Одержимая (СИ)

На всякий случай со всех сил схватилась за протянутую руку. Если волшебство снова назад во двор откинет, то полетим туда вместе с поставившим стену ведьмаком. Но ничего не случилось. Я прошла через калитку, будто и не было тут никаких волшебных стен. Почувствовала себя сумасшедшей: а вдруг и правда я всё это время зря боялась выйти?
Улица за забором была такая же, как я её видела всё это время: узкая, пыльная, похожая на аллею между огородами. Как только мы вышли на неё, Велизар отпустил мою руку и стряхнул мои ладони — сразу я отпустить его не решилась. Мы вышли по дорожке на другую широкую улицу, едва заметно поднимающуюся вверх.
Оказалось, что Велизар живёт в пригороде, а до города далеко. Сам город стоит на холме и огорожен стеной из плотно сложенных бревен, и возле него кипит жизнь. Дома тут были выше, по два и даже три этажа, и стояли теснее. Чем ближе к городу, тем добротнее постройки. На фасадах множество хаотично размещенных окон — и больших и маленьких. Мой внутренний перфекционист бился в агонии при виде этого безобразия. Улица хоть и широкая, но тесная. Люди и гужевые повозки мешали друг другу, было очень шумно.
Возле ворот был ведущий через ров мост. Перед мостом народу было намного больше. Кто-то пытался проехать на телеге, и груз в ней сейчас досматривали дружинники, охраняющие город. Людской поток огибал телегу, но навстречу им шёл другой такой же поток. Люди нетерпеливо толкались, кто-то даже ругался. Образовавшуюся пробку я могла бы оценить баллов на пять.
Я испугалась, что потеряюсь или кто-нибудь слишком бойкий оттолкнёт меня от ворот. Поэтому схватилась за локоть Велизара и шла, теперь почти вплотную прижавшись к нему. Отпустила, лишь когда мы наконец миновали ворота — по ту сторону народ расходился в разные стороны и давки почти не было.
Мы свернули на одну из боковых улочек, прошли вдоль стены и вышли другую широкую улицу, застеленную для удобства ходьбы бревнами. И уже здесь нашли кузницу Тихослава. Идти до неё оказалось далеко, я сама бы точно заблудилась. А в родном мире и вовсе предпочла бы добираться на общественном транспорте, а не пешком. Искренне пожалела, что до меня сюда не попал какой-нибудь таксист.
Кузница была просто кузницей. Небольшой двор, деревянное здание, из открытых дверей которой жар выходил на улицу. Из трубы на крыше валил дым, слышался стук молота.
— Тихослав! — окликнул кузнеца Велизар еще от самых ворот. Не дождавшись ответа, распахнул калитку и зашел во двор. А потом позвал его еще раз.
Я оглядела двор и увидела несколько стоящих возле стены швабр. Да, не таких как моя, но всё-таки швабр. А быстро кузнец их в дело пристроил!
— Иду я, иду, — послышался голос кузнеца из зева кузни. И вскоре в дверях появился сам Тихослав. Увидев нас, он расплылся в улыбке. — Здрав будешь, господин ведьмак. Бажена, рад видеть. Да вы ж в дом-то походите.
Ополоснул руки и разгоряченное лицо в стоящей рядом бочке, и первым пошел к стоящей по правую сторону от ворот избе. Изба кузнеца мало чем отличалась от Велизаровой до перестановки. Сени, горница с печью, красный угол напротив дверей. Разве что всяческой утвари было побольше. На кухне возился не бес, а жена кузнеца, рядом играл тряпичной куклой мальчик лет двух-трёх. Судя по округлившейся фигуре женщины, новое пополнение в семье кузнеца не за горами. Не удивительно, что он так вдохновился моими идеями — ему семью кормить. А если вспомнить, сколько детей могло родиться в семье этого времени, то работать на достойное будущее детям ему придется очень много.
— Милава, встречай гостей! — окликнул жену Тихослав.
— Какие еще гости с утра пораньше? — проворчала Милава. Я была с ней согласна — мне недавние утренние гости ну совсем не понравились. Женщина подняла на нас строгий взгляд, но выражение её лица смягчилось, как она увидела, кто к ним явился. — Господин ведьмак, да что же вы в дверях стоите то?
Она тут же предложила нам почетное место в красном углу. Как рассказывал Анчутка это показатель, что гостю рады.
 
К разговору о технологиях будущего перешли не сразу. Сначала мужчины поговорили о новостях города. Тихослав спросил Велизара о дозоре. Ведьмак ему даже ответил. Потому я поставила в голове для себя галочку: обидеться за это на Велизара. Меня то он отругал, вместо того, чтоб рассказать о трудовых буднях. Но прилюдно устраивать сцен не стала. Не хотела, чтобы он так же прилюдно напомнил, что я ему всего лишь прислужка и к его делам отношения не имею.
И вот наконец Тихослав повернулся ко мне:
— Шваб-ра твоя, Баженка, что надо. Всем соседям сгодилась. Даже с барского двора заходили. Сельская девка, а такое чудо придумать! К торжкам их вот готовлю. А коли пойдет дело, гостинцев тебе снесу в благодарность.
— Так что швабра? — равнодушно бросила я. Хотя внутри меня изводилась жабка, упустившая прибыль. — Я и не такое придумать могу.
Не сговариваясь, мы оба посмотрела на ведьмака. Я — потому что боялась, что он не даст мне сотрудничать с кузнецом. Ещё заберет прибыль на правых хозяина. Обидно будет. Зачем посмотрел Тихослав, я не знаю. Но тоже, видимо, посчитал Велизара в нашей беседе лишним. Но Велизар наших красноречивых взглядов понимать из собственной зловредности не захотел.
— Сегодня поведаю я о чугуне! — начала я, стараясь не обращать внимание на Велизара. Не получалось, уж слишком внимательно он меня слушал. — Получается из него посуда, что в печи не лопнет. Горшочки-чугунки сделать можно, и сковороды для жарки, и много других вещей, что прочнее обычного железа будут.
— Так и как его делать? — Тихослав чуть подался вперед.
— Всего лишь добавить к железу углерод, — довольно закончила я. Еще помню что-то со школьных времен. Главное, чтоб ничего не перепутала. А то неудобно получится. — Можно взять, например, графит. Плавить металл с углеродом следует в специальной печи с поддувом — доменная печь называется. А если взять углерода поменьше и добавить другие металлы, то получится сталь — она на ножи и мечи сгодится.
— Это ж мы так секрет дамасской стали узнаем, — пробормотал Тихослав. — На торжках меч такой купить не каждый боярин сможет. А я сам сковать смогу, — и с восторгом спросил: — Так и сколько графита нужно добавить?
— Ну… немного, — ответила с гораздо меньшей уверенностью.
— А печь-то с поддувом как сделать?
— А я не знаю, — призналась я.
— Тьфу ты, — разозлился Тихослав.
— Ты кузнец, ты и придумывай, — ответила ему. И так секреты восточных мастеров раскрыла. Еще и технологию ему распиши! — Что делать, я подсказала. О больше не знаю.
— Так что за подсказка такая, ежели непонятно ничего?
— Уговор был: я говорю, о чём знаю. Ты пробуешь, что получится. А потом мне показываешь, если выйдет чего. Было такое?
— Было, — насупился Тихослав, от чего стал похож на маленького обиженного ребенка.
— Ты ж больше меня в кузнечном деле мыслишь, — напомнила Тихославу. — Уверена, поймешь, что делать надо.
От похвалы кузнец заметно подобрел. Технология задабривания по методу последовательниц религии «хвали мужчину и вдохновляй» сработала безотказно.
— Ладно, — согласился он. — Как получится чего, так сразу зайду к вам в гости.
Тихослав покосился на Велизара. Я вспомнила, что сплетня о нашей скорой свадьбе пошла скорее всего от него. Но говорить ничего не стала. Сейчас мне выгодно положение невесты ведьмака: была надежда, что кузнец меня не обманет. Его бормотание о стоимости стали я слышала хорошо.
  
28. Бажена. Белодворье
 
— Куда дальше? — спросил Велизар, когда мы вышли от кузнеца.
От его вопроса растерялась еще больше, чем когда Тихослав спросил меня о пропорциях компонентов для плавки чугуна. Что за аттракцион невиданной щедрости? Однако шанс упускать было нельзя. Задумалась, чего бы хотела еще получить в ближайшее время.
Вообще-то встреча с кузнецом прояснила для меня одну очень важную вещь: знаний для внезапного скачка прогресса мне катастрофически не хватает. Это в моём мире веб-дизайнер — профессия будущего. А на любую профессию прошлого почти позабытых школьных знаний всё-таки маловато. Не то, чтобы я не догадывалась об этом. Но считала, что для толчка к развитию хватит идеи и толкового специалиста под рукой. Тихослав создавал впечатление человека умного, несмотря на кажущееся простодушие. Вон как быстро со шваброй разобрался. Я до последнего верила, что он сразу поймёт, что мне нужно.