Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия (СИ)
Казалось, всего лишь ночь пути, а климат ощутимо изменился. Прохлада пробиралась под легкие вещи, ветер холодил кожу, прошибал колкостью. Травы темнели и желтели, утратив летнюю насыщенность. Растительность оскудела, но, глядя на редкие хвойные деревья, я улыбалась и наслаждалась свежими воспоминаниями.
– Духи согревают землю. Какие‑то регионы они особенно любят, а другие остаются холодными, – объясняла Ив.
Но с недавних пор у нас выстраивалась и другая теория: духи привязаны к реке Истины, а у нее есть источник в Древнем лесу. Как сердце и вены в живом организме. Чем дальше источник – сердце, чем дальше подземные реки – вены с волшебной водой – от поверхности, тем суровее климат в регионе. Духам неоткуда в таких местах черпать силы, чтобы согревать почву или увлажнять ее. Без маленьких помощников Фадрагос, наверное, мало чем отличался бы от Земли.
На холме раскинулся сад из низкорослых фруктовых деревьев. Среди них скрывалось несколько домов и сараев. Ниже, в метрах двухстах от крохотного поселения, журчала полноводная река. Слабо мерцала в утреннем свете. У деревянного причала, заросшего осокой, на волнах качались пришвартованные лодки.
Мы брели по колее к первому дому. Кейел крепко сжимал мою руку, а во второй удерживал сумку. Остальные вещи еще на заре он водрузил на Тоджа. В поселении уже не спали. На огромной лужайке носились темноволосые, голубокожие дети, играя с огромными волками. Визг, рычание и слабое подобие лая заглушало ранних птиц. Интересный по форме камень, с накинутым гнездом на верхушку и блеклой тряпкой, стоял у низкой, немного покошенной калитки. Пошевелился, поднялся. Я споткнулась, испугавшись, но быстро взяла себя в руки. Ребенок гелдов казался несуразным: большим, но при этом… маленьким? Девочка с шершавой, красноватой кожей смотрела на нас с любопытством. Платье закрывало ее руки до запястья, опускалось чуть ниже колен. Жесткие волосы, похожие на мочалку, трепал ветер. Девочка мягко улыбнулась бурыми полными губами.
– Ханва, не забыла меня? – спросил Кейел, отпуская мою руку.
Ханва медленно покачала головой. Дети фангр важно приближались к нам, один из них бросился в дом.
– Вольный! – вздернул подбородок самый высокий, но едва ли достающий Кейелу до груди. – Уходишь к изгоям? Твоя миссия закончилась?
На пороге показалась немолодая фангра, и даже внимания не обратила на метку вины. Наверное, изгои тут частые гости, а может, и единственные. Суета поглотила встречу, смазала разговоры. Нас заволокли в теплый дом, пропитанный запахом трав, древесины и молочной каши. Предоставили комнаты, чистую одежду и обещали растопить баню.
– Баня? – изумилась я, предвкушая отдых. И только тогда поняла, как гудят ноги и как хочется спать.
За столом жадно уплетала кашу из местных злаков, напоминающую не то манку, не то горячий, сладкий творог, и при этом умудрялась клевать носом. Баню требовалось протопить, поэтому мы помылись в холодной реке и собирались лечь спать. К вечеру нам пообещали, что мы прогреем косточки в жаркой парилке. Спать без Кейела я не хотела, а он возился с Тоджем и общался со старостой хутора, Митом. Феррари, в отличие от пернатого динозавра, с радостью поныряла с нами в реке и отправилась обнюхивать территорию. К счастью, детей она полюбила так же быстро, как и они ее. Но на всякий случай, я обмотала ее хвост плотными тряпками, зажав острие между тонкими брусками.
Теперь стояла на пороге дома, прислонялась спиной к бревенчатой, нагретой под солнцем стене, стискивая деревянную кружку с травяным чаем, и смотрела на мужчин. В основном на своего – самого лучшего из тех, кого я когда‑либо встречала.
– Асфирель, мне нужно поговорить с тобой, – выглянула на улицу Елрех.
Я улыбнулась ей. Должно быть, она тоже счастлива. Но почему сейчас не с Роми?
– С радостью.
Она прижималась к дверному косяку, стоя на пороге на одной ноге. Закусила губу и насторожила виноватым взглядом.
– Не тут, – наконец ответила. – Беседа требует уединения.
Что‑то серьезное, неприятное?
– Это безотлагательно?
– Потерпит.
– Тогда давай после сна.
Сил не хватало даже на то, чтобы как следует разволноваться. Голова побаливала, а глаза резало. Елрех скрылась в доме, а я продолжала греть руки о кружку и ждать Кейела. Он отвел Тоджа в сарай, помыл руки в деревянной бочке и направился ко мне.
– Пойдем спать, Аня, – обнял осторожно и увел в дом.
В дальней комнате было чуть прохладнее, постель и вовсе оказалась холодной, но до приятного мягкой, чистой. Мы с Кейелом обнялись, накрылись одеялом с головой, и я, уткнувшись носом в горячую грудь, мгновенно уснула.
* * *
Солнце ярко светило, проникая в комнату. Ветер за окном продолжал бушевать, подсказывая, что дело вовсе не в погоде, а в местности. Я зевала, потирая глаза. В доме вкусно пахло тушеными овощами и мясным пирогом. Вставать совершенно не хотелось.
Кейел обнимал меня со спины, целовал в позвонки возле шеи, ласкал спокойным дыханием кожу и слух.
– Мне нужно поговорить с Митом, расплатиться с ним и выбрать для нас волков.
Нужно поговорить… Елрех хотела что‑то обсудить.
– Скоро обед, – напомнила я, наслаждаясь ароматами. – На Земле важные дела обсуждают на сытый желудок.
– После обеда он захочет отдохнуть, – усмехнулся Кейел.
– Тогда мы с Елрех прогуляемся к реке.
– Местность спокойная, но все равно будьте осторожны. – Поцеловал в плечо. – И не задерживайтесь.
– Будешь волноваться?
– Буду.
Я улыбнулась, повернулась к нему и чмокнула в подбородок.
Елрех нашлась в тесной кухне. Светлое теплое платье на ней смотрелось комично, но уже не удивляло. Она помогала хозяйке с приправами и делилась рецептами масел. Мое предложение помощи женщины отмели и, всучив в руки кусок пирога, прогнали на улицу. Детворы во дворе не было, но возле соседского забора на лавке сидела женщина гелдов. Судя по цвету кожи, мама, а может, старшая сестра испугавшей меня девочки. На подоле серого платья стояла деревянная миска, заполненная сушенными грибами. Толстые пальцы медленно ломали крупные грибы. Кусочки сразу летели в ведро.
Я постояла немного, дожидаясь Елрех и удерживая в руке пирог, а затем направилась к незнакомке. В конце концов, если ей не понравится мое общество, наверное, она об этом сообщит. Как‑нибудь покажет недовольство.
– Будете? – облокачиваясь на низкие штакетины забора, протянула пирог.
Она подняла на меня глаза, улыбнулась и покачала головой. Множество косичек были плотно стянуты в пучок на затылке.
– Шалга, – произнесла, словно катала камни на языке.
– А я Аня. Асфирель! – быстро исправилась улыбаясь.
Шалга глянула на калитку у нее за плечами, а потом на меня. В светлых глазах плескалось радушие.
– Можно к вам? – на всякий случай уточнила я.
Она кивнула.
Дважды приглашать совсем не нужно. Васоверги и виксарты пугали с первой встречи; крылатые, двуногие кошки восхищали; эльфы и эльфиоры после фильмов и картинок в интернете впечатляли, но особой диковинкой не выглядели; фангры встречались часто в любом городе; шан’ниэрды всегда настораживали; а люди… Обычные люди. Просто низких даже среди женщин не встречала. Зато гелдовы пробуждали любопытство: редкие жители городов, необычные и со своей неразговорчивостью казались таинственными.
Я на ходу, в спешке съела кусок пирога. Опустилась на лавку рядом с Шалгой и потянулась к грибам. От них исходил горько‑сладкий аромат, а пальцы словно касались хрупкого теплого бархата. О чем говорить не придумала, а лепетать ерунду не хотелось, поэтому помогала молча и украдкой разглядывала «каменную» девушку. Морщинки на лице и руках напоминали трещинки, но все же кожа обладала эластичностью. От бедра исходило тепло, слабо окутывая мою ногу.
– Я… – Не местная? Не то, что стоит сообщать, – очень плохо знакома с вашей расой. Говорят, вы…