Князь Вяземский. Дилогия (СИ)

Мессир Луи, он же Великий Дофин инкогнито, в принципе был согласен. Даже с ценами на различные русские товары и сырьё, как и субаренду дополнительных воинских контингентов. В любом случае, последнее слово останется за королём Франции. Понятно, что трёхлетнюю подготовку к войне следует хранить в секрете насколько это возможно. На том и порешили, включая грядущую оплату по тракту, уж в этом проекте обе стороны были реально заинтересованы. Теперь рашенкам осталось лишь ждать, да догонять!
Как так получается в жизни? Война лишь через три‑четыре года, а начинать подготовку пришлось практически сразу. За месяц собрали гору ништяков, придали «тигрят охраны» вдосталь, собрали торгово‑представительскую команду во главе с фешенебельным Борисом Голицыным и «министратором» Ларионом и отправили аж в Остенде. Нехай внедряются заблаговременно, пока мир‑дружба‑жвачка повсюду. Другим арендованным кораблём послали гонца с инструкциями для графа Виндау (в быту витязя Дмитрия Лукьянова). Бросай, мил воин‑дипломат, Курляндию и поезжай в Швецию разговоры разговаривать на важные темы. А на его место убыл витязь ордена татеборцев Алёшка Марьин, титул графа Либау выкупать. Заодно провести набор местных в семитысячную бригаду и там же построить базу подготовки. И оружия для них заказать согласно «вяземской комплектации». Сами знаете, что курочка по зёрнышку клюёт, а весь двор в дерьме.
Торговля русским добром уже принесла более четырёх миллионов рублей, благодаря повышенным ценам. Озадаченный Афанасий удивлённо чесал репу, вроде количество товаров не боле прежнего, а деньжищ аж в шесть раз больше, чем в предыдущие годы. Правда, следовало учесть практическое наличие отсутствия казнокрадов, испарившихся из северной действительности быстро и надолго. Кто голову или руки потерял, а кто сбёг подальше от «нововведений». Где патриархальная праведная Русь, почему юнцы нарушили все каноны жития благого? Ох, нет боле житья нормальным русским дьякам и чиновникам, как встарь, испокон веку. Всё поломалось, чего теперь со страной будет?
В конце августа вернулись экспедиции Абрантуша, который бастард герцогского семейства Авейру. Одна снова удачно разменяла монеты на золото и серебро, заодно накупив четыре корабля вест‑индских товаров. Деньги тут же закубышили (хотя чуток проплатили за нужные нужности), а товары лишь частью себе оставили, в основном европейским купцам распродали. Не все же могут в Новый Мир шлындать, когда там полно пиратов. Вот и получилась небывалая хрень несусветная класса «Архангельск торгует колониальными товарами». Пусть мозги у правоверного западного торгашества пухнут от удивления и лопаются от напряжения. Представляете, какой‑нибудь купец, вернувшись домой, говорит знакомым:
– Удачно сходил на Белое море, купил у местных сахарного тростника и табака.
Впрочем, к чудесам русского Севера уже начали привыкать и старались вписываться в новые условия.
Вторая экспедиция Абрантуша вернулась из долгого вояжа (на арендованном судне) в глубины Бразилии. Понавезли много интересного, в первую очередь амаранта для луков Игната и Абдуллы Хакима и пять десятков стволов палисандра (на корабль не хватит, а разные вещи попроще можно изготовить для пробы). Остальные дары сельвы предстояло разложить по порядку, осмыслить и найти им применение. Найденные изумруды Хуан Рикардович оставил себе, хотя и подарил по чуть‑чуть своим отмороженным друзьям. Всё‑таки – ценная редкость или редкая ценность. Одно странно, как Абрантуш всё славно организовал, что сам проводит время то в Архангельске, то куда‑нибудь в Вологду за дёгтем и мехами приезжает. Насколько верные люди ему служат, даже не пытаются его кинуть, как в капиталистические времена.
Москва наслаждалась французским золотом и калмыцкой солью. Товары покупались приезжими европейцами без проблем, почти без торговых препирательств. Стрелецкие полки выглядели патриархально и благолепно, уж Шакловитый расстарался от всего сердца. Он понял, что царицу интересует внешний вид служивых, поэтому не заморачивался умениями. В конце концов, весь мир воюет по принципу: разок выстрелил, а потом – в рукопашную. Так чего выдумывать с мушкетами? Дешёвые столь же хороши, как и дорогие. Зато кое‑какая копеечка перепадает в личную кубышку. Вон, уже восемь полков добавил к пяти имевшимся. Да и за полковничьи должности бояре хорошо отдаривались, всё как в добрые старые времена. А тех, кого полякам отправили, можно и в Смоленск спроворить (если живы останутся). Всё равно «государевы полки» верными никогда не будут, так пусть Иван их и кормит.
 
Софья Алексеевна успокоилась, поняв, что ни Иоанн, ни Пётр больше на московский престол не претендуют и организовала всё, как её душеньке угодно. Даже ферязи разрешила в Кремле носить, уж очень они красиво и выспренно выглядят. Жаль, что милдруга Васю забрали, пришлось другого заводить, из Долгоруких. Понятно, что при дворе ошивались лишь преданные и послушные, таких и одаривать можно. Вон, сколько бояр да князей убили во время стрелецкого бунта, их земли в казну и отошли. Плюс то, что Хованскому принадлежало. Есть чем нужных людей приголубить. Наконец‑то сбылась мечта, когда никому ничего доказывать не нужно. Знай, себе, правь и повелевай, имея вдосталь власти в Московии!
В принципе, Иоанн и Михаил (с помощью Василия Голицына) правильно рассчитали, что Софья не захочет проблем, а значит временно не будет козни строить, поверив в желаемое. Когда денег полно мало кто ищет ненужных сложностей и старается соблюдать равновесие. Тут ещё и французы пообещали привезти остаток платежа в ближайшее время. Только на этот раз в пистолях, а то и золотые экю уже не выпускают, как и ливры.
На Руси наступил золотой век покоя и благоденствия! И Горбачёва не имелось, чтобы поломать то, что до него построили…
  
Глава 4
 
В сентябре 1684 года в Архангельск привезли чудо дивное – невестушку для старшего царя. Ох и краса миловидная, да ещё и умна. Даже по‑русски чуток лопотала, благо последние месяцы специальный учитель имелся. Вот она – плата за сотрудничество на уровне монархов. Как и положено, принцесса перешла в православие. Умная девушка, любопытная, грамотная, вся в матушку свою, Франциску Савойскую, помершую в прошлом году. Странно, но Иоанн ей понравился ещё по переписке, а уж когда вживую увидела… Высокий сильный молодой человек, приятной внешности, имеющий притягательный взгляд. Нечто загадочное, доброе и понимающее таилось в его взоре. Всяко лучше европринцев с их лошадиными мордами и следами вырождения на лицах. Русский царь!
Свадебные торжества прошли великолепно, да и гостей прибыло вдосталь, включая иноземных. И если, для благородных, вин понавезли из Европы, то простой народ три дня заливался пивом герра Вайзера за счёт казны. Ну и заедался вволю. Даже заморских фруктов диковинных целый корабль прибыл, чтобы подданных порадовать щедростью небывалой. Понятно, что молодых завалили подарками и здравицами. И брачный контракт подписали со всякими взаимоусловиями, как положено в цивилизованном мире. И лишь после того, как активная фаза кончилась, обсудили кое‑что секретное, направленное против Испании.
Жизнь пошла своим чередом, гости разъехались, зато поисковики начали возвращаться. В первую очередь пришлось решать проблему с птичьим дерьмом. В России оно на северах ничего толком не дало, возить на юга долго и муторно, а вот Европе пришлось по вкусу. Гуано, хоть и северное, но тоже урожайность подняло заметно, пусть и временно. Сразу несколько стран в очередь выстроилось. Пришлось «великим царям» заняться выдачей временных разрешений на добычу, нехай иноземцы сами добывают вонючее сокровище на Русском Севере. По крайней мере, пока где‑нибудь поодаль не построим городок из складов, чтобы сиё добро подальше воняло, когда его много. Кстати, Пахом с Дарьей и алхимиком‑врачом Августом Вебером нашли, что чуток гуано улучшает свойства мыла и шампу. То ли мылится лучше, то ли волосья отстирывает чище… А противный запах исчезает почему‑то.