Одержимая (СИ)
— Ты с тем не шути, — покачал головой бес. — А то беду накличешь.
Спорить с бесом не хотелось. Оторвавшись от шитья, обвела глазами комнату. Орнаментом было разукрашено почти всё: рушники и скатерть, горшочки для приготовления пищи и всякая утварь на полках. Даже подумала, что резные деревянные узоры на ставнях и крыше — тоже защита от всяких злых духов, а не для красоты.
Спрашивать об этом у Анчутки не стала. Зато стала думать, как еще я могу проявить заботу о Велизаре, когда его нет. Если я стану вздыхать о нём в его отсутствие, он не узнает и совсем не оценит. А вот придать его жилью приличный вид — это можно. К тому же ткани у меня есть. Пошью занавески и пару диванных подушек на лавку.
На следующий день тем и занялась.
Переставила утварь — благо у Велизара её было не так много. Сдвинула лавки. Долго спорила с Анчуткой, где и что будет располагаться. Я хотела сделать для себя уютный уголок за печью, подальше от чужих глаз. Но Анчутка не позволил:
— Да где ж видано, — возмущался он. — Чтоб красный угол за печь переносили, а кухня в проходе стояла?
Вообще-то, — хотела сказать я. — Так устроено множество квартир-студий. Но сдалась и оставила место для наведения красоты в углу напротив входной двери — не буду слишком сильно раздражать местных своим никому ненужным мнением.
Сдвинула лавки в угол. На полку над ними поставила несколько оберегов, которые мне понравились больше всего, и глиняный горшочек с цветущими сорняками с огорода. На окна рядом пошила длинные светлые шторы.
— Куда ж ткани столько на занавески-то? — сокрушался Анчутка.
Но остановить он меня уже не мог. К тому же домовой в моей затее мне помогал — где нитку придержит, где что-то по мелочи подаст. Нас было больше, чем один бес — значит мы правы.
— А вышивку и кружева на занавеске кто делать станет? — не отставал Анчутка.
— Не стильно, — коротко и непонятно ответила я. Анчутке возразить было нечем.
На поставленные углом лавки постелила тонкие матрасики из черной ткани для рубах ведьмака, которую нашла среди прочего хлама в светлице. Перьев и пуха на них Анчутка не дал. Но зато выделил солому. Не лучшая альтернатива поролону, но хоть что-то. Чтобы солома не колола сквозь ткань, пришлось шить в два слоя. Анчутка сдался, но несогласно прожигал меня взглядом, недовольный подобным произволом.
— А на подушку перьев дашь? — спросила я, как матрасики заняли своё место.
Анчутка согласился. Потом понял, что зря.
Я сделала две небольших ярких подушки и красиво положила их в угол, категорически запретив и бесу, и домовому на них спать. Анчутка обиженно сопел, а бес устроился на матрасике рядом, вытянув свежеотрощенные ноги.
Журнального столика тут не нашлось. Но была короткая лавка, которая когда-нибудь в будущем точно эволюционирует в табурет. До столика она слегка недотягивала. Пришлось накрыть её чистым рушником. Сверху поставила шкатулку с нитками и чуть небрежно приоткрыла её. Присела рядом, представляя как должна буду смотреться с вышивкой на фоне красного угла. В будущем надо раздобыть где-то модный вязаный плед, который будет красиво стекать с края лавки на пол.
В последний день перед возвращением Велизара, обставили кухонную зону, которая целиком ютилась теперь за печью. Ближе ко входу перетащили сундук с запасной одеждой и обувью. Над ним повесили несколько деревянных крючков — их накануне вырезал Анчутка под моим чутким руководством. Будет где Велизару повесить байкерскую куртку.
Наконец с перестановкой было закончено. С чувством выполненного долга еще раз оглядела комнату. Покрытые черным лавку, белые шторы, две яркие подушки на фоне необработанного сруба — суровый славянский лофт. Велизару точно понравится!
_________________
* История чугуна начинается в Китае еще до н. э. В России чугун появился только при Петре I. Широкое распространение чугун получил в 19 веке.
---------------------
Пока ждете продолжения, можете заглянуть в другие книги автора. Они тоже интересные)
25. Велизар. Сокрытый овраг
Бродил Велизар по лесам да оврагам, искал прорывы Бездны. Исходил все чащи, проверил буреломы — прорывов не случилось. Лишь воздух шел рябью, показывая, где зарождается брешь. Залатать такую брешь было не сложно, и иномирных тварей рядом не было. Даже мелкая нечисть нигде не пакостила. Во вверенных Велизару землях царил порядок.
Всё это время думал Велизар не о порожденных Бездной тварях, а о Бажене. И о улыбке её, что тревожила сердце. И как вышла на рассвете проводить его в дозор. Дядьку Всеслава так же жена провожать выходила. Вручала снеди в дорогу и наблюдала, как он уходит в дозор с двумя своими учениками. А потом встречала после долгого пути.
Не удержался Велизар, оглянулся перед тем, как подстегнуть коня и в дозор отправиться. Ждал он, что Бажена в избу уйдет. А она стояла, смотрела ему вслед. Как поймала взгляд его, помахала рукой. И пусть бы в начале последовала она за ведьмаком ради жизни в городище, он простит, если она так же станет ждать с дозора и встречать его.
Гнал он мысли эти, что вызывали в нём улыбку и приятное томление. Не время сейчас думать о любви девичьей. Прежде надо избавить её от проклятия.
Ничего не удалось выяснить о лиходее у девицы. О чудесах его Бажена помнила, а о нём самом нет, как и о прежней своей жизни. Что за проклятие такое, что девицу в миг воспоминаний о последних днях лишило? Однако надеялся Велизар, что, прознав о рассказанных лиходеем чудесах, узнает он и купце заморском. Не слыхивали тут ни о лапше, ни о шваб-ре. Где вдруг заговорят о подобном, там и искать след колдуна.
Потому Велизар и решил с Баженой кузнеца навестить: чем больше он о чудесах знать будет, тем быстрее колдуна отыщет. Да и Бажена вроде своими силами в Белодворье освоиться пробует — не станет он в том преград чинить. Разве ж может он людскими судьбами распоряжаться?
Помнил он и о следах заклятия чужого на своем дворе. Опасно сейчас Бажене за ограду выходить. Но ведь он с ней рядом будет, от беды оградит. Силы ведьмовской в нём было много — не даст он проклятию чужому пробудиться, если колдун над Баженой власть имеет. И клятва, данная девицей, в том ему поможет. А если и не сдюжит, то сам понесет за то ответ перед воеводой Пересветом.
Перед тем, как к дому поворачивать, заглянул Велизар и в Сокрытый овраг. Рано было брешь в нем проверять — так быстро Бездна вновь не прорвется. Но боялся Велизар оставить его без внимания. Ежели в прошлый раз он не успел к прорыву, да гули себя вели неправильно, отчего и в этот раз прорыву раньше не случиться?
Пусто было в овраге. Ни гулей, ни прочих тварей в нём не было. Местная нечисть сюда и прежде не заглядывала, опасаясь порождений Бездны. И сам прорыв, что прежде будто уродливый рубец рассекал границу между мирами, исчез. Даже легкого марева, что как горячий воздух в жаркий полдень колыхалось над землей, больше не было. Лишь высушенная чужеродной магией земля на дне оврага напоминала о недавнем соседстве Бездны.
Сотворил Велизар заклятие, что могло найти силу Бездны. Но даже следа её в Сокрытом овраге не было. Пропала и заполнявшая его странная магия, что отгоняла от оврага и мелкую нечисть, и простого зверя, да сбивало заклятия ведьмака. Сокрытый овраг стал просто низиной, ничем не отличимой от других таких же. Велизар вышел из него и осмотрелся: а вдруг сбился с пути? Но место было правильным.
И вроде бы радоваться Велизару, что в землях его одной напасти стало меньше, да тревожно было. Ежели проклявший Бажену колдун силы с Бездны тянул, не миновать беды. Сам колдун может и слаб был, но Бездна коварна. Как проявит себя спрятанное в девице заклятие? И сколько силы надо было вытянуть, чтоб брешь полностью иссякла? Неспроста это было.
И вроде не ходить бы к кузнецу, да обещал уже. И о чудесах прознать надо. А прямо спросит, так Бажена точно не скажет. Испугается или снова обидится, что ведьмак не выпускает её.