Моров (СИ)

Я уже живу ее за Ивана Владимировича.
— Что ж, пожалуй, вы правы, ваше благородие, — вежливо улыбнулась она. — Прошу прощения, что отняла у вас время. Пожалуй, мне лучше уйти.
— Я был рад разделить с вами трапезу.
Я первым поднялся из-за стола и подал гостье руку. Мы вместе прошли в гостиную, где официант подал Антонине Владиславовне сумочку. Он же открыл перед девушкой дверь, а я последовал за ней на крыльцо.
— Может быть, вызвать вам такси? — предложил я, глядя на девушку, которую уже вряд ли можно было назвать сержантом.
— Нет, спасибо, мне нужно немного пройтись.
Она повернулась ко мне спиной, и в этот момент из-за поворота на дороге появился новый автомобиль. Легковая машина ощерилась в сторону особняка стволами автоматов.
Я видел, что из машины безопасников тоже спешно вылезает оружие, но они вряд ли что-то успеют изменить. Видел, как делает первый шаг по ступенькам Антонина Владиславовна, не обратившая внимания на шум с дороги.
А потом схватил ее за руку и, впихнув обратно в дом, выставил раскрытую ладонь в сторону легковушки.
Сон.
Водитель ткнулся лицом в руль, но его подельники все же открыли огонь по моему дому.
  
Глава 7
 
Лишенный управления, автомобиль нападавших зарычал, разгоняясь пуще прежнего, вильнул и влетел в забор моего особняка.
И, спрашивается, какого черта?!
Я планировал новую жизнь провести в спокойствии. Развить магию до прошлого уровня, заработать капитал на производстве артефактов, аналогов которым нет и не предвидится в этом мире.
А меня за первые же два дня жизни в Российской Империи уже трижды попытались целенаправленно убить!
Эти мысли пронеслись в голове мельком. В прошлом я бы оставался спокоен, но сейчас, подстегнутый эмоциями, я разозлился.
Они напали на меня. В моем доме. Опять. Покусились на жизнь моего гостя. Подвергли опасности слуг.
Я — дворянин! Я не спущу им такого обращения!
Прыжком преодолев лестницу, я добежал до забора и перемахнул через покореженную ограду.
В машине находились три человека. Водитель погиб, штырь от забора вошел ему в глотку и пришпилил к креслу. На заднем сидении развалился человек с пулей в глазу — его автомат валялся в ногах. Похоже, когда тряхнуло, последний выстрел убил владельца.
Стрелок рядом с водителем дезориентирован, на голове и панели перед ним — кровь, череп расколот. Значит, с ним еще можно поговорить.
Воздушный серп рассек ремень безопасности, и я, усилив тело, выдернул мужчину из автомобиля через открытое окно.
Магия заплясала в теле, приходя в движение.
Лечение легких ран.
Мои кисти вспыхнули зеленым огнем, и раненый открыл глаза.
— Кто тебя послал?! — спросил я.
— Моров, назад! — наблюдатели, наконец, выбрались из своей машины и, держа легковушку на прицеле, шли ко мне.
Проигнорировав приказ, я встряхнул стрелка.
— Ну же, — повысил голос я, все еще держа мужчину за ворот, — у тебя осталась минута, после чего ты умрешь. Скорая не успеет тебя спасти. Отвечай, и я тебя исцелю. Промолчишь, и я сожру твою душу!
— Моров, в сторону, — последовал новый приказ, уже подошедшего наблюдателя.
— Мы пришли не за тобой, — ответил стрелок, прежде чем его голова повисла, а взгляд остекленел.
Отпустив тело, я отступил в сторону. Поглощенный поток эссенции жизни сказал мне, что человек передо мной погиб, гораздо вернее любой диагностики. Мое лечение выиграло стрелку несколько секунд, но оно годится для устранения ссадин и мелких ушибов. Спасти от черепно-мозговой травмы ему не по силам.
— Они все мертвы, — сообщил я, отступая от трупа. — Спасибо за помощь, господа.
Отряхнув руки от капель крови, попавшей с головы стрелка, я направился обратно к дому, уже через ворота. Антонина Владиславовна ожидала меня на крыльце, а стоящий в гостиной официант с бледным лицом глядел на разбитую вазу. Сотрудник ресторана мог бы сейчас лежать мертвым, если бы я не усыпил водителя.
— Полагаю, вам следует принять предложение Службы Имперской Безопасности, Антонина Владиславовна, — произнес я, останавливаясь перед девушкой. — Эти люди пришли не за мной, а по вашу душу.
 
За спиной Ждановой раздался грохот. Официант упал в обморок, как только его организм понял, что опасность миновала. Перенервничал человек, со всеми бывает.
— Вы... уверены? — негромко переспросила Жданова, не сводя с меня взгляда.
— Вряд ли стрелок решил соврать перед смертью, — пожал я плечами.
Сев прямо на ступеньки крыльца, я смотрел, как приставленные капитаном Скворцовым сотрудники вынимают мертвых из поломанной машины. Повезло, что забор ставили тяжелый, еще в прошлых веках выкованный. Иначе автомобиль вышиб бы легкий пролет и ворвался во внутренний двор особняка.
Не заметил, как рядом опустилась Антонина Владиславовна. Мы сидели молча, практически касаясь друг друга. И несмотря на то, что молодому человеку в такой ситуации полагается думать о шансах затащить красотку в постель, я размышлял о том, как усилить собственный забор.
Мой дом — моя крепость, говорят в этом мире. И раз уж ко мне так зачастили с оружием, нужно не о лавке думать, а о том, как обезопасить себя и своих будущих людей.
Пока я размышлял, прибыли новые машины Службы Имперской Безопасности. Жданову забрали, как и нанятый на обед персонал. И пока их допрашивали, рядом со мной на ступеньку присела брюнетка лет двадцати пяти в строгих очках.
Черный китель был расстегнут, открывая взгляду белоснежную блузку, черный жилет и галстук с золотым зажимом. Невысокая, с хорошо сложенной фигурой, волосы убраны в пышный темный хвост. Глаза аккуратно подведены, на губах — вишневая помада.
А еще от нее веяло силой. У девушки были открыты сразу четыре узла, и между ними постоянно проходила циркуляция магии.
— Добрый вечер, — заговорил я первым, отворачиваясь от собеседницы.
— Вечер добрый, Иван Владимирович, — негромко ответила девушка. — Не самые приятные обстоятельства для знакомства, но я все же представлюсь: Варвара Константиновна Легостаева.
Я приподнял бровь, удивленный тем, что она не назвала своего звания. А девушка продолжила:
— Знаете, я за последние несколько часов столько о вас слышала, — все так же тихо сказала она, — что представляла вас немного иным.
Я усмехнулся.
Иван Владимирович, конечно, ничуть не походил внешностью на Верховного мага Империи людей. Теперь я стал обладателем почти что белых от седины волос — последствия путешествия за грань на алтаре культистов, с острым носом, раздвоенным подбородком и средней высоты скулами.
Только увидев свое отражение впервые, я еще подумал, что теперь нас с дедом объединяет больше, чем просто кровь. Он ведь тоже был совершенно седым с юных лет.
— Наверное, вам представлялся рыцарь на белом коне? — предположил я, оборачиваясь к собеседнице.
— Нет, — улыбнулась она уголками рта. — Но обычно у будущих некромантов куда более ярко выраженная внешность.
— С чего вы взяли, что я стану некромантом? — не стал скрывать своего интереса я.
— Вы пережили смерть, поглощаете души умирающих рядом людей, — легко пожала она плечами. — Вижу, вы удивлены, что мы можем это определять. Не переживайте, Иван Владимирович, обнаружить следы подобного процесса может только свой.
Она сунула руку во внутренний карман кителя и извлекла из него серебряный портсигар с гербом рода. Память на этот раз спасовала — такой семьи Иван Владимирович не знал. Однако проявлять любопытство я не спешил, вместо этого дождался, когда собеседница вытащит тонкую сигарету и вставит ее в мундштук слоновой кости.
— Сейчас вам может показаться, что наш диалог преждевременный. Однако ваше имя уже всплыло в свете, и можете не сомневаться, вас будут пытаться понять, а затем использовать, — выпустив облако дыма, заявила Варвара Константиновна. — Ваши предки многое сделали для Российской Империи. Поверьте, наверху это оценили. И ждут, как вы себя проявите дальше, Иван Владимирович. Чем хотите заняться?