Одержимая (СИ)
Вдруг вскрикнула Бажена и руками замахала. То местная лесная нечисть девицу пугает, али след Бездны появился? Призвал ведьмак силу, но ничего не нашёл.
— Ты чего? — спросил он Бажену.
— Пауков боюсь, — ответила она.
То ж за девка, что с бесом сладила, а мелких букашек так страшится? Дальше шёл рядом, паутину смахивал. Хотелось видеть ему улыбку Бажены и благодарность во взгляде. Думал о том, как поймают колдуна неведомого, и сможет Бажена без страха со двора его выходить. А вдруг пожелает она с Велизаром остаться?
Как набрали грибов до краёв лукошка, засобирался домой. Вечерело. Как солнце сядет, дороги не видать будет. Ночи нынче безлунные.
— Ты еще реку обещал показать, — сказала вдруг Бажена.
Хотел было возразить ей, да посмотрел на неё, увидел, как очи надеждой светятся, и не стал отказывать.
Берег реки тут был высоким, а у самой воды заросший осокой. Ни умыться, ни искупаться здесь нельзя. Растерялся Велизар: не так хорошо место, куда привел Бажену. Предложил ей воду принести, но она отказалась. Но даже тогда не захотела домой пойти:
— А на закат посмотреть?
— Чего на него смотреть?
— Красиво же, — и села на землю у края берега. — А когда смотришь на закат с кем-то вместе, он становится еще красивее. Садись.
Не понимал Велизар красоты заката. Небо цвета меняет — так каждый день такое происходит. Но рядом с Баженой и правда смотреть на него хотелось. Но как солнце за дальним лесом скроется, быстро темнеть станет. Встал он, чтобы домой отправиться.
— Подожди, еще немного, — взяла его Бажена за руку, будто и правда было важно увидеть, как свет солнца погаснет.
Темно было, как домой отправились. Дорога под копытами Бурана была едва заметна. Если бы отправились засветло, добрались бы быстро. Но сейчас Велизар, дороги не видя, коня своего не торопил.
Заметил он, что задремала Бажена. Убаюкал её ровный шаг Бурана. Взяла своё усталость. Обнял Велизар девицу, прижал к себе, чтоб с коня не свалилась. Почувствовал ладонью тепло её тела, и как доверчиво положила голову на её плечо. Да не смог сдержать улыбки. Никогда прежде не желал он оберегать кого-то, как великую ценность. А сейчас будто нет для него важнее ничего, чем беречь сон девушки.
Как домой приехали, снял спящую Бажену из седла, да в избу понёс. Осмотрелся он — на печь, не разбудив, не уложит. И оставлять спать на лавке не хотелось. Уложил он девицу в своей комнате на кровати, а сам на печь забрался. Посмотрел свозь темноту на потолок и снова улыбнулся. Может права тётка Агафья, и пришла ему пора жениться?
Закинул он руки за голову и почувствовал, что под подушкой бумага припрятана. Сотворил он светлячок, осветил и печь, и подушку. Вытащил бумагу, что сам Бажене отдал, чтоб по рисункам её колдуна найти. Не показывала Бажена, что еще сделать хочет. Но листы оказались разрисованы неведомыми приспособлениями.
Перебирал их Велизар и удивлялся. Но не чудесам, что Бажена нарисовала. А неразборчивым подписям. Мало, кто в сёлах грамоте обучен. Неужели и Бажену письму научили? Вот только буквы написаны странно, неразборчиво, иные и вовсе незнакомы — так сразу слова и не понять. Никто так здесь не пишет.
Выходит, и правда Бажена не из местных. Княжна заморская, как решил когда-то Анчутка? Или всё-таки колдунья из Бездны?
------------------
Пока ждете продолжения, можете почитать другие книги автора. Они тоже очень интересные:)
35. Бажена. Борщ
На следующее утро Велизар был хмур и не приветлив, совсем как в первые дни моего здесь пребывания. Хмурым он был всегда, но сейчас, как Анчутка, вдруг почувствовала его недовольство. Я-то уже думала, что он проникся ко мне теплыми чувствами. Вон, даже кровать свою уступил. Может не выспался и сердится, что домой пришлось по темноте добираться?
Не стала придавать значения его плохому настроению. Впереди ждало много новых неизвестных миру открытий. И сегодня в планах у меня было изобразить на чертеже мясорубку ради котлет и дальнейшего задабривания одного вечно сердитого ведьмака. Кроме того, голове стали появляться новые идеи об использовании привычных мне вещей в реалиях отсутствия технологического прогресса. Вот, например, вместо водопровода можно использовать механизм, который будет доставлять воду из колодца в поднятую высоко над землей бочку. И уже оттуда вода будет поступать в дом.
Об этом я уже думала ранее, но идея механического насоса стала появляться только сейчас. Конечно, был у этой идеи один большой жирный минус: не было никакой гарантии, что изобретение сразу сработает. Возможно, придется сделать не один опытный образец, долго подгонять детали, чтобы механизм делал то, что нужно, без потерь воды, лишних сил и соответствовал технике безопасности.
И конечно, чтобы тот же Тихослав согласился отливать для меня шестеренки и прочие детали для будущих механизмов, одних угроз именем Велизара будет мало. Единственное безотказное средство получить всё в любом из миров — денежки. Денежки, которые я получу, как пройдут торжки, и Тихослав продаст чугунки.
Конечно, на долго их не хватит. Но у меня уже нарисованы ножи, скоро будет готов и чертеж мясорубки. Научу Тихослава кроме чугунков делать сковородки и даже утюг. Мой утюг будет греться, конечно, не от электрической розетки, а на краю печи или засыпанными внутрь углями — кажется, первые утюги именно так и работали. Вдохновленные чугунками люди, будут сами выстраиваться в очередь за новыми вещами.
Я уже представляла это и то, как наша изба обрастет механизмами. А потом вслед за ней и весь город приобретет колорит стимпанка. Схватив новый лист, я принялась записывать, что помню про паровые двигатели — непременный атрибут любого стимпанк-мира. Через время, довольная собой, отложила листы в сторону.
Казалось, стоит дождаться торжков, и все нарисованные вещи сами материализуются. Я не была наивной и знала, что предстоит много работы. А сейчас главное, чтобы наши чугунки были признаны местными жителями и нашли своих покупателей. А еще, чтобы люди заинтересовались нововведением и знали, кто это всё придумал. Меня интересовала не мировая слава, как можно было подумать. Чем больше людей знает, кто тут вместо Илона Маска продвигает технологии будущего, тем больше специалистов будут пытаться мне помочь. А значит, тем быстрее я получу желаемое.
— А когда торжки? — спросила я, как Велизар вернулся из города. Тихослав, которого я мысленно уже дважды уволила с воображаемого сталелитейного заводика и дважды восстановила в должности директора, вполне может забыть упомянуть о том, кто подал ему идею смешать железо с графитом. К тому же о достоинствах чугунной посуды я точно знаю больше других и просто обязана помочь ему расхваливать товар.
— Не пойдешь ты на торжки, — сказал Велизар, предупреждая мой следующий вопрос.
— Ну почему? — не удержалась я от вопроса. — Велизарчик, мне очень-очень надо.
Я подошла к Велизару на шаг. Что делать дальше, не знала. Были бы мы с ним в близких отношениях, вариантов, как повлиять на его решение было бы побольше. Сейчас я могла только сделать самый умоляющий вид и ждать его милости.
— Не выйдешь ты снова со двора, пока не разберусь с твоим проклятием, — голос Велизара будто смягчился. Значит я на верном пути.
— Но ведь я выходила уже. И ничего не случилось. Ты же рядом будешь, — мурлыкнула я и состроила глазки.
Почему-то вместо того, чтобы сдаться, Велизар снова рассердился.
— Я сказал, не пойдешь.
— Хочу посмотреть на торжки. И вдруг Тихославу с продажей помочь смогу? — не сдавалась я. — Хочешь, я и в избе верну всё, как было?
Но и Велизар никак не соглашался. Время до торжков еще есть, успокаивала я себя. Значит, уговорить его успею.
На другой день Велизар снова отправился в дозор. Я надеялась, что в бою с гулями он передумает и всё же согласится сходить на торжки. Но утром, глядя ему вслед, думала о том, что гули с поставленной задачей могут и не справиться. Велизар сам говорил, что они тупые и ведьмаку не страшны. Нам нужен аргумент посерьезнее.