Ты для меня? (СИ)

— Лера, он женат. Окольцован. Да, и я колечко снимать не стала. Имя его спросить не потрудилась — слишком стремительно под ним оказалась. Оба понимали, что это на один раз, и выжимали друг из друга максимум. В его глазах я была самой обычной шл*хой. Впрочем, такой я и была. Не отрицаю.
— Сурово.
— Жизненно.
— Как Вы поняли, что ребенок не от мужа?
— Виктор всегда предохранялся. Всегда. Он не хотел детей. И тот факт, что нам уже стукнуло по тридцать, совершенно его не смущал. А с моим незнакомцем…у нас несколько раз, за ночь, рвались презервативы. Конечно, сомнения оставались, поэтому, когда Тоша родился, Терехов настоял на ДНК — экспертизе. Чтобы знать наверняка. Все подтвердилось. Это плод моей нечаянной любви. Однако я не жалуюсь, и благодарна Виктору. Он стал крестным моему ребенку, и принимает активное участие в нашей с Тошкой жизни. Во всем нас поддерживает, и помогает.
— И Антон не воспринимает его, как отца?
— Нет! Что ты! — Искренне возмутилась Смирнова. — Он знает, что Терехов его крестный. Не более. А когда подрастет, я расскажу ему всю правду. Поймет — хорошо. Не поймет и осудит — его право.
Лера невольно восхитилась этой стойкой, уверенной в себе женщиной. Какую же силу воли нужно иметь, чтобы не испугаться осуждения собственного ребенка!
— Мальчику нужен отец, — изумленно услышала со стороны собственный голос. — Вы молоды и красивы. Не думали, снова выйти замуж?
Сдержанно растянув губы в ухмылке, Анна тряхнула волосами, явно собираясь с мыслями.
— Зачем? — Произнесла, наконец. — Ни один мужчина не полюбит моего ребенка так, как мог бы любить родной отец. А полумер я не признаю. Либо все, либо ничего. К тому же, недостатка мужского внимания не испытываю. Как ты успела заметить, если мне захочется близости, я ее получу…
О, да! Она успела заметить! Когда сама получала…
— А ведь Вы лукавите, Анна! — Уверенно подалась вперед. — Хотели бы найти, нашли бы. Все же элементарно. Достаточно знать город, гостиницу, а также дату и время брони. Если хорошо попросить, то у вас будет опорная точка — его имя!
Прикусив губу, Смирнова кивнула:
— Верно. Просто страшно...что все это…очередной мираж. К тому же, не имею права рушить чужую семью. Мои чувства — лишь моя проблема. У него таких, как я…он давно меня забыл. На этом все! Я высказалась. Спасибо! Мне стало легче. Но, забудем наш милый разговор. Обычно я не склонна к откровениям. Видимо, ты так влияешь!
— Но…
Дверь кабинета распахнулась, пропуская внутрь Виктора и Антона. Последний, смеясь, несся прямо к Лере. Едва успела вскочить со стула, и подхватить визжащего мальчонку на руки, чтобы крепко прижать к груди. Он игриво ткнулся носом в ее шею, заставляя девушку засмеяться от внезапной щекотки:
— И что ты делаешь?
Малыш нашел взглядом Терехова, и изумленно округлив глаза, прокричал:
— Крестный, правда! Она пахнет ягодкой! Как ты и сказал!
— Ну, знаешь! — Мужчина уверенно приблизился вплотную. — Я мог и ошибиться. Лучше перепроверить. Да, же?
— А! А! А! — Буквально шарахнулась в сторону, когда он начал опускать к ней голову. Обиженно надув губы обратилась к ребенку. — Разве друзья так поступают? Ты должен меня защищать!
Антон посмотрел на мать, в поисках поддержки, и, дождавшись от нее утвердительного кивка, вновь обратился к Лере:
— Даже от крестного?
— Особенно от него! — Незамедлительный ответ.
— Почему? — Карие глазенки сияли искренним любопытством. — Он очень хороший.
— Конечно, хороший! Но, он мужчина. Взрослый, и очень сильный. Мне одной, без твоей помощи, никогда не справится с ним!
— Ты его боишься?
— Немного!
И ведь душой не кривила. Определенный страх присутствовал.
Антон слишком серьезно, для столь юного возраста, посмотрел на Терехова:
— Лера — мой друг! — Произнес, хмуря бровки. — Если ты ее обидишь, я никогда-никогда не буду с тобой разговаривать!
— Понял, — Примирительно улыбнулся Виктор. — Обижать не буду. Теперь, ступай с мамой. У нее много работы. А нам, с твоим другом, нужно поговорить.
 
Как только Лучик оказался на руках у Анны, тут же прослезился. Лера прикусила губу от досады. Он будто невидимую струну ее души задевал прямо сейчас.
— Ты же…пойдешь с нами есть мороженное?
— Конечно. Если твоя мама не будет против!
— Мы, — по его щекам хлынули слезки, — мы же еще увидимся?
Ее броня рухнула окончательно! Стояла, точно парализованная, пытаясь проглотить вставший в горле ком.
Господи, дай же сил, сделать хоть крошечный вдох!
Улыбнулась через силу, и, стянула с волос крошечную заколку, удерживающую несколько прядей.
— Держи. Вернешь мне, при следующей встрече!
— Уже успела ознакомиться с договором? — Требовательно спросил Терехов, едва за Смирновыми закрылась дверь.
— Как раз собиралась, когда обнаружила Антона под столом. Дайте мне несколько минут.
— Их у меня нет. Подписывай не глядя!
— Однажды я подписала договор не глядя. Уверяю, итог мне пришелся не по вкусу.
Пока мужчина ошарашенно замер, поспешила усесться за стол, и принялась изучать документы. Все пункты были весьма понятны. Никаких подводных камней не нашла.
— Слушай, долго это все. Бери с собой, и пойдем, пообедаем. Неподалеку есть приличный ресторанчик.
Внутри шевельнулся червячок сомнения. И Валерии эти ощущения не нравились совершенно.
— Да, ни к чему, Виктор Сергеевич! — Быстро поставила подпись в нужных местах. — Я уже все. Могу приступить, хоть с завтрашнего дня.
— Отлично! — Присел на краешек стола. — Однако это не отменяет моего приглашения.
— Спасибо! Не голодна.
— Да брось, кукленок! Не съем я тебя!
— Замечательно! Теперь я спокойна. — Поднялась, намереваясь попрощаться. — Завтра забегу за материалами, после основной работы. Мне нужно подписать доверенность, или расписку какую? Заниматься «Розой» я смогу лишь вечерами, и в выходные. Сами понимаете. Нагрузка большая.
Мужчина кивнул:
— Я не в восторге от подобного расклада, но так и быть. Пойду на встречу. Анна все подготовит. — Заправил ей за ухо выбившуюся прядь, заставив вздрогнуть от столь простого жеста. — Ох, какой соблазн…может, плюнуть на все, и пригласить тебя сразу на ужин при свечах? Как считаешь?
Лера закатила глаза:
— Да проходили мы это, Виктор Сергеевич! В день нашего знакомства и проходили. Плохая идея. Давайте уже займемся каждый своим делом!
Вежливо улыбнувшись, Спирина двинулась в сторону выхода. Вернее, попыталась. Ее развернули очень быстрым, едва различимым движением, и прижали к крепкой мужской груди. Секунда, и голову запрокинули, прямо как в знаменитой сцене из экранизации «Унесенных ветром», уложив на плечо. Словно для поцелуя.
О, нет! Только ни это!
Лера начала брыкаться, что было сил, но наткнувшись на непреклонный взгляд голубых глаз, замерла, продумывая свои дальнейшие действия.
— Согласен! — Коротко хохотнул. — Давай займемся!
В следующее мгновение он в точности повторил жест Антошки — уткнулся носом в ее шею, жадно втягивая воздух.
— М-м-м, и, правда, ягодкой пахнешь! — Протянул Виктор, с легкой хрипотцой в голосе. — Думал, тогда, во время танца, показалось. Но, нет. Вкусный кукленок!
— Спокойно! — Уговаривала в первую очередь себя. — Отпустите меня, пожалуйста!
Его руки медленно разжались, выпуская ее на свободу.
— Иди уже! А то, глазищи на пол лица от испуга.
Однако идти Лера никуда не собиралась. Да и глаза ее увеличились отнюдь не от страха, а от праведного гнева. Щеки полыхали по той же причине.
— Виктор Сергеевич, внимание! — Щелкнула пальцами прямо у него перед носом. — Говорю лишь раз, и повторять не стану. Цветки этой ягодки опыляет другая пчелка! Понимаете? И ягодка любит ее, не смотря на то, как больно эта самая пчелка порою жалит. Что до Вас, наши отношения могут быть либо деловыми, либо дружескими. Не более.