Ты для меня? (СИ)

Вот ведь дрянь лицемерная.
Лера стиснула зубы, понимая, что сей спектакль, разыгран был для Давыдова.
Добренькая она стала. Ага!
— Спасибо, Алина. — Приняла вызов с достоинством. — Обязательно обращусь, если мне потребуется помощь, и я никак, ну никак, не смогу обойтись без тебя. Ты так добра!
— Конечно, кисуль! — Наиграно улыбнулась девушка. — Обращайся.
— Договорились, лапуль. — Вторила ей Лера, не желая оставлять за этой надменной особой последнее слово.
— В общем, так, — прорычал мужчина, голосом, не терпящим возражений, — Покровская, займись своими прямыми обязанностями. Мне нужен сводный отчет за три месяца ровно через полчаса. И ни минутой позже!
— Сделаю.
— Теперь, ты! — Давыдов окинул Валерию свирепым взглядом. После чего открыл дверь в свой кабинет, жестом приглашая войти. — Топай! Живо!
— В другой раз, Герман Станиславович. У меня очень мног…
Не обращая никакого внимания на ее пафосную речь, он грубо схватил за локоть и бесцеремонно затолкал внутрь. Дверь за ними с грохотом захлопнулась.
* * *
Несколько минут Давыдов просто смотрел на нее. Сверху вниз. Потом обратно. Валерии стало очень неуютно под этим взглядом.
Да и вообще, за каким чертом, встал прямо перед дверью, преграждая путь?
Нервно сглотнула, и прикусила нижнюю губу.
— Ты что себе позволяешь? — Говорил тихо, но каждое слово чеканил так свирепо, что по спине холодок пробегал. — Решила, раз по блату пролезла, то вправе обижать моих сотрудников? Очнись, ты такая же девочка на побегушках, как и Алина. Ни выше. Ни ниже.
— Но…
— Закрой рот. Я не закончил.
Чувствуя себя беспомощной и униженной, Лера резко отвела взгляд. Тяжело дышала, мысленно приказывая себя успокоиться, и ни в коем случае не реветь.
Пожалуйста. Только не при нем!
— На меня смотри, когда я с тобой разговариваю. Нечего здесь обои изучать! Сейчас я — центр твоей вселенной! Я! Что не ясно?
— Я не понимаю, почему ты на меня орешь? — Не выдержала Спирина.
— Не ты, а Вы!
— Почему Вы на меня орете? — Голос срывался от переполнявших ее эмоций. — Я вижу эту девицу впервые в жизни. Впервые! А она уже всему офису наплела, будто я сплю с твоим…Вашим отцом! Это вообще нормально?
— Разве Алина виновата в том, что ты производишь на людей подобное впечатление?
— Какое?
— Легкомысленной девицы. Теперь и цвет волос в масть!
— Ясно. — Валерия каким-то чудом взяла себя в руки, хоть и колотило ее так, что того и гляди в обморок грохнется. — Мне нужно…я пойду. Хорошего дня.
Герман шумно выдохнул. Затем полной грудью втянул воздух. Подошел вплотную. Лера не стала отступать. Только слегка запрокинула голову, чтобы лучше его видеть.
— Как тебе это удается, а?
— Не понимаю, о чем Вы.
— Довести меня до бешенства, одним лишь своим присутствием, способна только ты!
— У меня талант.
— Это очевидно. Не могла чуть менее вульгарно одеться?
— Чего? — Девушка изумленно уставилась на Давыдова. — На мне, строгий классический костюм! Это, на случай, если ты ослеп!
— А сидит так, словно в некоторых местах…с мылом натягивала.
Сердце ухнуло вниз, от сильной хрипотцы в его голосе.
— Все претензии моему непосредственному руководству, пожалуйста.
— Чумазая! — Неожиданно Герман протянул руку, и очистил от чего-то, уголок ее рта. — В зеркало хоть иногда смотрись. В шоколаде же вся…
Его палец замер на  мягких губах, и…земля стала уходить у нее из-под ног. Не понимая, что происходит, ошарашено уставились на мужчину. Взгляд Давыдова изменился до неузнаваемости. Потемнел. Завораживал. Манил. Гипнотизировал. Лера тонула в нем, словно в водовороте, утягивающем на самое дно. Пульс громыхал где-то в горле. Мгновенно пересохшем, и наверняка охрипшем.
— Спасибо!
Очнувшись, Герман поспешил отстраниться. А секунду спустя, вновь стал прежним.
— Можешь идти. Мне больше нечего тебе сказать.
Мужчина брезгливо отвернулся, и отошел в сторону, а Лера, ничего не различая перед собой, стремительно покинула его кабинет.
 
* * *
— Не выносимо! — Сквозь стиснутые зубы, прорычал Давыдов, откладывая в сторону бумаги. Как ни пытался сконцентрироваться на работе, толку ноль.
Какого черта он творит? Почему не может закончить, запланированные на сегодня, дела?
В кабинете было прохладно, хвала научному прогрессу, и качественному кондиционеру, но Германа бросало то в жар, то в холод. Он злился на отца, впадая в бескрайнюю ярость.
Неужели, так необходимо было принимать ее на работу в их офис? Почему не устроить в магазин к матери, если уж занялся такого рода благотворительностью?
Откинулся на спинку кресла. Сделал несколько глубоких вздохов, чтобы вернуть самообладание. И вновь чертыхнулся.
Как такое возможно?
Прошло, почти четыре часа, а легкий аромат ее духов до сих пор витал в воздухе. Буквально въелся в ноздри.
Сатанея от злости, быстрым шагом направился к ближайшему окну, и распахнул его настежь. Летний зной начал заполнять помещение, обжигая лицо и руки. Неведомо как, но это принесло ему облегчение. Внизу, на улицах города, жизнь кипела как в огромном муравейнике.
— Герман Станис…
— Я просил, меня не беспокоить! — Оборвал Покровскую на полуслове, тоном не терпящим возражений.
— Прошу прощения. — Нужно отдать должное, Алина всегда была тактичной. — Но, здесь Роман Сергеевич…
— Понял. — Сменил гнев на милость. — Приглашай!
— Хорошо.
— Алина?
— Да?
— Зайдешь ко мне, чуть позже. Есть разговор.
Девушка скрылась за дверью, а некоторое время спустя, в комнату протиснулся Антипов.
— И чего тебе в своем отделе не сидится, Рома?
Мужчина насторожился. Недоуменно посмотрел на часы.
— Чего рычишь-то? Как договаривались, так и пришел. Или планы поменялись? Мне Регина не сообщала.
— Дьявол! — Давыдов устало потер виски. — Совсем забыл.
Роман удивленно вскинул брови:
— Забыл? Это точно не про тебя! Все в порядке?
— Давай по делу!
— Может, окно для начала прикроешь? Или, я действительно, свалю в свой отдел. Париться в бане, пока, не планировал.
Герман шумно выдохнул, но просьбу Антипова все же выполнил. Однако возвращаться на рабочее место не спешил.
— Нужно менять поставщика. — Начал Роман, подойдя на достаточно близкое расстояние. — Плиты, которые пришли в прошлый раз, ни ГОСТу не соответствуют, ни европейским стандартам. Представить страшно, из чего он их штамповать начал. Они в воздухе рассыпаются!
— У нас друг перед другом имеются определенные обязательства. Почему их придерживаемся только мы? Игра в одни ворота больше не прокатит! Выстави ему счет, пусть компенсацию выплачивает. И, всю партию назад отправляй.
— Герман…у меня целый цех  встанет!
— Лето в самом разгаре. Производство в данном цеху останови. Людей недели на три в отпуска. За это время, вопрос с новым поставщиком решу. А обезьянам этим, еще и за простой нашего производства счет лупани.
— Похоже, переговоров не будет?
— Однозначно.
— Мне вот интересно, где ты за столь короткий срок найдешь достойного производителя?
— Не нужен достойный. Нужен лучший. А лучший у нас, в этом деле, Терехов.
— Да уж! Птица высокого полета. И как иначе? Основной поставщик многих зарубежных компаний.
— Давай. Мастер-класс нам покажи. — Антипов был настроен скептически. — Вот только у Терехова пунктик один имеется. Не сотрудничает он с российскими компаниями. И, неважно ему, «ООО» или «ИП». Он нацелен только на экспорт.
— Значит, переориентируется!
 
— Герман, иногда твоя заносчивость откровенно бесит.
— Я могу с этим жить.
Роман, устав от словесной перепалки, замолчал.
— В одном ты прав. Крепкий нам орешек попался. Четыре раза Алине отказывал во встрече. Два, лично, мне. Но, ведь подход можно найти к любому. И я его найду.