Хорошие девочки не умирают

Сначала это был безобидный сам по себе, хотя и жутковатый, стук в стену. Потом повредили машину Брэда.
Это происшествие все-таки не слишком испугало ее – да, неизвестный разбил стекла, разрезал шины, но все равно это можно было назвать розыгрышем, который зашел слишком далеко. Однако после того, как «шутник» залез в дом и каким-то образом вырубил Кэм, Элли взглянула на вещи иначе. Это было нападение.
«Хотя такое нападение мог организовать и Брэд», – подумала Элли. Ей не давал покоя тот факт, что все, кроме него, отключились в машине. И еще одно: только Брэд из всей компании не пил из «термоса» Стива.
Неужели Брэд подсыпал что-то в коктейль?
А теперь в окно прилетел кирпич, и Элли поняла: что бы они ни делали, какие бы предосторожности ни принимали, незнакомец без труда мог добраться до них. В этом доме им угрожает опасность.
«Брэд привез нас в уединенный дом среди леса, где никто не придет к нам на помощь, – размышляла Элли. – В дом без замков и задвижек, без соседей. Зачем?»
– Нет, я сейчас прибью этого ублюдка! – в ярости рычал Стив, сражаясь с Мэдисон. Его лицо покрылось красными пятнами. Он пытался оторвать пальцы Мэдисон от своего плеча, но она не отпускала бойфренда.
– Не ходи туда! Тебя убьют, – рыдала Мэдисон. – Может, Брэда уже убили.
– Может, Брэд все это и организовал, – заметила Элли. – Нет, Стив, ты никуда не пойдешь. Мы уже это обсуждали.
– Можем все вместе пойти на улицу, если тебе так хочется соблюдать дурацкие правила из фильмов, – рявкнул он. – Но я набью морду тому, кто все это творит, даже если это Брэд. Особенно если это Брэд. А если Брэд ни при чем и тот, кто там шатается, напал на него, я набью морду этому козлу.
– Вот так люди и гибнут, – сказала Элли. – В реальной жизни. Вот посмотрите: один из нас пропал. Может, он ушел по своей воле, с какими-то нехорошими намерениями, а может, и нет; так или иначе, он исчез. Одна из нас лежит без сознания. Мы не можем допустить, чтобы с нами и дальше расправлялись по одному. Мы останемся в доме и будем держаться вместе. Тот, кто поджидает снаружи, пытается нас спровоцировать, чтобы мы разделились, вышли в лес. Он знает, что люди эмоционально реагируют, оказавшись в опасной ситуации, совершают иррациональные поступки. Поэтому мы не должны поддаваться на провокации.
– Я помню, что ты – единственная из нас, кто сдал этот поганый экзамен по основам психологии на первом курсе, но это не значит, что ты теперь специалист-психолог, – отрезал Стив. – Может, если я выйду наружу, этот гад испугается и свалит, или я его поймаю и навешаю ему, и на этом все кончится.
– Не ходи, – хныкала Мэдисон, которая по-прежнему висела на Стиве, обхватив его руками и ногами. – Не надо, не надо.
– Она от тебя все равно не отцепится, так что хватит уже об этом.
Слова Стива немного уязвили Элли, и не только потому, что он упрекнул ее в зазнайстве. Она-то считала, что Стив на ее стороне. Однако оказалось, что в критической ситуации он все же подчиняется импульсам, а не голосу разума. Не следовало ждать от него многого. Да, Стив время от времени демонстрировал здравый смысл, но ведь, в конце концов, он был другом Брэда и всегда шел у него на поводу. А Брэд был неисправим.
Пока они разговаривали, Элли не сводила взгляда с разбитого окна, выходившего на веранду. Она сама не знала, что ожидала увидеть – руку с ножом, возникшую из тьмы? Человека в маске? Она невольно перебирала в памяти известные хорроры, любимые фильмы, которые пересматривала в безопасности, на своем диване, которые позволяли ей щекотать себе нервы безо всякого риска.
Снова послышался какой-то грохот, зазвенело стекло. Элли, Стив и висевшая на нем Мэдисон одновременно обернулись и увидели, что второе окно комнаты тоже разбито кирпичом. На этот раз Элли не заметила тени. Человек, бросивший кирпич, быстро отступил – а может быть, он прятался сбоку от окна, прижавшись к стене. Элли не собиралась проверять, так ли это.
– Да чтоб ты провалился! – заорал Стив, снова пытаясь отодрать от себя Мэдисон. – Нет, богом клянусь, я убью этого урода.
 
– Перестань, перестань, успокойся, – повторяла Элли. Наверное, никогда в жизни сердце у нее не билось так сильно – оно готово было разорваться. Элли буквально чувствовала, как оно трепыхается в груди. Ей хотелось сдаться, визжать, как Мэдисон, только ей не за кого было уцепиться. Элли была одна, и она была единственной, кто мог хотя бы предложить какое-то рациональное решение. Она испытывала сложные чувства по отношению к Кэм и Мэдисон, но ей вовсе не хотелось, чтобы с ними случилось что-то плохое. Элли сейчас отвечала за их благополучие.
«Это должен был быть веселый уик-энд с подружками», – подумала она и внезапно разозлилась. Разозлилась на Брэда, который испортил ей выходные, разозлилась на человека, который их терроризировал.
– Мы не будем выходить из дома до утра, – произнесла она холодным, отрывистым тоном. Мэдисон и Стив в изумлении уставились на нее. – Мы не будем делать то, к чему вынуждает нас этот человек, или люди, если их несколько. Мы будем сидеть здесь и ждать рассвета. В это время года солнце встает около половины седьмого. Сейчас у нас пятый час. Мы будем сидеть здесь, рядом, спина к спине, и следить за окнами.
– А что, если он попытается влезть в окно? – спросил Стив.
– Пока он лезет, можешь «набить ему морду». Мы наставили там стульев, поэтому в окно забраться будет не так просто, и он окажется в невыгодном положении, – сказала Элли. – И не надо играть по правилам. Это не матч по боксу и не шанс показать себя в выгодном свете перед ребятами из студенческого братства. Если он хочет забраться в дом, мы заставим его за это заплатить.
Она произнесла эту небольшую речь несколько громче, чем было нужно. Человек, притаившийся под окнами и ожидавший реакции на брошенные кирпичи, должен был ее услышать. Элли не собиралась становиться марионеткой в чужих руках. Она не собиралась поддаваться панике, вопить и бегать кругами по комнате и не собиралась позволять Мэдисон и Стиву вести себя подобным образом.
– Ну ладно, нормальный план, – сказал Стив. – Надо найти на кухне что-то типа оружия, чтобы отпугнуть этого чувака, если что. Детка, мне придется тебя отпустить.
Мэдисон затрясла головой.
– Только если ты пообещаешь не выходить из дома.
– Я же только что сказал, что согласен с планом Элли, – ответил Стив. – Я не побегу на улицу. Она права. Если там действительно кто-то есть, будет проще завалить его, когда он попытается забраться в окно. И плевать, пусть думает, что я трус.
Элли не была уверена, что ему действительно плевать, но обрадовалась просветлению, наступившему в мозгах Стива. Поведение Мэдисон зависело от него и его настроения. Однако Элли не считала, что от Мэдисон будет толк, если кто-то попытается залезть в дом. Ей необходимо было какое-то дело, что-то такое, что могло отвлечь от панических мыслей.
Стив осторожно поставил Мэдисон на пол, и она с неохотой разжала руки. Парень пошел в кухонный уголок, вытащил из подставки все ножи и достал из ящика длинные вилки для мяса.
– Слушай меня, – обратилась Элли к Мэдисон. – Если увидишь в окне человека, не отходи от Кэм, ясно? Ты должна защитить ее, потому что сама она не в состоянии себя защитить.
– Ну, я не знаю, – дрожащим голосом ответила Мэдисон. – Что я могу против здоровенного мужика?
– Стив, – окликнула его Элли. – В шкафу нет чугунных сковородок?
– Хорошая мысль, – сказал Стив и, опустившись на колени, заглянул в шкафчик под мойкой.
– Ты хочешь, чтобы я стукнула преступника по голове сковородкой, как в мультике? – с нервным смешком спросила Мэдисон. – В жизни разве так бывает?
– Она достаточно тяжелая, но ты вполне в состоянии ее поднять и размахнуться. Даже если он не отключится, боль будет адская. Бей по голове или по яйцам, – советовала Элли. – Твоя задача – выиграть немного времени. И потом, я не думаю, что тебе захочется втыкать в человека нож.