Я думала, я счастливая... (СИ)

Тамар удивленно на него посмотрела. Надо же, какой эрудит. Но хоть привычной царицей Тамарой не назвал. Умеет подкатить к женщинам, зря она думала, что слишком банален. Только вот ей это всё зачем? Пуститься во все тяжкие? Закадрить молодчика и вперед, по стопам Николеньки!
— Вы извините, я пойду, — сухо, но вежливо сказала Тамара и сделала попытку обойти нового знакомого. Она чувствовала себя глупо. Какой-то флирт зрелой женщины и альфонса. Не хватает только посиделок в его купе с теплым шампанским и подтаявшими конфетами. Ей снова стало обидно и грустно. Скорее бы уже приехать!
— Тамара, вы извините, если я вас обидел. Я вовсе не собираюсь набиваться вам в ухажеры, — обезоруживающе улыбнулся Женя, — просто за разговорами время в дороге проходит быстрее.
Тамара внимательнее посмотрела ему в глаза, хитрые, с прищуром, но вполне себе честные. Может, он и прав. Только, о чем могут говорить едва знакомые мужчина и женщина. Он легок, беззаботен и весел, ему просто скучно, а она — печальна, разбита и чувствует себя старой картиной, которая долго висела на своем месте, а потом пришли новые хозяева и выкинули ее за ненадобностью на улицу. Бросили в подтаявший снег, и ушли, не оборачиваясь. Она еще раз посмотрела на Женю и едва заметно пожала плечами, мол, всё так, но мне это безразлично.
— Поздно уже для разговоров. Да и вряд ли из меня хороший собеседник, — все же ответила она, окончательно чувствуя себя старой брюзгой, которая сейчас начнет отчитывать молодежь за позднее веселье.
— Ну, это вы зря. Впрочем, настаивать не буду. Пойду допивать свой горячий шоколад в одиночестве и тишине. В конце концов, это романтично… — притворно вздохнул Женя.
Тамара невольно улыбнулась. В воображении вдруг представилась коричневая глиняная кружка, откуда разносится аромат горького шоколада. Где он его взял? У проводников ничего подобного нет.
— И орешки, — хитро добавил мужчина.
— Что? — снова удивилась Тома.
— Вы себе представили горячий шоколад. А еще есть орешки: кешью, фундук, пекан. А сам шоколад из Голландии. Я по вашим глазам понял, что вы уже вообразили себе чашку. Это вкусно. Правда!
Тамара засмеялась, так по-детски ее уговаривал этот странный мужчина, так завлекал вкусностями, что ей стало любопытно.
— Мне повезло. Я один еду. Но если вы боитесь, я оставлю дверь приоткрытой, — он обезоруживающе поднял обе ладони.
— Ну, что ж… Раз вы обещаете мне безопасность, пожалуй, я не сумею устоять, — согласилась Тамара, надеясь, что не выглядит со стороны, как старая кокетка.
— Отлично! — просиял Женя. — Пожалуйста! — указал он путь.
В свое купе Тамара вернулась только под утро. Сонная Лида удивленно посмотрела на нее, но скорее, подумала, что она просто выходила в туалет. Повернувшись на другой бок, моментально уснула. Тамара тоже устроилась у себя, подложив поудобнее подушку. Глаза у нее слипались, но она еще несколько минут думала об удивительном вечере, который так нежданно-негаданно случился у нее сегодня. Ей было хорошо и спокойно, как будто она увидела вдалеке слабые огоньки, нет, еще не выход, но ориентир, указывающий направление. Глядишь, и выживет.
Женя оказался очень интересным собеседником, способным за минуту увлечь и рассказами о своих путешествиях, и просто помолчать, глядя на кружащийся клубами снег и отхлебывая горячий шоколад из тяжелой кружки. Шоколад оказался и правда, ароматным, горьковатым и не приторным. В бумажных пакетиках ждали россыпи орешек, а был еще один с цукатами и засушенными кисло-сладкими мелкими вишнями. Тамара сначала стеснялась, но вскоре разговорилась и уже совершенно спокойно сидела, откинувшись на мягкую спинку, не ожидая подвоха от своего нового знакомого. Она узнала, что Женя не так уж и молод. Всего на пять лет она его старше. Он тоже удивился ее возрасту, думал, она его ровесница. «Лукавит, конечно», — усмехнулась Тамара, хотя и сама отмечала, как хорошо, на удивление, она выглядит, как будто и нет никакой семейной драмы. Говорили о работе, о путешествиях. Женя возвращался домой, он всю жизнь жил на юге, а в ее город ездил только в командировки. И всегда ужасался снегу, ветру и гололеду. А еще его убивало серое низкое небо.
 
— Как вы можете жить без солнца? — удивлялся он. — Я вот сразу, как ящерица, цепенею.
— А как вы можете отмечать Новый год без снега? — парировала Тамара.
У него был свой интернет-магазин и довольно процветающий. Он продавал кофе, чай, горячий шоколад и прочие напитки сегмента премиум. Разбирался в них досконально. Вплоть до истории происхождения и необычных, таинственных легенд. Он часто ездил в командировки, бывал в Китае, Бразилии, на Алтае, объездил всю Европу и собирался в Новую Зеландию. Совмещал приятное с полезным. С каждой такой поездкой он пополнял ассортимент своего магазина. Постоянные клиенты появились со всего мира, что позволяло чувствовать некоторую финансовую стабильность. Нет, не богач, конечно, но бизнес оказался вполне востребованным, хотя в начале никто в него не верил.
— И жена не верила? — осмелела Тамара.
Отругала себя мысленно: какая ей разница? Завтра выйдут из поезда и разойдутся в разные стороны.
— Жена, как раз-таки очень верила. И до сих пор верит. Хотя мы и в разводе уже год.
Тамара промолчала. Не ее дело. Отвлеклась и ладно, может быть, теперь и правда, быстрее уснет. От запаха шоколада на душе стало спокойнее. И Женя ее совсем не раздражал. Удивительным образом, она чувствовала себя так, будто встретила давнишнего друга. С ним было интересно, легко, забавно. Тамара улыбалась и впервые за три дня не думала о муже и дочери.
В обед Женя появился снова. Лидия хитро улыбалась, пока они все вместе распивали пряный индийский чай со специями. Очень обрадовалась, когда мужчина вручил ей подарочный набор с разными видами чая и орешками. И опять выразительно посмотрела на Тамару. Она сделала вид, что не замечает ее взглядов. Мимолетная близость душ, которая у нее возникла ночью с Женей, вдруг исчезла. Снова стало тоскливо и хотелось плакать. «Ско-ре-е бы при-е-хать, ско-ре-е бы при-е-хать», — стучало у нее в голове в такт колесам. Вечером она лишь кивнула ему в коридоре, но разговоры не заводила, да он и сам, как ей показалось, ее сторонился. «Вот и хорошо, — расстроенно подумала Тамара, — еще один человек показал, что я, в общем-то, не сильно кому интересна».
Ранее утро встретило поезд ярким южным солнцем, но погода оказалась обманчивой. Дул сильный ветер. Тамара запахнула куртку и плотнее намотала шарф. Но это всё равно лучше, чем там, где осталась ее прежняя жизнь. Там холодно, сугробы и метель, швыряющая прямо в лицо снежную крупу. А еще там остались три человека, которые причинили ей неимоверную боль. Тамара надела солнцезащитные очки, с непривычки от сильного света у нее заболели глаза. Рядом раздавались радостные восклицания встречающих. Кивнула Лиде, которую обнимали заплаканные родственники, и пошла в сторону вокзала.
— Тамара! Подождите!
Она оглянулась. Быстрым шагом ее догонял Женя.
— Давайте, я помогу, — снова предложил он, привычно хватаясь за ручку чемодана.
Тамара чуть помедлила и сняла очки. Женя стоял перед ней такой веселый и жизнерадостный, что ей стало за себя неловко. Она почувствовала себя немолодой замученной теткой, которую бросил муж, и она теперь интуитивно ищет, на кого бы опереться.
— Спасибо, Женя. Не стоит. Я сама, — мягко, но настойчиво произнесла Тамара и покатила чемодан.
— Погодите! — Женя снова сделал несколько шагов к ней. — Погодите! Вот, возьмите мою визитку, — он протянул ей глянцевый маленький прямоугольник. Пахнуло горьким ароматом сладостей. — Вдруг вы захотите вкусного чая или вам не с кем будет выпить горячего шоколада, — сказал он с улыбкой.
Тамара тоже улыбнулась. Опустив голову, повертела визитку в руке и засунула в карман.
— Спасибо. И до свидания, Женя. Было приятно познакомиться.
— Мне тоже. И я надеюсь, мы еще увидимся.
Тамара засмеялась, качнула головой, так что было совершенно непонятно, то ли да, то ли нет, и быстро зашагала к выходу. Женя смотрел ей вслед. Через минуту он поправил лямку рюкзака и растворился в толпе.