьбу, — тем не менее настаивала Маша. — Я верю, что некие силы нарочно помогли мне, биологу и вирусологу, увидеть переписку тридцатилетней давности двух моих коллег ученых, обсуждающий оружие, способное помочь не только мне, но и остаткам человечества. Не знаю, быть может, это все божий промысел, как любит говорить мой отец, или происки Вселенной, не знаю, но вот одно я точно знаю наверняка — этот мир устроен не так просто, как нам кажется, и он не подчиняется одним только законам физики, химии, биологии и так далее. — Она улыбнулась и хлопнула себя по коленям. — Ну вот, моя мама, прожженная атеистка, сейчас устроила бы мне многочасовую лекцию о том, как я не права. И все же…
Она взглянула на Матвея. Ее серые глаза так ласково, так добро смотрели на него, что он был не в силах оторваться от них.
— Думаю, я смогу открыть эту дверь, — раздался спокойный голос сержанта.
Все вдруг оживились и уставились на молчаливого вояку, приоткрыв рты.
Маша была первой, кто вышел из оцепенения. Она спросила:
— П-правда?
— Да. — Миша дернул массивную ручку. — Мы можем ее взорвать.
Маша отмахнулась, явно раздосадованная предложением сержанта.