Князь Вяземский. Дилогия (СИ)

Во Франции, в самом-пресамом Парижике, вершилась подготовка к "проекту века" — строительству Транссибирского всепогодного тракта класса "римских дорог". Людовик Четырнадцатый повелел, чтобы ему докладывали о каждом шаге в организации торгово-строительной компании. Даже в Версаль, лишь бы побыстрее! Денежные запросо-закидоны московитских тартар никого особо не смутили — слишком выгодной оказывалась будущая многолетняя беспошлинная поставка товаров из Манчжурии в Европу. Учитывая то, что русский царь позволял ещё и торговлю с сибирскими самоедами наладить и рудники разрабатывать — никто не возражал против многомиллионного калыма за столь достойную невесту. А совместный порт на тихоокеанском побережье открывал та-а-акие возможности, пра-а-ативный!
Основной проблемой являлось очень приблизительное знание местностей и их условий. А начало инженерных исследований зависело от уплаты договорной цены, русичи очень жёстко выставили требования. Случайные торговцы, побывавшие в Сибири, расходились в трактовках погодных и природных условий, хотя в один голос утверждали, что мехов там видимо-невидимо. Как и других самоедных ценностей, ценящихся в Европе очень дорого. К положительному решению подталкивали и победы османских союзников над вражескими австрияками, что позволяло, со временем, сократить расходы на армию. В начале сентября, в Москву отправили полномочную купеческую делегацию для согласования платежей и сотрудничества. Чтобы излишне не рисковать, французы хотели предложить оплату тремя траншами. Сначала, после подписания договора, они соглашались выплатить пятнадцать миллионов ливров. Потом, после первичных инженерных исследований в течении полугода, следовал второй платёж, на пять миллионов дешевле. Заключительный, в размере пяти миллионов, выплачивался лишь после начала работ. Таким образом, если сами же франки откажутся от проекта, то могут потерять только пятнадцать милллионов, что совсем не критично в проектах мегауровня, хотя и нежелательно. Впрочем, будущие лягушатники-бусурманы, покрывшие свою страну дорогами и каналами, ничего не опасались — опыта строительства транспортной инфраструктуры у них было вдоволь. Даже за ушами трещало!
Сентябрь — особый месяц в Московии: Старый год ушёл, а Новый пришёл. Сразу все начинают платить налоги в казну, чтобы не лишиться возможности получать доходы. Финансовый поток настолько увеличивается, что никто не успевает ни растратить его, ни разворовать оперативно. Отмена местничества привела к беззащитности любителей нагреть руки — никакие доводы о древности рода и многочисленных матримониальных пересечениях не помогают. Не воруй и неубиенным будешь! Кремль официально провозгласил: "Казнокрады — пособники лукавого!", пользуясь логикой того, что нельзя быть чуть-чуть одержимым диаволом. Патриарх вынужден был подтвердить сиё верховное мнение, чтобы не остаться в стороне. Так что новый старославянский год начался чередой показательных казней, обеспечив народ и развлечением, и верой в будущую справедливость. Мздоимцев инновации тоже коснулись, благо османский передовой опыт был на виду у всего мира.
Конечно, обиженные и расстроенные родственники пострадавших канючили на каждом углу о том, что "предупреждать надо", да о "соразмерности наказания провинности", но Иоанн, Совет и Дума достаточно твёрдо провели карательно-показательную акцию. Раз Русь считается дикой и варварской, так пусть и порядки будут соответствующие! Впрочем волна получилась не особо длинной, ибо те, кого за руку ещё не поймали, мометально притихли и решили дождаться более добродушного времени. Думские бояре подбирались из состоятельных, то есть тех, кому есть что терять. А на ответственные посты назначали исполнителей с учётом наполненности мошны, исходя из того, что к воровству, в первую очередь, склонен голодранец. Демократией однозначно не пахло — пришла диктатура группировки, хунта!…
Великий визирь Чёрный Старший Брат, или по-простецки, Кара-Мустафа, использовал свою безграничную власть, накапливая мощную армию для блистательного завершения своего правления. Сам султан Мехмед Четвёртый в основном охотился, видимо озадаченный добычей мяса для кухни. Султаны Высокой Порты — они такие: то луки для армии самолично мастырят, то провиант заготавливают. Так что расширением империи приходилось заниматься тому правителю, который де-факто. В принципе, визирь хотел поиметь самому себе земельки на Дунае под старость, а заодно и германских фатерляндов прирезать, примерно до Северного моря. Немцы, как раз имели внутренний раздрай, австрийский император искал норку подальше, чтобы зарыться поглубже и выставить снаружи табличку "Не чапать!", а Ватикан метался туда-сюда в поисках союзников. Польша ослабила своё давление на русских, так как угроза с юга исчислялась десятками тысяч вооружённых ветеранов турецкого разлива. Саксония тоже озаботилась и сформировала целый корпус, благо деньжат хватало в избытке.
 
Кремль довольно улыбался — помощь османам оборачивалась солидным приливом серебра и золота, заменившим традиционную виртуальную морковку, класса "мы — европа", получаемую допрежь за русские жизни и русскую кровь. Хотя на Москве хватало родовитых умников, убеждавших окружающих в необходимости прекратить поставки и самим идти в "новые крымские походы". Мышецкий даже пригрозил, что повяжет шептунов и крикунов боярского уровня и создаст из них полк особого назначения с девизом "предложили — исполняем". Угроза подействовала — никто не хотел самолично защищать Европу, мечталось-то о бравых стрельцах, которые омоют свои сапоги в Мраморном море. На Совете обсуждали оба варианта турецкой экспансии. Победит Порта — значит можно разделить с ними Польшу, победят схизматики — есть смысл прирезать земли днепровского левобережья до самого синего моря. Небось крымский хан особо не будет возражать, коли Порта знатно ослабеет. Ну, а ежели никто ничего не добьётся, так ничего и не изменится! Мальцеву страшно не нравилось, ещё в прошлой жизни, что слово "Катынь" вытесняло напрочь из народной памяти слово "Хатынь" посредством "демократического" СМИ и он добивался того, чтобы таких трагедий избежать, по возможности, вообще. На сильных боятся нападать и навязывать им своё мнение и жизненный уклад. А сила всегда заключается в разумной политике, когда большинство войн ведётся чужой кровью и чужими экономиками. Так, в своё время, Франция вошла в четвёрку стран-победителей, отсидевшись в стороне и сохранив промышленность, жилой фонд, армию и вооружения. Всего лишь сдавшись при первых выстрелах атакующего вермахта. В то время, когда Южная Англия, сама Германия, западная часть СССР и Польша были разрушены в хлам и даже поля усеяны осколками, минами и неразорвавшимися снарядами! И кто ту Францию хает за подлость?
А нынешней Московии и подличать не надо — лишь учитывать свои интересы, а не пиндосов каких-нибудь.
Романовы не мешали друг другу заниматься личными военными потугами. Софья Алексеевна с надеждой и любовью наблюдала за формированием дворянского полка из хозяйственников-неудачников, искренне считая, что достаточно дать мужчине оружие в руки и он сразу станет воином. Пётр потихоньку развлекался своими "потешными" в Преображенском, тем более, что после разгрома бунтовщиков под Беспутиным, ему подарили ненужные пушки и запасы к ним, а также всякие устарелые мушкеты. Кафтаны для петровцев заказали за счёт казны, ибо юнцу нравился внешний вид солдат и он регулярно заставлял их ходить строем под барабанный бой. Репой и порохом тоже снабжали, чтобы пушки не простаивали. Единственное требование, которое жёстко поставил старший брат: учиться, учиться и учиться. Хорошо учишься — хорошо помогают, плохо — чёрта с два, а не порох в пороховницы. Дополнительное условие — младшего царя собирались отправить в Европу, по достижении четырнадцати лет, для обучения финансовым и экономическим наукам. Ну, а коли ремёсла захочет попутно освоить, так трёхцветный флаг ему в руки!