Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия (СИ)

Зверь опять прильнул к земле, мягко потоптался задними лапами – и снова отказался от прыжка. Не испугав обманными движениями противников, выпрямился и лениво шагнул к Роми. При каждом его движении перекатывались выразительные мышцы, и зеркальная кожа пленила все новое и новое отражение. От каждого шага поднималась пыль, но ветер сразу развевал ее.
Тварь плавно сменила направление в сторону Елрех. Она будто присматривалась к предложенным блюдам, не зная, с какого начать трапезу.
Гром снова легонько тряхнул землю.
Я стерла рукавом пот со лба, потом отцепила от пояса бурдюк. Вода может разлиться во время боя, а она тут еще точно понадобится. Если выживем… Приложила ладонь к горячей земле, надеясь, что Единство подскажет, что делать. Помня многие легенды, боялась нападать первой, но сердце сжималось при виде, как тварь приближается к каждому из ребят поочередно. Мрачные мысли толкали поспешить и испепелить врага.
Роми поднял руку. Дождался, когда на него обратят внимание, и указал на свое отражение в монстре. Я задержала дыхание, присматриваясь. Мощное тело монстра вновь двинулось, поймало солнечный свет, и блик разбежался по множеству зеркал. Ослепил до рези в глазах. Я перевела взгляд на Кейела, отраженного в злобной морде зверя, и заметила, на что указывал Роми. Рябь. Отражения ребят покрывались рябью, будто превращались в лужу во время дождя.
Елрех нагнулась, подняла увесистый камень. Подкинула его на ладони, оценивая тяжесть, и бросила в тварь. Камень ударился о зеркальную поверхность, отскочил и упал. Тварь замерла.
Медленно повернула большую голову к Елрех и показала клыки в оскале. Низкое утробное рычание пересилило‑таки неизвестное шипение. Роми не стал ждать, когда зверь набросится на Елрех, – пустил стрелу в рябь. Она исчезла в зеркале, будто в воду нырнула. Кейел свистнул. Отбросив меч, замахал руками. Роми отскочил, но стрела, вылетевшая у него за спиной, успела зацепить рукав куртки и оставить в нем дыру.
Ив упала на землю рядом со мной, вырвала меня из оцепенения.
– Это и есть отражение скверны! – крикнула она.
Я нахмурилась, отдернула руку от земли. Кажется, песок обжег ладонь.
Ив продолжила:
– Если они будут ударять по своему отражению, то убьют себя!
– И что делать? – Грохочущий гром сожрал мой крик. Ветер швырнул песок в лицо.
Но Ив поняла вопрос. Она пожала плечами и отвела взгляд; пухлые губы превратились в тонкую бледную полоску, а между черных бровей залегла глубокая морщина.
– Замечательно! – Я фыркнула, хватаясь за голову. Злость взметнулась, оттесняя страх и подогнав призвать Ксанджей. Внутреннее пламя ненависти взвилось, притупило жар вокруг, но мне удалось осадить его, приструнить.
В этот же миг тварь размахнулась длинной передней лапой, растопыривая ее словно руку. Она летела в Роми и Кейела, но они проворно отступили. Елрех, зажатая между монстром и стеной из острых кристаллов, отпрыгнула. Едва не напоролась на мелкие раутхуты, но, чуть повернувшись и припав на колено, избежала падения на них.
Роми воспользовался тем, что монстр отвлечен и, наконец‑то, пустил стрелу. Она летела в глаз зверю, но тот попросту отвернулся. Стрела разломалась в щепки о крепкую кожу‑броню.
Зверь повел головой из стороны в сторону, переступая с лапы на лапу, а затем поднял переднюю. Обрушил мощным ударом на землю. Пыль взметнулась плотным облаком. Поглотила зверя почти с головой, накрыла ребят, но вскоре они выбежали на просвет. Откашливаясь, немного приблизились к нам с Ив. Ящеры вовсе замерли у нас за спинами.
Рокот, будто по расписанию, разнесся над головой.
Зверь склонился к земле, исчезая в поднятой пыли. Насторожил и испугал. Что собирается делать?
Ветер немного развеял плотную взвесь песка. И в ней мелькнула тень скалы, и сразу после засияло солнце. Зверь все же прыгнул. Кейела отбросило волной плотного воздуха – сорвало с места за доли секунды до того, как монстр продавил лапой землю на этом участке. Она встряхнулась, просела под тяжестью, покрылась трещинами. И снова все проглотила пыль, вынуждая ребят отступать еще дальше.
 
Я глянула на Роми с опаской, вспоминая, как в прошлый раз он, обратившись к духу‑покровителю, едва не умер. Сейчас он вытянул Кейела, но пока еще выглядел бодрым. Мазнув взглядом по Кейелу, я больше не смогла удерживать силу, жгущую нутро. По ощущениям пламя охватило меня целиком, встряхнуло. Сила прокатилась дрожью по телу и выплеснулась. Тварь вспыхнула в ослепляющих искрах. Они смешивались с пылью и песком, выжигали и их – все, чего касались. Плотно облепили зверя, взвились жадным пламенем, ослепительно вспыхнули. Вскоре, подхваченные легким ветром, взлетели к небу. Остатки скатились по зеркалам… полностью невредимым.
Зверь недовольно зарычал.
Я выдохнула; холодный пот прошиб спину, руки тряслись. Треть силы Единства была потрачена напрасно.
Под очередной раскат Кейел поднялся с земли, отыскал меч неподалеку, пригнулся, выставляя его в сторону. Наблюдая за тварью, он злобно оскалился. Роми снова пустил стрелу; она стремительно достигла цели и разломалась. Елрех бросила в тварь флакон яда. Он разбился о морду – фиолетовое облако взмыло вокруг нее, окутало. Зверь чихнул – раздул облако, рассеял. И не пострадал.
С пересохших губ сорвался шепот, пропитанный искренностью:
– Духи Фадрагоса, помогите нам.
Кейел, высматривая уязвимые места, подбирался к врагу ближе. Я прислушивалась к внутренним силам и не знала, чем помочь. Мысли метались от одного знания о Фадрагосе к другому, но ответы не находились. Феррари вернулась ко мне, боднулась в плечо, проворковала на самое ухо, лизнула шею, лицо. Уговаривала убраться отсюда. Я с раздражением отпихнула ее морду и снова сосредоточилась над тем, что происходило в двадцати метрах от меня.
Ребята и тварь кружили… Зверь вновь и вновь ударял по земле, поднимая пыль, но с меньшим энтузиазмом. Земля мелко дрожала, но от ударов этого зверя или чего‑то более страшного, поджидающего впереди, я до сих пор не разобралась. Кажется, все смешалось в кучу.
От очередного удара я вскрикнула и поднялась на коленях. Кейел едва пригнулся, пропустив лапу над самой головой. Я выдохнула. Но расслабилась слишком рано. Зверь промазал по Кейелу, но лапа промчалась дальше. Роми, стараясь попасть в глаз, отпустил тетиву слишком поздно. Он отскочил и оступился. Упал.
И зверь заметил.
На полном размахе он изменил положение лапы, поднимая ее выше, а затем, вытянувшись коренастым телом, направил ее вниз, плашмя, прямо на Роми. Вольный не успевал подняться. Отражения на коже мешали точно оценивать маневры монстра и вносили много путаницы, поэтому ориентируясь по тени, опережающей удар, я оттолкнулась и бросилась к Вольному.
Огромная тень мчалась.
Елрех закричала. Я опоздала.
Кейел проскочил в последний миг и вытолкнул Роми. Страх перехватил мое горло. По вискам будто ударили, в тот же момент, когда лапа обрушилась на землю. Голова пошла кругом.
Из облака пыли показался Роми. Он откатился, стал отползать, вглядываясь в плотную взвесь. Где Кейел?..
Губы задрожали, в груди засаднило.
Лапа оторвалась, порывистым движением развеяла рыжую дымку. Пусто.
Я мгновенно обернулась и едва не повалилась на ватных ногах. Невредимый Кейел примеривался к задней лапе монстра. Я нахмурилась – что он делает? Он замахнулся мечом и рубанул по своему отражению, вновь заставляя сердце замереть. Ненадолго. Очередная копия растаяла в воздухе. Сам Кейел обнаружился перед мордой твари. Он все еще присматривался к зверю и сжимал меч, но только кривился сильнее. Злился.
 
Мое сердце колотилось в горле, заглушало гулким стуком даже рокот.
Елрех, вытащив из небольшого мешочка новый флакон, вытерла пот со лба. Откупорила крышку и гневно поджав губы, разбежалась и швырнула зелье в морду зверю. Он среагировал мгновенно. Перехватил флакон пастью на лету и потряс головой, окрашивая воздух вокруг себя бурым цветом. Кейел отскочил, прикрывая лицо. Бросая осуждающие взгляды на Елрех, очертил широкими шагами круг, будто занимал время, пока развеется отрава.