Никогда тебя не отпущу (СИ)

— Мама пришла! — дочь радостно бежит к ней. — А мне деда целый домик подарил! Идем покажу! — пытается ухватить Ольгу за руку.
— Потом, — она в нетерпении одергивает руку.
Еще не хватало ей сейчас возиться с малой. Столько проблем на голову свалилось.
— Но как же… — девочка надувает губы, в глазах разочарование.
— Оль, она тебя ждала очень, — укоризненно качает головой мать.
— Отвянь, — поворачивается и идет в отцовский кабинет.
— Мамочка! Мама! — Ева бежит за ней.
— Иди к бабке, я кому сказала! — срывается на крик Ольга.
— Мама кричит, — Ева начинает плакать.
— Зачем ребенка пугаешь! — возмущается мать, подбегает к девочке и принимается ее успокаивать.
— Вы можете от меня отстать? Не до вас сейчас?! Так сложно понять?! — едва сдерживается, чтобы не заорать на всю квартиру.
Забегает в кабинет отца и закрывает дверь.
Как свадьба ее сестры могла обернуться такой катастрофой для нее?
— Пап! — проходит и падает со всхлипом на кресло.
Отец стоит спиной к ней, заложив руки за спину.
— Пап!
— Ты чего тут расселась? — Андрей поворачивается.
— Нам поговорить надо. Я не понимаю, как такое могло произойти! — зарывается руками в волосы. — Просто не понимаю…
— Тебе нечего понимать. Бери дочь и вали к Денису. Его адрес я скину, — подходит к столу, берет ручку и быстро что-то пишет. — Держи, — протягивает ей листок.
— Нет! Только не это! — она загораживается руками, смотрит на клочок бумаги, будто он отравлен.
— Только так Оль, — голос отца становится мягче. — Воссоединение семьи, скажем так. Покажешь ему дочь.
— Он же с Викой сейчас. Я сама видела, как он ее в машину затолкал, — всхлипывает.
— Что ты еще видела? — ноздри Андрея раздуваются.
— Маме стало плохо. Я вышла на свежий воздух. Пошла вглубь. За деревом стояла. А там Ден избил Карима, охранников, Вику на руки и в машину. А я ушла, нервы успокоить. Мне надо было понять… но у меня в голове не укладывается!
— Ты видела, что Кариму и охранникам нужна медицинская помощь и ушла? Мне ничего не сказала? — Андрей садится за стол и стучит шариковой ручкой по глянцевой поверхности.
— Ой, их бы все равно нашли. Мне не до них было. Я не поняла, как Ден вообще живым оказался? Его же прибили?! Ты сам мне говорил, что его труп видел?! — она топает ногой. — А он вернулся, еще каким-то неадекватом! Папа, он их так отметелил! Как бандюган какой-то. Ден никогда никого пальцем бы не тронул.
— Жив, как видишь, — пожимает плечами.
— За что мне все это! — поднимает руки к потолку. — В чем я так провинилась?!
— Ты причитать сюда пришла? Ольга, не трепи нервы. Дочь в руки и к мужу, — показывает пальцем на дверь.
— Ты хочешь столкнуть меня с сестрой? Снова? Она же там будет! Я тебе уже говорила! — Ольга на взводе.
Она и предположить не могла, что отец снова отправит ее к Денису. Она так верила, что вся эта история осталась в прошлом. Ведь только все налаживаться началось. У всех! И нет! Снова он!
— Ты придешь, Виктория свалит. Она у нас гордая. А это нам и надо, — его спокойный голос подбрасывает еще больше дров в огонь ее ярости.
— Тебе надо! — вскакивает с кресла. — Тебе, папа! Мне не надо! Пусть забирает его с потрохами! Как ты не понимаешь! Я устала! Я больше так не могу! — подходит к отцу, облокачивается руками о стол, шипит ему в лицо. — Всю молодость ты мне искалечил! Я была хорошей дочерью! Я все делала, слушала тебя, прилежно все исполняла! Ты украл мои лучшие годы! Ты, папа! — по щекам текут обжигающие слезы. — Хватит! Не могу! Все!
— Угомонилась. Быстро, — дает ей пощечину. Легкую, но обидную. — Не забывай, все, что ты делала, было и в твоих интересах тоже.
— Мне еще тебя поблагодарить? А, пап?!
— Пошла умылась. Потом вспомни, что ты мать. Хочу сообщить, раз Денис объявился, то мы с матерью больше не будем нянчиться с Евой. У вас семья, вот вы и занимайтесь ребенком. Пусть папаша привыкает к дочери.
— Она не его дочь! И он об этом знает! — Ольга кричит в отчаянии.
— Тихо, припадошная! Не ори на всю квартиру. Еще кто услышит. Со всем разберемся. Просто делай, как я велю, — ударяет кулаком по столу.
 
— Больше нет, папа, — Ольга мотает головой, пятится к выходу. — Все… предел…
— Уверена? — одно лишь слово, но произнесено так, что ей хочется спрятаться так далеко, чтобы он больше никогда ее не нашел.
— Меня есть кому защитить!
— Ты в это веришь? Побежишь просить защиты? — издевательский смешок. — Серьезно?
— Да! Теперь все будет иначе! — выпаливает и выбегает из кабинета отца. Не оглядываясь на зов матери и дочери, покидает квартиру.
Он обязан помочь! Теперь все изменилось! Ольга так в это верит. Ведь если не он, тогда ее жизнь окончательно рухнет.
  
Глава 20
 
Оля садится в такси, называет адрес. Почему жизнь так несправедлива с ней? Ведь она ничего особенного никогда не хотела. Только одно желание двигало ею… Но какое! Подчиняющее, уничтожающее и в редкие моменты окрыляющее.
Нет, возвращение Дена не должно ей помешать. Она просто не выдержит эти муки повторно.
Он никогда ей не нравился. Еще с детства, когда Вика стала приводить своего друга к ним домой. Ольга страшно ревновала мальчишку к старшей сестре. Она хотела, чтобы Вика как можно больше времени проводила с ней. Ей нравилось с ней играть, делиться переживаниями спрашивать совета.
Но Денис занимал все время сестры. Брат Костя относился к Ольге прохладно. У них с самого детства как-то не задались отношения. А вот к Вике она всегда тянулась. Только оказалась, что у сестры не особо-то есть время на Ольгу. Денис украл у нее сестру.
Мать считала ее ангелочком, и Ольга должна была соответствовать образу. Она не могла разочаровать родителей. А ведь ей тоже хотелось лазить по деревьям, проказничать. Но она была гордостью родителей, отличницей и правильной девочкой.
Эта правильность въелась в нее, набила оскомину. Она ее ненавидела. Внутри жил протест, но никогда он не выходил наружу.
В ней была заложена какая-то разрушающая программа, быть образцовой дочерью, слушаться родителей. Эта программа перекочевала и во взрослую жизнь.
Восемь лет она провела замужем за человеком, которого едва могла терпеть, видеть и говорить с ним. К концу их семейной жизни, она его люто ненавидела.
Даже мысленно не раз убивала его. До чего ее довели! В реальности бы не смогла. А вот фантазии, о том, что Дениса больше нет, доставляли черное удовольствие.
Когда же она узнала о его смерти… да, она радовалась, она исступленно кричала на всю квартиру о своем счастье. О своей свободе.
Это плохо. Нельзя желать человеку подобного. Но Ольга уже была на грани. Она не железная, и образ ангелочка, все больше душил, день за днем убивая ее саму.
— Приехали, — таксист останавливает машину у большого загородного особняка.
— Спасибо, — Ольга расплачивается и торопливо покидает салон.
— Он дома? — спрашивает охранника у ворот.
— Да. Сейчас спрошу можно ли вам.
— Конечно, можно! Как еще! — возмущенно фыркает.
— Спрошу, — охранник закрывает перед ее носом дверь.
— Двери этого дома для меня всегда открыты! — кричит в закрытую дверь.
А сама сгорает от унижения. Не открыты. За столько лет, а не открыты. Только если он пожелает.
Извечная ее боль.
Через минуты три охранник вновь появляется.
— Я проведу.
Ольге хочется высказать все этому громиле. Она молчит. Толку от этого никакого. Он лишь выполняет указания.
А ей в очередной раз указывают на ее место. Вновь унижают. Сколько еще терпеть?
Ольга понимает с отчаянием, что она будет терпеть. Столько сколько потребуется. Хоть всю жизнь. Терпеть и надеяться, что когда-то все поменяется.
Они проходят по дорожке, вдоль ровно постриженных кустов, клумб с цветами. Вдали виднеется беседка, с которой у Ольги связано огромное количество воспоминаний. Этот дом дарил ей столько радости, приносил и много унижений.