Темный ратник. Факультет. Том 2

– Тебе, похоже, уже есть кого возвышать, не так ли?
Раз уж он вспомнил о Сьюн, я решил узнать ещё кое-что, но по моей физиономии директор сразу понял, о чём я хочу спросить.
– Нет, Киро. Её ты с собой в свой мир не заберёшь. Ратник – не твой раб, у него тоже есть выбор, и вряд ли Белая Сова захочет покидать дом. Это первое. И второе. Даже если она захочет, то Творцы просто не позволят ей это сделать.
Я сжал кулаки с изувеченными перстнями и показал их директору.
– А что насчёт этого?
Он кивнул.
– А вот маг-металл останется с тобой, куда бы ты ни пошёл. Только его бы подлатать.
– Подлатаю, – кивнул я. – Когда прибудет Фонтей?
– Завтра с утра. – Директор внимательно на меня посмотрел. – Что ж, вижу, у тебя появилась цель?
– Она никуда не пропадала, лишь задач прибавилось, – ответил я серьёзно. – Если моя сила останется при мне, то она поможет доказать брату, что я это я. А ещё она очень пригодится в моём мире. Он ведь тоже погибает, как и ваш.
– Надеюсь, у тебя всё получится, Киро. Я рад, что ты обрёл цель.
Сказав это, Стронг направился к своему шатру.
Я посмотрел ему вслед. На самом деле, он был прав: к моей основной цели прибавилась другая, она заполнила смыслом каждую минуту моего существования в этом магическом мире. Итак, отныне две недели вынужденного ожидания превратились для меня в две недели целенаправленного возвышения.
Мой взгляд снова упал на перстни.
Я быстро стянул их с пальцев, стиснул в кулаке и зашагал в свой шатёр. Мне предстояла бессонная ночь. Белая Сова могла не беспокоиться – храпеть я сегодня не собирался.
***
Сьюн ждала меня в шатре.
И правда, как послушная девочка.
– Что сказал Альмагор? – спросила она.
Я вкратце сообщил ей, что он сказал насчёт Каскадов, при этом не отвлекаясь от своего занятия: разложил на столе чистые листы бумаги, взял первый попавшийся карандаш из набора и быстро набросал эскиз.
Сьюн замерла у стола, пристально за мной наблюдая.
Она ни о чём не спрашивала, а молча смотрела, что я делаю, потом уселась на край стола и хмыкнула.
– Ты меня поражаешь, Киро Нобу.
Она пробормотала что-то ещё, потом ещё и ещё, но я не особо вслушивался.
На бумагах один за другим появлялись наброски, пока ещё черновые, совсем не похожие на чертежи, из которых можно было бы создать хоть что-то стоящее. Но я уже представлял себе тот самый чертёж и стремился его воплотить.
Я не был ни конструктором, ни инженером, как мой шеф Айверен из «Тайнен-Тех», но опыта работы в сервисном цеху мне хватало, чтобы по крайней мере понимать, что и как делать.
К тому же, у меня имелся образец кулака из маг-металла, на который я насмотрелся за всё это время. Я видел каждую его деталь и помнил, как раскладывался металл на моих глазах, создавая форму оружия…
– А здесь есть ванная? – внезапно спросила Сьюн.
– Не знаю, – ответил я, не отвлекаясь от чертежей.
– А я видела тут рядом реку и горячие источники. Как думаешь, это сойдёт за ванную?
– Не знаю, – опять буркнул я.
Сьюн соскочила со стола, схватила полотенце и что-то из чистой одежды из стопки. Я даже не заметил, как она ушла.
Не знаю, сколько её не было, но за это время я успел изрисовать листов десять, если не больше.
Когда же Сьюн вернулась, то, как бы я ни был занят, всё равно сразу ощутил её появление. Связь между нами действительно была сильной. Возможно, из-за того, что Сьюн каждый раз дарила мне половину метки.
– Пришлось сменить гардероб, – вздохнула она за моей спиной.
– Ага.
– Теперь я уже не так хороша.
– Ага.
– Что-о?.. – Сьюн ткнула меня в спину кулаком.
– Что? – простонал я, обернулся и чуть не выронил карандаш из рук.
Передо мной стояла Сьюн в широкой мужской рубашке, застёгнутой буквально на две пуговицы. Больше на ней не было ничего. Влажные белокурые волосы лежали по плечам, с кончиков ещё капала вода, делая ткань рубашки полупрозрачной.
Все чертежи разом вылетели из моей головы.
– В таком виде… ты будешь ходить только при мне, – выдавил я.
 
Это первое, что пришло мне на ум.
Сьюн будто меня не услышала. Она прислонилась к крышке стола голым бедром и взглянула на мои чертежи.
– Ну и что тут у тебя? О, я думала, ты воссоздаёшь кулак… а тут… кое-что интересное…
Она издевалась. Она реально надо мной издевалась.
– Слушай, я же не железный, – процедил я сквозь зубы.
– Я заметила. – Сьюн бросила взгляд мне между ног. – Завтра высвободишь всю свою мужскую энергию на тренировке. А теперь рисуй свои чертежи дальше, я тебя просто взбодрила. Не забывай, что я твой ратник, а не твоя девушка. Нам нельзя.
– Тогда одевайся как ратник.
Сьюн виновато на меня посмотрела и застегнула рубашку ещё на пару пуговиц.
– Тогда не буду мешать. Знаешь, мне кажется, что чем дольше я нахожусь без влияния Каскадов, тем больше очеловечиваюсь. Это очень странно.
Она одёрнула подол рубашки, прикрывая бёдра, и поспешила одеться. Быстро натянула на себя широкие спортивные штаны, сбросила рубашку, повернувшись ко мне спиной, и накинула жилет.
Только каким бы суровым ни было то самое «нам нельзя», я всё равно косился на Белую Сову, и уже сейчас понимал, как сложно будет постоянно помнить, что ратник – это ратник.
Ещё около получаса я пытался сосредоточиться, склонившись над чертежами и уперев ладони в стол. В конце концов, мысли снова вернулись в нужное русло, и я проработал ещё часа четыре. Потом, когда ноги уже не держали, я придвинул к столу раскладной стул, и уже сидя продолжил перерисовывать отдельные детали конструкции.
Сьюн всё это время сидела на своей кровати и наблюдала.
Поначалу меня это раздражало, но затем привык и уже не замечал её пристального взгляда. Ну а потом я прикрыл глаза, всего на секунду прикрыл, чтобы выдохнуть…
…проснулся я от того, что кто-то положил руку мне на плечо.
– Адами Нобу, невероятно. Вы это за одну ночь сделали?
Спросонья я не сразу узнал голос сварщика Фонтея.
Он поцокал, хлопнул меня по плечу и повторил:
– Невероятно.
Я разлепил веки. В шатре было светло, лампада уже не горела. Оказалось, что заснул я сидя за столом, положив голову на стопку бумаг.
– Адами Нобу, вам пора на тренировку, – добавил Фонтей. – Ваш ратник оставил вам завтрак и уже ждёт у подготовленных лент препятствий. Слышите? Я заберу ваши чертежи. По ним я уже понял, что именно вы хотите получить. Но учтите, что на создание такой сложной конструкции понадобится несколько дней. Если позволите, я немного доработаю ваши чертежи. Адами, вы слышите? Адами!
Он потряс меня за плечо, окончательно сбивая с меня сон.
Я поднял голову и отлепил бумагу от щеки. На верхнем листе так и остался влажный отпечаток половины моего лица.
На столе, около стопки чертежей, стояла тарелка с вполне приличным завтраком (отбивная, сыр и что-то похожее на рис) и стакан мутного напитка.
– Поторопитесь, адами. – Фонтей начал сгребать все мои чертежи, при этом любуясь эскизами и цокая от восторга.
Я же быстро проглотил завтрак, выхлебал напиток, даже не заметив его вкуса, и переоделся в приготовленную форму. Точно такую же, какая была вчера на директоре и генерале. Широкие штаны и жилет. На ноги натянул ботинки на зубастой подошве и повязал красную перевязь на лоб.
Фонтей за это время собрал все раскиданные по столу листы бумаги, и мы вместе с ним вышли из шатра.
– Удачи на лентах Холли, они за лесом, идите по тропе на запад, десять минут у вас ещё есть, – сказал он мне напоследок и отправился в сторону шатра директора.
Я же быстро подскочил к берегу реки, сполоснул лицо и поспешил к той самой тропе. Теперь, в лучах утреннего солнца, тропический лес казался ещё более густым и непроходимым. Влажность воздуха зашкаливала.
Между деревьями, с западной стороны лагеря, я обнаружил тропу. Шёл по ней минут пять, порой переходил на бег, пока не догнал идущих туда же студентов.