Разыскивается: не-мертвый или живой (ЛП)

Финеас поднялся на ноги.
– Чувак, ты стоишь.
Нейт грустно улыбнулся, входя в комнату.
– Я вернул свои ноги. Но потерял брата.
Финеас взглянул на Грегори, который остался стоять в дверях с болезненным выражением на лице.
– Добро пожаловать, – Ангус пожал руки Нейту и Джону. Потом остальные подошли к новеньким и представились.
Фил пожал Нейту руку.
– Спасибо, что всегда была рядом с Бринли. Она моя сестра.
Глаза Нейта расширились.
– Значит, ты тоже оборотень?
– Да, – Фил кивнул. – Мой отец изгнал меня из стаи много лет назад. На самом деле это лучшее, что когда-либо случалось со мной. Здесь хорошие люди.
– Рад видеть, что ты ходишь, чувак, – Финеас хлопнул Нейта по плечу. – Как тебе нравится быть Нежитью?
Губы Нейта дрогнули.
– Это странно. Несколько дней назад я даже не знал о существовании вампиров, а теперь я один из них, – он оглядел переполненную комнату. – Все, кажется, очень поддерживают. Я этого не ожидал.
– Да, это круто, – Финеас поморщился. – Мне очень жаль твоего брата. Если бы я мог говорить...
– Вероятно, это ничего бы не изменило, – перебил его Нейт. – Я уже несколько месяцев знаю, что Кайл водится с дурной компанией. Я пытался предупредить его, но он не слушал. Он... он помог Бледдину напасть на меня. Я не знаю, что ранит больше всего. Что он умер или что он отвернулся от меня.
Финеас похлопал его по плечу.
– Он был не в себе, чувак. Я думаю, он был на стероидах.
Нейт вздохнул.
– Он определенно был слишком агрессивен. Золтан сказал мне, что он пытался укусить вас. У вас не было другого выбора, кроме как застрелить его.
– Это был я, – Грегори подошел к ним. – Я нажал на курок. Мне жаль.
На лице Нейта появилось страдальческое выражение.
– Я понимаю. На войне приходится принимать жесткие решения.
– И жить с ними, – пробормотал Грегори.
– Давайте вернемся к делу, – объявил Ангус, и все расселись. Ангус посмотрел на Нейта. – Мои соболезнования насчет твоего брата. Золтан только что объяснил мне ситуацию.
Нейт кивнул.
– Как только в Вайоминге сядет солнце, – продолжал Ангус, – мы сможем телепортировать вас с Джоном домой с запасом синтетической крови. Мы сделаем все возможное, чтобы помочь вам с переходом.
– Спасибо, – сказал Нейт. – Я думаю, что хотел бы попробовать один из этих Блеер'ов.
Все улыбнулись. Кроме Говарда. Он нахмурился, а в его глазах появился яростный блеск.
– Есть идеи, что задумали Ретт Бледдин и Корки? – спросил Ангус.
– Власть, – тихо сказал Говард. – Бледдин хочет, чтобы все оборотни Северной Америки присягнули ему на верность.
– Возможно, Корки планирует использовать вампирский контроль сознания на смертных, – предположил Йен.
Ангус кивнул.
– Значит, вместе они смогут контролировать и смертных, и оборотней?
– Это сделало бы нас их врагами, – сказал Фил. – Вампиры и оборотни, которых они не могут контролировать.
Говард сжал кулаки.
– Он жестокий ублюдок, который убивает других оборотней и любых смертных, кто встанет у него на пути. Даже детей.
В комнате воцарилась тишина.
Финеас глубоко вздохнул.
– Думаю, нам придется его убить.
Говард пристально посмотрел на него.
– Надеюсь на это.
Ангус откинулся на спинку стула.
– Хорошо. Мы пойдем за Бледдином и Корки...
– И спасем Бринли, – добавил Финеас.
Фил поднял руку.
– Я позабочусь о ней.
Волна гнева пронзила Финеаса, и он повернулся на стуле лицом к Филу.
– Теперь ты беспокоишься о ней? А как же все те годы, когда она оставляла тебе письма, умоляя вернуться домой?
Фил стиснул зубы.
– Меня изгнали.
– Ты хоть представляешь, через что ей пришлось пройти? – закричал Финеас. – Жестокое обращение. Унижение, – он удержался, чтобы не сказать "изнасилование". – Она страдала, а тебя не было рядом, чтобы защитить ее.
Фигура Фила на секунду замерцала, когда внутренний волк разорвал его путы.
– Думаешь, мне было все равно? Я тоже оставлял письма, умоляя ее уехать со мной. Она так и не ответила.
– Довольно, вы двое, – Ангус сурово посмотрел на них. – Мы ее вернем. А сейчас вам нужно успокоиться и держать себя в руках.
Финеас глубоко вздохнул.
– Я хочу возглавить команду по ее спасению.
Ангус внимательно посмотрел на него и покачал головой.
– Ты слишком эмоционально вовлечен. Золтан будет за главного. Вы с Филом будете в его команде.
Финеас беззвучно выругался.
– Я хочу, чтобы в домике Фила была вторая команда, – продолжал Ангус. – Джек, ты возглавишь эту команду, поскольку знаешь, как телепортироваться туда. Любые оборотни или Недовольные, которые там появятся...
– Долго не проживут, – закончил Джек. – Я заберу Лару по дороге, и возьму с собой Джей Эл и Остина.
– Очень хоррошо, – согласился Ангус. – И нам нужна третья команда, самая большая команда, чтобы напасть на ранчо Бледдина и, надеюсь, уничтожить его и Дмитрия и взять Корки в плен. Робби и я будем командовать, так что мы сможем атаковать с двух фронтов. Фримонт останется здесь, чтобы координировать действия трех команд.
– Да, сэр! – Фримонт выпрямился.
Ангус оглядел комнату.
– В команде Робби будут Йен, Стэн, Раджив...
– И я, – проворчал Говард.
– Я тоже пойду, – предложил Нейт. – Я служил в армии. Я умею драться.
– Это не твоя битва, парень, – сказал Ангус.
– Думаю, и моя тоже, – ответил Нейт. – Бледдин и его стая настроили моего брата против меня.
– Могу я предложить? – Джон поднял руку. – Земля Бледдина граничит с ранчо Карсона. Вы могли бы использовать дом Нейта в качестве базы для начала атаки, – он смущенно посмотрел на Нейта. – Если вы не возражаете, сэр.
Нейт улыбнулся.
– Это отличная идея. Я должен был подумать об этом сам.
– Очень хоррошо, – Ангус встал. – Как только в Вайоминге сядет солнце, мы выступаем.
***
Бринли ответила на стук в дверь спальни.
– Это вам, – охранник протянул ей хрустальную вазу с дюжиной желтых роз на длинных стеблях.
Как только она взяла вазу, он закрыл дверь.
– Ну надо же, спасибо, – пробормотала она. Не то чтобы она не возражала против того, что ее заперли в спальне с сестрой. Это было гораздо предпочтительнее, чем проводить время с Реттом Бледдином или ее отцом. К счастью, ни один из них не связался с ней в течение дня.
Поскольку Охота длилась всю ночь в течение трех ночей, оборотни, как правило, спали большую часть дня. Только сейчас, почти к ужину, дом зашевелился. Большой фуршет обычно подавался в семь, чтобы зарядить энергией всех гостей для ночной охоты.
Она посмотрела в окно, за которым садилось солнце. Что случилось с Финеасом и Джеком? Они все еще в домике? Проснутся ли они на закате уже не парализованными? Если это так, то, вероятно, смогли бы одолеть Кайла. Если он уже не использовал свой кол...
– О Боже! – Глинис бросилась вперед, ее глаза блестели от возбуждения. – Какие красивые розы! Они от Ретта?
– Кто знает, – пробормотала Бринли.
Глинис вытащила карточку из прозрачного пластикового трезубца и прочитала вслух:
– "Вся моя преданность, вся моя жизнь". И подпись: "Твой любящий Ретт". И они твоего любимого цвета. Это так романтично!
– Ты сказала ему, что желтый – мой любимый?
– Ну да. Но все равно это романтично. Ближайший цветочный магазин находится в нескольких милях отсюда.
– И он велел одному из своих приспешников съездить до него, – Бринли прошла в ванную и поставила вазу в белый фарфоровый мусорный бак.
– Что ты делаешь? – Глинис вытащила вазу. – Было бы оскорблением не принять их.
– В том-то и смысл.
Глинис фыркнула, затем вернула вазу в спальню и поставила ее на выпуклый сундук.
– Ну вот, отлично, – она разгладила длинную юбку своего розового шелкового платья и сморщила нос, глядя на джинсы и футболку Бринли. – Знаешь, тебе правда надо переодеться к ужину.