Ты для меня? (СИ)
Вот уж у кого глаза искрились от гордости и счастья!
В общем-то, так и оказались они в самом центре сегодняшних событий, в составе скромной делегации от «ИнвестСтройТрест», состоящей из четырех человек.
На этот раз основатель холдинга наотрез отказался приглашать на финал сотрудников офиса. Только семья!
— Поздно трястись, — Глеб вновь привлек ее внимание, — теперь все зависит от Германа.
— Я за него и трясусь, умник! — Зашипела тихонько, отмахиваясь от парнишки.
— Напрасно, дочка, — поспешил успокоить сидящий по другую сторону Давыдов старший. — Это же не первый его тендер. И далеко не последний.
— Легко сказать! — Прохныкала, пытаясь унять дрожь в коленях. — Господи, у меня сейчас желудок… наизнанку вывернется от волнения!
Вслух произнесла, и осознала вдруг: так и есть. До рвоты, конечно, далековато, но тошнота не отступала. И только усиливалась.
Лера решительно вскочила со своего места:
— Я скоро вернусь…
Путь до женского туалета казался бесконечно долгим. Вопреки всему, она неслась в нужном направлении, не замечая ничего вокруг. Стоило оказаться внутри, первым делом смочила ладони в ледяной проточной воде, и приложила к пылающим щекам.
Вздох. Выдох. Снова вздох.
Секунды складывались в минуты. Сколько простояла там, неизвестно. Но ей определенно полегчало.
Избавившись от легкого оцепенения, насухо вытерла лицо бумажными полотенцами.
Еще чуть-чуть, и можно возвращаться.
— Привет, солнце!
Столь дружелюбная фраза, внезапно озвученная голосом Леонида Юртаева, едва ли ни отправила девушку на тот свет. Так сильно испугалась, что взвизгнула не своим голосом, подпрыгивая на месте. Пульс взревел, да и затрясло ее знатно. Настойчиво игнорируя легкое головокружение, резко развернулась лицом к мужчине.
— Т-ты?
Он стоял, прислонившись к двери, и уже некоторое время, улыбаясь, наблюдал за ней.
— Я!
О, нет! Они же совсем одни…здесь. Совсем!
По спине помчался табун мурашек. Холодея от ужаса, Лера попятилась назад.
Его улыбка сразу же померкла:
— В чем дело? Солнышко, ты боишься меня?
— Вот еще! — Силясь не выдать сковавшего нутро страха, уперла руки в бока, и перешла в нападение. — Какого лешего ты забыл в женском туалете?
— Тебя увидел, и…решил поздороваться.
— Поздоровался?
Леонид сделал шаг вперед, сократив расстояние между ними.
— Ты все еще…с ним! Несмотря на все события? Почему?
— Он — мой мужчина. Мой будущий муж! Этим все сказано.
— Любимая!
Лера брезгливо поморщилась, останавливая его жестом:
— О какой любви ты бормочешь, после того, как дважды предал меня?! Дважды! Сперва, утаив факт своего многолетнего брака. А потом, и вовсе подставил! Снюхался с Алиной, и подставил!
Юртаев вновь приблизился:
— Прости, я обезумел от отчаяния. Не знал, как вернуть наши чувства! Вот и пошел у нее на поводу.
— Вокруг все виноваты, кроме тебя!
— Дай мне шанс, все исправить. Я уйду из семьи…
— Нет! Все кончено.
Его глаза вдруг налились кровью.
— С*чка! — Заорал мужчина, хватая ее за талию. — Смотрю, по-хорошему не понимаешь! Я же люблю тебя!
Он выглядел безумным. Абсолютно. Совершенно.
Собственное сердце камнем замерло в груди. Одно понимала с предельной ясностью, со всей силы упираясь ладонями в его ребра, дабы держать дистанцию — не справится с ним.
Не сможет! Даже если закричать, никто ее сейчас не услышит!
Надежда оставалась только на себя. В тот самый миг и перещелкнул в голове какой-то тумблер, отвечающий за и инстинкт самосохранения.
— Я прощу, — закричала, выплескивая копившуюся с годами боль и обиду наружу. — Если поможешь следствию доказать виновность Покровской, и очистишь мое имя от грязи — прощу! Если сможешь стереть из моей памяти факт избиения твоей женой, и попытку изнасилования твоим отцом — прощу! Если каким-то чудом повернешь время вспять, и сохранишь жизнь нашему ребенку — я все тебе, с*ка, прощу!
— Что?
Кровь отхлынула с его лица, делая мужчину бледнее мраморного пола. Он заторможено разжал руки, выпуская Леру на свободу.
— Нет. Нет! Ты лжешь…такое исключено.
— Ну, конечно!
— Хочешь сказать…все это…правда?
— Спроси у жены, и отца! Подтвердят вряд ли, но по глазам поймешь…
Меньше всего на свете девушка ожидала увидеть на его щеках слезы. От того и застыла ошарашено, не в силах выдавить из себя и звука.
А вот Леонид мог. И громко взвыл, отчаянно вцепившись в собственные волосы.
— Леня, ты…ты чего?
— Так вот почему ты тогда в больнице оказалась! — Сделал, наконец, правильные выводы. — Не было никакой аварии. С тобой случился…мой отец, и эта ведьма. А я…не смог защитить тебя от них.
Ей оставалось только кивнуть. А потом, цепляясь за последнюю ниточку его здравомыслия, сама подошла ближе.
— Хватит! Не могу больше. Я достаточно страдала от рук твоей семьи. Пожалуйста, отпусти меня!
— Мне так жаль, детка…
— Да, такое не забывается.
— Если бы я только мог…
— Пойми же, нам никогда больше не быть вместе. Дважды в одну реку не войдешь — вода утекла! Все в прошлом, Леня. Смирись! Не заставляй ненавидеть тебя.
Юртаев нежно сжал ее ладонь, и мягко…чувственно поцеловал каждый пальчик.
— Ты всегда была мудрой не по годам, детка. — Произнес безжизненным голосом. — Раз таково твое решение…что же, счастья тебе. Мешать не стану.
Она и сама не поняла, как бросилась в его объятия, и крепко-крепко прижала к себе.
— Лера…Лерочка! — Шептал бессвязно, путаясь пальцами в ее волосах.
— Спасибо! Спасибо, что понял.
Он отстранился первым. Тяжело вздохнул, и отступил на пару шагов.
— Ступай, солнце. Уходи, пока я глупостей не наделал.
— Прощай!
— Прощай, мой свет.
Уже у самого выхода девушка обернулась, и одарила мужчину искренней улыбкой. Гештальт был завершен. Точки расставлены. Двери в болезненное прошлое закрыты. А там, за порогом, ее ждала новая жизнь.
* * *Вернулась в зал очень даже вовремя. На экране засветилась эмблема «ИнфестСтройТрест», а на сцену поднялся Давыдов. Он уверенной походкой направился к трибуне, но едва достиг цели, замер. Задумался, сурово сдвинув брови.
— Что случилось? — Взволнованно поинтересовалась у Станислава. — На нем же…лица нет!
— Ох, милая…презентация «Времен года»! Зрелище далось ему непросто.
— Да! — Поспешил уточнить Глеб. — Они были хороши. И на данный момент, занимают лидирующую позицию.
Голосование являлось открытым, и проходило в режиме реального времени.
К сожалению.
— Господи! — Выдохнула, удрученно. — Даже представить страшно, каково ему сейчас.
Внезапно Герман остановил свой взгляд прямо на ней. Да так, что сердце в пятки ушло. А потом вдруг, громко и четко произнес прямо в микрофон:
— Иди ко мне!
В каком смысле?
Глаза от удивления, что называется, на лоб полезли.
— Он забыл, где находится? — Переспросила, на случай слуховой галлюцинации.
— Топай, давай! — Глеб слегка подтолкнул ее, вынуждая подняться на ноги. — Просто так бы не позвал!
Вот ведь блин!
Лера не помнила, как поднялась на сцену, и оказалась рядом с ним. Волнение сразу отошло на задний план.
— Где ты была? — Грозно поинтересовался, отойдя немного в сторону.
— Я…обязательно расскажу, — голос предательски дрогнул, — чуть позже.
Все так. Утаивать от него разговор с Леней она не собиралась.
— Ты пропустила очень интересное представление.
— Знаю. Мне уже поведали
— Лера…
— Да?
— Во время работы над «Викингом» меня кое-что все время напрягало. Нутро протестовало, требуя справедливости. И только сейчас я понял, почему.
— Герман, не время для твоих закидонов.
Удерживая ее взгляд, Давыдов утвердительно кивнул на трибуну: