Избранница киоса (СИ)

— Только попробуй. Я скажу, что ты меня совратила. Как думаешь, кому поверят, брату принцессы Фреоса или какой-то рини?
Лорлиона замерла.
— Ноал… он поверит мне.
— Уверена? — резкое движение, звук рвущейся ткани, и Лори остается обнаженной. — Ты хочешь, чтобы твой любовник увидел тебя с другим?
Лори сжимает зубы.
— Он — высший демон! И его гнев будет страшен!
— Не сомневаюсь, — усмехается Алан и касается ее ягодиц. — Мне нравится твое тело.
Лорлиона старается не выть в голос.
Почему она оказалась в подобной ситуации, почему?!
— Алан, умоляю тебя…
— О, уже умоляешь? — он снова оказывается возле ее уха. — Давай, умоляй меня.
Он вновь прижимается к ней, и Лори с ужасом осознает, что эльф возбужден.
— Прошу тебя, отпусти меня. Не делай этого…
— Не делать чего? — его рука вновь возвращается к ее груди, охватывая круглый холмик и играясь с затвердевшим соском. — Этого? — он скользит ладонью ниже, по ее животу, к сведенным бедрам, — Или этого? — Он надавливает коленом, и ее ноги непроизвольно расходятся, чем он и не преминет воспользоваться, опуская пальцы на заветные складки.
Лори снова дергается.
— Алан! Умоляю, не надо!
Но он словно не слышит ее, исследуя нежную кожу, проводя по ней кончиками пальцев. Дразня, испытывая, обещая.
Она снова ощущает поцелуй за ушком, который порождает очередные мурашки, и тут же его пальцы, словно осмелев, ныряют в глубины ее лона, вырывая из груди Лори жалкий вздох.
— Алан!..
— Да, девочка, зови меня, — шевеление пальцев, и она снова дергается.
Лорлиона до крови закусывает губу, чтобы отвлечься от ощущений, что даруют умелые движения.
Почему ее тело так отзывается? Почему предает ее?
— М… ты уже мокрая для меня, — очередной шепот ей на ухо, а пальцы продолжают свою неистовую работу.
— Прекрати!
— Ты сама этого хочешь, Лори, признайся.
Алан, не отнимая рук, трется о ее оголившие ягодицы, заставляя почувствовать свою твердость.
И Лорлиона дрожит.
И самое страшное, что эта дрожь возбуждения!
Но как она может возбудиться? Алан — враг! Она не может хотеть его!
Однако лоно, что сейчас обильно смазывает длинные пальцы любовным соком, готово опровергнуть это заявление.
— Хватит!
— Как скажешь, — он убирает руку.
Лори снова пытается вырваться, да все без толку, и ее накрывает паника, когда она ощущает через секунду прикосновение горячей плоти.
И когда только Алан успел обнажиться?
— Ты можешь кричать, — выдыхает он, пристраиваясь сзади. — Я наложил на комнату Полог Неслышимости, — и подается вперед.
Лори, едва сдерживая рыдания, понимает, что теперь она обесчещена. Дороги назад нет и не будет.
А Алан начинает двигаться. Легкие толчки, что были в начале, превращаются в яростные выпады, а его пальцы до боли, до синяков, впиваются в ее бедра.
Из груди Лори вырывается неконтролируемый стон.
— Да, девочка, стони, кричи для меня.
И ее восприятие взрывается.
Лорлиона понимает, что не должна отвечать, понимает, что ее насилуют… но ничего не может поделать с чувством накатывающей эйфории. Чувством, что закручивается в спираль в самом центре ее желания. Чувством, что с каждым глубоким проникновением грозит поглотить ее под собой.
— Нет! — кричит она и тут же ощущает, как волна за волной на нее накатывают блаженные волны оргазма.
Лори зажмуривается и… резко распахивает глаза.
Она в своей постели. Одна.
Вся в испарине, со сбившимся дыханием… и с мокрыми бедрами.
Девушка села в постели, лихорадочно глядя по сторонам.
Это всего лишь сон. Кошмар. Ничего не было.
Она в безопасности.
Откинув одеяло, Лори дошла до стола, где стоял графин с водой, и щедро налила прозрачную жидкость в стакан, которую тут же выпила залпом.
Это всего лишь сон!
Она подошла к окну и открыла высокие створки, всей грудью вдыхая морозный воздух.
Сон.
Ничего не было.
Но почему тогда ее сердце так сильно бьется, а лоно пылает?..
Облокотившись на подоконник, Лорлиона прикрыла глаза.
Всего лишь сон. Слава Гисхильдису.
Внезапно дверь ее покоев отворяется, и Лори резко оборачивается назад.
 
Но, увидев вошедшего, переводит дыхание.
— Ноал…
— Лори? Почему ты не спишь?
— Я… проснулась попить воды.
Киос подходит к ней и останавливается, не доходя какого-то шага.
— Прости, я не думал, что так задержусь.
— Все в порядке, — ей удается улыбнуться уголками губ.
А Ноал… почему-то ведет носом и бросает взгляд на разворошенную постель. Снова обращает взор на нее и в его глазах появляется смятение.
— Лори… ты… одна?
Лорлиона резко втянула в себя воздух.
Неужели он подумал, что она может ему изменить?!
Сердце заходится вновь, грозясь оглушить ее громким и частым стуком.
Почему он спросил это?
Ведь это был сон.
Просто сон.
Однако, видя ее недоумение, Ноал потряс головой, словно выкидывая непрошеные мысли, и тут же сокращает расстояние, захватывая ее в объятья.
— Извини, я дурак. Не нужно было спрашивать.
— Ноал…
— Милая, прости, не бери в голову. Я просто устал, и почти ничего не соображаю, — он чуть отстранился, чтобы взять ее лицо в руки и легко поцеловать. — Пойдем ко мне?
Лорлиона потерлась щекой о его ладонь и прикрыла глаза.
— Я хочу поговорить.
— Поговорим. У меня, — он делает пас рукой и посреди комнаты появляется неизменная серебристая арка портала.
— Иногда мне кажется, что ты вынуждаешь меня играть по твоим правилам, — чуть качнув головой, Лори, тем не менее, первой шагает в образовавшуюся «дверь».
— А тебе это не нравится? — он возникает следом, вновь заключая в объятья.
— Я не это имела в виду. Просто в лишний раз убеждаюсь, что ты — самец, — Лорлиона позволяет себе расслабиться и улыбнуться уже по-настоящему.
— О да, я самец! Самец, который сейчас хочет предложить своей самочке…
— Поговорить.
Ноал сморщил нос и тяжко вздохнул.
— Ну да, ну да. Может, перенесем разговор туда? — он кивает в сторону двери, ведущей в купальню. — Весь день мечтал о теплой ванне.
На губах девушки вновь появилась улыбка, уже озорная.
— Ну раз мечтал… Не могу противиться желанию киоса.
— М… Вот как? — демон сжимает ее сильнее, опаляя губы горячим дыханием. — Любому желанию?
— Ноал! — Лори шутливо ударила его ладошкой по груди.
— Раздень меня.
Озорная улыбка на ее губах сменяется практически хищным оскалом, и Лори тут же тянется к пуговицам на его рубашке.
— Кажется, что это мне никогда не надоест.
— Рад это слышать, — с его глазах начинает зарождаться синий огонь, пока девушка методично расстегивает пуговку за пуговкой.
Пред ней не предстает обнаженный торс с рельефными кубиками, по которым Лорлиона тут же проводит кончиками пальцем.
— И касаться тебя мне тоже никогда не надоест.
— Могу сказать то же самое, — одно неуловимое движение, и ее ночная сорочка падает на пол.
За сорочкой отправляются и брюки киоса.
Лори поддела резинку его нижнего белья и с задумчивым видом прикусила губу.
— Ты помнишь, мы должны поговорить.
— Да-да, — Ноал подхватил ее на руки и понес в сторону купальни. — Поговорим. Обязательно.
* * *
Выводя пальчиком узоры по мыльной груди своего мужчины, Лори заметила:
— А ведь я даже представить себе не могла, что ты посмотришь в мою сторону.
Ноал фыркнул.
— Ты не оставила мне выбора. Я помню, каким негодующим взглядом встретила в конюшне почти пять лет назад. Ай! — демон потер оставленную на гладкой коже царапину. — За что?
— Видимо ты не помнишь, в какой ситуации я тебя застала.
На его губах тут же начала расцветать довольная улыбка.
 
— Ревнуешь…
Лори снова царапнула.
— Тигрица, — он перехватил ее ручку и поцеловал пальчики, что сейчас больше напоминали орудие возмездия. — Моя тигрица.