Не-я. Магическая академия. Выбор (СИ)
Я подняла глаза и обмерла. В его глазах было начинающееся безумие. Невозможно ходить с такой болью постоянно, постоянно чувствовать этот груз вины, раскаяния и страданий. Никто не в силах это вынести.
— Ауруг… — выдохнула я пораженно.
— Нея… если бы я мог все вернуть назад… я так сожалею…
— Я знаю, Ауруг. Не терзай себя больше. Я простила тебя.
И поняла что сказала правду. Зная, как он страдает, как раскаивается, я не могу его больше ненавидеть.
— Правда? — жалко улыбнулся он.
— Правда, — уверенно сказала я.
И попыталась ему передать свою правоту. Я не знаю, как оно действует, но чем демоны не шутят, если я эмпат-зеркальщик, может, я могу передать и свои эмоции. Мне бы и части сейчас хватило.
Я настроилась на успокоение, умиротворенность, покой и смирение, и толкнула это в Ауруга. Посмотрела на его реакцию. Может, получилось, а может, я просто хотела, но мне показалось, что лицо его умиротворенно разгладилось, он прикрыл глаза. По щекам побежали влажные дорожки слез. Он упал мне в ноги и плакал:
— Нея, я так виноват перед тобой… прости меня, прости…
— Ауруг, я простила тебя, — гладила я его по волосам, успокаивая. — Пожалуйста, не надо.
Он положил мне голову на колени, я успокаивающе гладила его по волосам, пока плечи его не перестали вздрагивать от рыданий. И потом еще долгое время, не знаю сколько, но уже сгустились сумерки, ушло светило, появились первые звезды, потянуло прохладой. А Ауруг как ребенок вцепился в меня и не собирался отпускать. Отпустил только почувствовав мой озноб.
— Ты замерзла?
— Ага, — сказала я. — И в туалет хочется.
Он тихо рассмеялся. Вскочил, поднял меня на ноги.
— Зато вода сейчас, как парное молоко. Искупаемся перед тем как возвращаться?
— Давай, — робко пожала плечами.
— Не бойся. Я больше не допущу той ошибки. Тебе не надо меня бояться.
Он погладил меня по щеке, убирая налипшую прядку за ухо.
— Я знаю, самонадеянно после всего говорить, что ты можешь мне доверять. Вряд ли ты сможешь. Но тем не менее, ты можешь на меня положиться, именно потому, что я больше не допущу ошибки. Если тебе нужна будет помощь, ты можешь обратиться ко мне.
— Хорошо, спасибо. Буду иметь в виду.
Конечно, я не стану больше доверять Ауругу, никогда. Но я знала, что он верит в то, что говорит, а хрупкий мир был только что восстановлен. Безумия я ему не желала, простить смогла, не было больше ни обиды, ни злости на него. Он сам себя наказал. Поэтому и ответить ему ничего другого не могла.
Он смотрел на меня призывным взглядом, требуя разрешения на действия. Не знаю, если бы он не спрашивал моего согласия, а просто вместо того чтобы смотреть на мои губы, их взял и поцеловал, как очень сильно хотел сделать, я, может быть, и ответила на его желание. Но он его сдерживал, сдержала и я. Побежала в воду купаться, он за мной.
После этого у нас установился хрупкий мир. Не дружба, не любовь, не пойми что.
Глава 62
Магическая академия, настоящее время.
— Твой отец не разрешал мне сообщать, откуда я, потому что…
— Да, я в курсе. Алдая рассказала. Это был отец Леона, Нея.
— Что? Отец Леона умер у меня на руках? — поразилась я. — А Леон? Где он?
Я растерянно оглядела их троицу. Взгляд остановился на Берсе, он подмигнул мне, и я тепло ему улыбнулась.
— Леон в академии, ему надо было уладить кое-какие бюрократические дела.
— Я же говорю, что ты черствая целительница, — проворчал Фаргус. — Все умирают у тебя на руках. Тоже решила не спасать беднягу? Чем провинился перед тобой отец Леона?
— Кирон Фаргус! — ужаснулась я.
Что он несет?!
- А что? Руста убила, в поместье, вон, даже отец Леона не выжил. Может, еще жертвы есть? А? Ауруг, может, ты расскажешь леденящие кровь истории?
— Оставь ее, Фаргус.
— С чего бы?
— С того, что я беру Нею под свою защиту, — сказал Ауруг.
— Она разве уже стала твоей рабыней, Ауруг? — нехорошо сощурил глаза Фаргус.
— Нет, но скоро станет. До этого она все равно под моей защитой как моя служанка… — Ауруг запнулся, — моя бывшая служанка.
Теперь Ауруг не сомневался, что должен стать моим покровителем. Этого я и боялась. Я понимала, он чувствовал себя виноватым, а потому ответственным за меня. Но на его вине играть мне не хотелось.
А стоящий передо мной Фаргус, рыжее чудовище из моих кошмаров, первый мой мужчина, меня не помнил. Когда я только собиралась в академию, я очень боялась этого момента, нашей первой встречи. Надеялась втайне, но даже мечтать боялась, чтобы он не узнал меня. Ведь столько времени прошло, у нас все случилось мимолетно, за эти годы у него было много женщин, разве можно помнить всех?
Я должна была вздохнуть от облегчения, что осталась неузнанной. И я радовалась. Ведь я так на это хотела надеяться, но не смела. Но к радости примешалась нотка досады, которой быть не должно. Эта нотка была слабой, едва различимой, но как плохой ингредиент в высокой кухне или идеально выверенном составе духов, разрушал всю ту идеальность, созданную ста двадцатью другими ингредиентами.
— А как же Аринея? — спросил Фаргус, смотря на мою реакцию.
Ауруг дернулся, как от удара. Он хотел что-то сказать, но я не дала.
— Не надо, Ауруг, это все не имеет смысла, потому что я все равно не пойду к тебе в рабыни…
— О, начинается… — лицо Фаргуса выражало такую радость, что хотелось поскорее уйти и обломать ему развлечение. — Моя любимая песня.
— Почему, Нея? — растерялся Ауруг.
— Потому что идёт в рабыни ко мне, — снова встрял Фаргус.
Я закатила глаза.
— Поговорим потом, — сказала я Ауругу. — Сейчас я должна принять у вас заказ и обслужить.
— Ты знаешь, что я люблю. Подбери что-нибудь, — растерянно сказал Ауруг.
— Мне самый лучший десерт от Неи, — снова подмигнул Берс, не став делать вид, что меня не помнит.
— Какие у вас тут фирменные блюда? — брезгливо оглядел кафетерий Фаргус.
— Лимонад «Ночной поцелуй»…
— О! — загорелись глаза Фаргуса, насмешливо на меня поглядывая.
— …и печенье «пять вкусов». Но для лимонада сейчас прохладно, обычно все заказывают тиины. У нас много разных травяных сборов. Я могу подобрать индивидуальный для каждого, — ровно оттарабанила я.
— М-м, ну что ж… интересненько… сделай по своему вкусу, черствая целительница. Надеюсь, я после этого останусь жив.
Я с укором посмотрела на Фаргуса и ушла выполнять заказ.
Для Ауруга сбор из горных трав: горечавки, морозника, душицы, цикламена, горной мяты, арники и белавеи, что росла только на самой вершине гор. Этот настой дарил прохладу снежных пик гор и свежесть морского ветра.
Для Берса сбор из степных трав: горец птичий, донниг степной, татырник пустынный, тимьян и степной эфемелр. Этот настой окутывал ароматом выцветших на светиле трав, прогретой земли, теплом и яркой нотой цветка степи эфемелра с терпким ароматом. Наложила в тарелку все десертов понемногу.
Фаргусу я собрала в букет все горькие травы, что были.
Подала и убежала в кухню.
— Нея!!! — рык Фаргуса я услышала даже за закрытой дверью.
Похихикала, прикрыв ладошкой рот.
Дверь открылась и показалась голова Ауруга.
— Я хотел поговорить… — неуверенно зашел он на кухню. Огляделся.
Я пожала плечами.
— О чем?
— Это так странно… Что ты здесь, в магической академии… У тебя ведь не было магии.
— Да. Твой отец предположил, что с последним вздохом мне передал ее… отец Леона.
— Возможно. Не могу судить, меня там не было… Расскажи, как это было.
Я рассказала то, что рассказывала отцу Ауруга и ректору.
— Ты не заметила что-то странное? Прости, что спрашиваю, но…
Я пожала плечами.
— Для меня вся ситуация была довольно необычной.
— Да я понимаю. Хорошо, Леону все равно захочется послушать об отце самому лично, тогда и поговорим.
Он взъерошил волосы неуверенным жестом.