Князь Вяземский. Дилогия (СИ)

Герцог Пруссии Фридрих Третий снова стал Фридрихом Первым, потеряв Бранденбург и Восточную Померанию. Так что, когда ляхи и москали о нём вспомнили, то быренько приговорили к свержению. Увы и ах, но наступивший 1692 год должен был поставить окончательную точку на тевтонцах. Всё‑таки следовало восстановить историческую справедливость, пусть и в славянской трактовке. Кто были доисторические пруссы? Балты, а не германцы, вот и нефиг всяким Гогенцоллернам править, где ни попадя. Секретные переговоры, затеянные Иваном Пятым после длительного промывания польских мозгов, завершились наконец‑то. Взятки, размены и прочие приёмчики византийских последышей привели Речь Посполитую к возможности возвеличиться. Пусть братья гей‑славяне полетают высоко перед тем, как рухнуть в пропасть. Ян Третий при поддержке подкупленного сейма подписал‑таки мирный договор с Портой и Крымом. Причём туркам, по секрету, это преподали, как заслугу Москвы, якобы желающей мира на югах. Даже бакшиш получили негласно. Молдавия осталась под управлением далёкой Варшавы, но не более того. Между Польшей и Смоленской Русью произошёл взаимообмен класса «земли‑пушки»: Минск и Мстиславль перешли под руку старшего царя, а поляки получили в аренду два русских корпуса (по 35 тысяч тигрят и солнышек при двухстах пушках).
В принципе, земельный размен выгоден обеим сторонам. Поляки могут завоевать Пруссию без проблем. Всё‑таки общая армия насчитывает сто десять тысяч против сиротливых тридцати тысяч у Фридриха. Ясно, что весенне‑летняя кампания пройдёт без проблем, а там и на Силезию можно взглянуть под особым углом. Хотя на столь дальний прицел московиты пока «одобрямс» не выдали. Будет день – будет пища, а по лестнице нужно подниматься ступенька за ступенькой, не перепрыгивая, чтобы не навернуться. Да, несколько литовских магнатов пострадало в итоге, ну и чито? Кто их голос услышит, если они из‑за обезземеливания потеряли места в парламенте?
Хорошо, когда у всех всё хорошо. Португальцы, весной, занялись захватом Любека, поляки приступили к окучиванию Пруссии, Иоанн Пятый начал интеграцию новых территорий в состав Западной Руси и лишь Вяземский откровенно бездельничал, общаясь с Дофином Франции.
– Ваше высочество, мы не готовы к войне с Баварией, извините. Слишком много забот по наведению порядка в экономике.
– Ваше величество, но у вас же очень хорошая возможность…,  – запнулся Людовик‑младший, – вы можете показать свою силу, как мощный союзник.
– Рады бы, но максимально, что могли, то сделали, согласитесь, – упорствовал Михайла.
Да уж, подкрепления в имперскую армию заметно сократились из‑за вяземских, португальских и шведских завоеваний. Мало того, в Дофинэ были отправлены две бригады с дивизионом ракетных установок, якобы в аренду на год. Ясно, что принц Евгений повторит прошлогоднюю вылазку, чтобы разграбить провинцию и снова сбежит обратно за Альпы. Так что, кто знает, но может удастся вместе с Катиной устроить Савойскому крупную подляну?
– Кроме того, выход Польши из коалиции также ослабил императора, – добавил Вяземский, – а это вам на руку.
Принц соглашался с доводами, хотя ему, как и его королю, хотелось большего. Причём, погуще, да пожирнее. Французы уже готовы были передать Маальцу даже город Люксембург, лишь бы втравить русских в более глубокую авантюру. Неужели двадцатипятилетний король‑московит не хочет славы и военных приключений, имея столь серьёзные вооружённые силы? Да любой молодой дурак уже рванулся бы в разборки, не задумываясь о последствиях! Жаль, но большего добиться не удалось. Французы уже финансово выдыхались и страстно желали, чтобы своеобразный союзник повесил хомут и на свою шею. И друзей пригласил бы попрыгать с утёса. Будет что вспомнить в раю, если туда попадут!
Освоение Вест‑Индии – дело серьёзное и младший царь отнёсся к нему со всей основательностью. Его наставник последних лет, князь Борис Голицын, давно втёршийся в доверие к Вильгельму Оранскому, смог выменять самое удобное (для начинающих) место под карибским солнцем. Третий по силам порт славного острова Ямайка, Порт‑Антонио, стал псевдомосковитским, как и прилегающие к нему земли. Русских не волновало, что с другой стороны острова находится знаменитый Порт‑Ройял. Пиратов в своё время приютили англичане, чтобы от испанцев защищаться было сподручнее, но морские бродяги хорошо разбирались во флагах на верхушках мачт. И понимали, что их пристанище просто сожгут к едреней фене, если с русских торговых голов упадёт хоть волосок. Так зачем создавать себе головные боли в заднице, когда можно расходиться краями, хоть встречными курсами, хоть параллельными непересекающимися? Кроме одноразового великого дара, люди Петра обязались платить Вильгельму Третьему ещё и десятую часть от получаемого дохода. Английских королей все обожают, когда с них можно неслабо поиметь.
 
А через месяц состоялась торговая сделка класса «союз‑аполлон», то бишь, испанский монарх продал старшему русскому западный кусок Эспаньолы. Тот самый, который пришёл в упадок последние двадцать лет и, неофициально, был ещё и французским (де‑факто). Тортугу оставили французам, якобы в дар. Ну не было у Испании сил и средств, чтобы защищать свои интересы по всему миру, когда мировая война идёт по всей Европе. Они, вон, только‑только подмяли под себя Гватемалу. Местные лягушатники тоже не выделывались, обитая на краю географии. Уж очень велик авторитет московитов, появившихся из ниоткуда и вполне зарекомендовавших себя. По крайней мере, русским было без разницы уплачены ли налоги торговцами своим странам, когда покупали у них товары. Пусть у евромонархов на эту тему голова болит.
На Кубу ушла большая флотилия и увезла не только назначенных руководителей колонии, но и толпу семей пфальцских беженцев, всякоразный домашний скот, инструменты и всякое другое, что может пригодится. Следует обустроиться поосновательней, чтобы не облажаться в Новом Свете. Тем более, что проблема «понабежавших тут» из зоны боевых действий действительно создала головные боли. Ещё одну толпу отправили в Ригу для дальнейшего переселения в Сибирь. Всё‑таки тракт вот‑вот достигнет Оби и вдоль него выделяются земли всем желающим. Любой проезжий торговец или мимокрокодил будет оставлять копейку‑другую, пользуясь создающимися сервисами. Да и самоедам удобнее, когда есть всяческие фактории и прочие пункты приёма пушнины и самоедины. Тут тебе и освоение Сибири, и торговля и прочая полезная белиберда. Тем более, что картошка, как ни странно, растёт даже в Сибири, а значит заменяет хлеб, если нужно. Глядишь, и толк будет от прожекта века в реальности, а не в мечтах!
К лету стали приходить новости о войнах, причём приятные и в чём‑то полезные. Те же португальцы добили любекчан и призадумались. С одной стороны, хорошо бы округлиться за счёт Гольштейна и создать Португальские Нидерланды (Бремен, Люнебург, Гамбург, Лауэнбург, Любек в довесок), а с другой, им не хотелось входить в контры с Данией и другими претендентами на Голштинию. Так что, в итоге, занялись оприходованием и учётом завоёванного в этих краях. Армия сократилась от «боевой усушки и утруски» и была расписана погарнизонно. Пусть теперь занимаются своими колониями по всему миру, пока не родился Наполеон и не обесфлотил великую торговую державу. Уходить нужно на пике спортивной формы и лузитане соблюли сей спортивный принцип, даже если и не слыхивали о нём.
Поляки, благодаря русским, покорили герцогство Пруссия, хотя и изрядно помучались при взятии Кёнигсберга. Бедолага Фридрих подписал полную и безоговорочную капитуляцию, забрал семейство, остатки личной гвардии (почти три тысячи) и свалил в Вену, чтобы плакаться и вымаливать помощь в будущем реванше. Однако, даже родственные «идиоты и болваны» ничем не могли помочь в эти тяжёлые для Империи времена. Османы, вместе с вернувшимися под их знамёна татарами, давили по всем фронтам и уже были в двух шагах от Цетине. Битва за Черногорию могла быть лишь чуток отложена, но не отменена. Тем более, что Аугсбургская лига столкнулась с ещё одной проблемой, на западе.