Ты для меня? (СИ)

Отчаяние затопило с головой. Угнетенная и дезориентированная, Лера совершенно потерялась во времени.
Не в силах принять решение, так и осталась в своей комнате, когда стрелка часов перевалила за полночь.
Своего рода…выбор!
Действуя на автомате, натянула на чистое тело подготовленную ярко-розовую сорочку, расчесала волосы, и уже лечь в постель собиралась, когда мужчина, подобно урагану влетел в ее спальню. Дверь с петель не снес, и на том спасибо!
А как же — пойму твой отказ, если не придешь?
Испуганно сжала в кулачках край одеяла, настороженно наблюдая за ним из-под опущенных ресниц.
Почему, возликовала в глубине души?
— Значит, нет?
— Нет!
— Уверена?
Утвердительно кивнула.
Давыдов нервно мерил шагами помещение, время от времени пожирая ее гневным взглядом. Наконец, остановился. На скулах играли желваки.
Выглядел он очень даже устрашающе.
— Твои условия?
О, Господи! О, Господи!
Недолго думая, Лера подошла вплотную.
— Нет условий. Только вопрос. Очень-очень важный для меня. Если скажу «да», наши отношения будут свободными? Вообще без обязательств и претензий? Лишь…приятные моменты.
— Скорее всего. — Настороженно прищурился, не понимая, к чему она клонит.
— Значит, вопрос верности не обсуждается, и у тебя будут женщины на стороне?
— Не на стороне, Лера. Просто, кроме тебя. Будут еще, кроме тебя! Целенаправленно никого не ищу, но…всякое возможно.
Тихо, тихо! Выдрать ему клок волос…всегда успеется!
— Стало быть, от меня верности ты тоже не требуешь? — Говорить старалась как можно беззаботнее, хоть кровь, будто кислотой и разъедала сердце. — Выражаясь твоим языком, с кем хочу, с тем и тр*хаюсь?
Германа передернуло. Прямо лицо перекосило. Он отвел взгляд. Тяжело дыша, уставился в потолок. После непродолжительной паузы сообщил:
— Я буду удовлетворять тебя! С лихвой. Другой мужчина не понадобится.
— Я спрашивала не об этом…
Утробно зарычал, вновь срываясь с места. Лера же, замерла в ожидании ответа. Момент был решающим.
Разрешит на сторону ходить — значит, плевать ему на нее. Так, на разок…похоть удовлетворить.
Запретит — то и она окажется вправе потребовать верности. А это уже отношения, от которых он, как черт от ладана, бежит.
Давыдов очень хорошо это понимал. От того и бесился, точно зверь в угол загнанный. Еще мгновение, еще пара шагов, и он остановился.
И сердце Спириной вместе с ним.
— Нет, так нет! — Бросил небрежно.
А затем, вылетел из спальни еще быстрее, чем пришел.
Лера же, рухнула на колени прямо там, где стояла. Ноги уже не держали.
Черт, как  больно!
Всхлипнула, не в силах более держать эмоции в узде. Слезы хлынули из глаз. Во рту стало горько — горько.
Почему он такой? Почему?
Сквозь раскрытую балконную дверь до нее донесся глухой звук урчащего мотора.
Машину из гаража выгнал?
Не веря собственным ушам, рванула на балкон.
Так и есть!
Едва пополам ни сложилась. Будто удар в солнечное сплетение.
Куда собрался? К Алине? Или, кого другого искать? Более сговорчивого?
Словно почувствовав чужое присутствие, мужчина повернулся, сталкиваясь с ее зареванным до неузнаваемости взглядом.
Секунда. Вторая.
Давыдов яростно стиснул зубы, и резко выжал педаль газа.
Взревел мотор, и автомобиль рванул с места.
Вот и все...
Кое-как, медленной шатающейся походкой Лера добрела до кровати.
Упав без чувств на мягкий матрас, свернулась калачиком, и беззвучно зарыдала, глотая соленые слезы. Трясло так, что зуб на зуб не попадал. Сложно сказать, сколько времени в подобном состоянии пребывала. Пять минут, или десять. Не суть. Но, когда почувствовала в комнате запах его парфюма, решила что бредит. Вскинула голову, вглядываясь в знакомый силуэт.
А, нет! Настоящий.
Злой и колючий. Но, реальный.
Вернулся!
Над ней медленно склонился, проводя дрожащими руками по ее щекам. Насухо стирая с них соленую влагу. А после, совершенно обескураживая, Герман опустился на корточки прямо у кровати, и уткнулся обжигающе горячим лбом в ее обнаженные колени. Отросшая щетина, точно наждаком, царапнула нежную кожу, заставляя покрыться мурашками.
 
— Не могу…так! — Прохрипел отчаянно. — Не плачь! Не надо.
Козел! М*дак! Скотина!
Вместо ответа из горла вырвался очередной мучительный всхлип.
— Ну, все. Все! — Колени опалило внезапной лаской — невесомым поцелуем. Затем, вторым. — Успокойся. Никуда не поеду…
— Почему? — Тихо-тихо, одними губами. — Зачем вернулся? Зачем?
— Т-с-с!
— Езжай! Тебя, наверняка, Алина заждал…
— Ступай, умойся. — Выдал спокойно, прерывая на корню зарождающуюся перепалку. Сам же поспешил распрямиться, и отойти в сторону.
Лера вдруг почувствовала невероятную усталость. На споры сил уже не осталось. Совсем. Шатающейся походкой девушка послушно направилась в ванную. Умылась, да хорошенько высморкалась. А когда вернулась, обнаружила мужчину, приготовившимся ко сну, и удобно устроившимся в ее постели.
Собрался снова спать с ней?
— Иди ко мне, Мелкая. — Раскрыл объятия, заманивая к себе. — Тяжелый день у нас с тобой выдался. Пора отдыхать!
  
Глава 14
 
За окном расцветало. Медленно, очень медленно, но утро вступало в свои права.
Лера чувствовала себя выжатой, как тот пресловутый лимон.
Ночь далась тяжело. Тревожно.
Слишком перенервничала накануне.
Девушка постоянно вздрагивала. Просыпалась, едва ли не каждые сорок минут.
За каким-то чертом проверяла с ней он, или ушел. Для нее это было важно.
Очень важно!
Едва почувствовав себя в кольце крепких рук, спиной ощутив жар, исходящий от мужского тела, вновь проваливалась в забвение.
Вскоре, ей надоел подобный сценарий.
Развернувшись лицом к Герману, приклеилась щекой к его груди. Обнаглев окончательно, обняла в ответ. Чтобы не ушел незаметно.
Чтобы вообще не ушел!
Так и уснула. Крепко и сладко. Сколько времени прошло, не знала. Ни с того, ни сего вновь распахнула веки. Почему проснулась на этот раз, понять не могла.
Будильник еще не звонил.
В следующее мгновение сообразила — его сердце, напротив которого прижалась ухом, тарахтело столь надрывно и громко, будто старая соседская газонокосилка. Вскинула голову, сталкиваясь с темным непроницаемым взглядом.
Боже!
Едва собственной слюной не поперхнулась.
— Здесь я, Мелкая. Здесь! — Проскрипел Давыдов, крепче прижимая к себе. — Спи…
Понял, что она просыпается от страха, что он уйдет?
Вопреки всему, с нее сон как рукой сняло. Лера нахмурилась:
— А ты почему не спишь?
Он молчал так долго, что казалось, ответа Спирина уже не дождется.
— Думаю.
Вот так новости. Каждый мускул на ее теле напрягся.
— О чем?
— О ком, — исправил.
— О ком?
— О тебе, — тихий смешок.
Лера вспыхнула, подобно кучи хвороста. Не знала ни куда глаза деть, ни как собственное сердце успокоить.
— Поделишься умозаключениями?
— Едва ли. — Мужчина надменно фыркнул. — Они останутся при мне.
— Эти мысли мешают тебе спать. Правильнее будет озвучить их. Станет легче.
Он уставился на девушку со странным выражением лица. Отвернулся. Спустя пару секунд повернулся вновь, пожирая взглядом.
— Что я здесь делаю, Лера? — Выдал, наконец. — Как, ты считаешь?
— Не знаю.
— Вот и я, бл*дь не знаю! — Резко опрокинул ее на спину, подминая под себя. — Совсем не понимаешь, что творишь со мной, да? Или наоборот, понимаешь и действуешь намеренно?
 
Секундочку! На что он намекает?
Она в ощущениях потерялась. Это казалось столь естественным и правильным — быть в одной с ним кровати.