Здесь водятся драконы (СИ)
— Хорошая работа! — Шестаков расплылся в довольной улыбке. — Превосходная даже! Надо бы этих молодых людей как-нибудь отметить….
— Непременно — вот вернуться, самолично напишу представление на имя Государя.
— И я со своей стороны похлопочу. Ну да ладно, пёс с ним, со злодеем этим. Вы лучше расскажите, как же баронесса-то сумела сбежать? Вот уж бой-баба!
— Да, уж, барон подобрал супругу себе под стать. Представьте: заколола шпилькой охранника, угнала двуколку и на ней помчалась в порт. Там нос к носу столкнулась с капитаном французского военного корабля «Ахерон», зашедшего в Басру для ремонта — и тот, кончено, не отказал в помощи соотечественнице.
— Соотечественнице? Позвольте, но она, кажется, подданная королевства Бельгия?
— Верно, но урождённая француженка. Но, как бы тони было, сейчас баронесса вместе со своими спасителями направляется в Индокитай.
— Вот как? — Шестаков покачал головой. — Любопытный поворот, весьма… «Ахерон, говорите»?
— Да, мореходная броненосная канонерская лодка новейшей постройки — сами французы иногда называют её малым броненосцем.
— Вы что же, собираетесь сообщать об этом барону?
— Сообщу, но без подробностей. Вот узнаем во всех деталях что произошло в Басре — и тогда… А пока просто дадим ему знать, что супруга вне опасности, и он может переходить к следующей части нашего плана.
— И тут на сцене появится тот отставной капитан… Повалишин, кажется?
Юлдашев поморщился.
— Без имён, прошу вас. К тому же, речь идёт не о простом капитане второго ранга Российского Императорского Флота в отставке — он, если помните, ещё и адмирал флота Республики Перу, а именно в этом качестве о нужен в нашем маленьком спектакле.
— И перуанцы согласились нам посодействовать… таким вот способом?
Разумеется. Они не забыли о помощи, которую мы оказывали, и без которой ни о какой победе на море не могло быть и речи. Помнят они и о роли англичан, которые наоборот, всячески поддерживали чилийцев. Сейчас адмирал направляется в Пунта-Аренас для встречи с отрядом барона. Он ведь тоже сыграл в тех событиях немалую роль — и может рассчитывать на самый тёплый приём!
Шестаков усмехнулся.
— И британское золото господа из Перу, надо полагать, не прочь прибрать к рукам — то, что они получили за выкупленные броненосцы?
— Ну почему же «прибрать к рукам»? Строго говоря, перуанцы ведь в точности выполняют свои обязательства: англичане выкупили у них «китайские» броненосцы чтобы вернуть их первоначальным заказчикам, не так ли? Ну так они именно это и делают. А что обёртка у этой конфетки будет несколько иной — то об этом никто не договаривался…
Министр кивнул, подтверждая своё согласие со словами собеседника.
— Да, просвещённые мореплаватели составили чересчур замысловатый заговор — и он, как это обычно и бывает в подобных случаях, дал сбой в одном из своих звеньев. А там и всё остальное посыпалось. Британцы рассчитывали, что сумеют обвинить нас в том, что мы помогли китайцам оказать Парижу серьёзное сопротивление на море — на суше-то у них и так всё неплохо складывается…
— … а Лондон воспользуется возвышением Ли Хунчжана в случае победы адмирала Дин Жучана — и поможет ему прибрать к рукам верховную власть.
— Да, британцы мастера на подобные комбинации. — подтвердил Юлдашев. — В случае победы над эскадрой Курбэ, покровитель адмирала не только укрепит своё влияние при императорском дворе, но и окончательно перетянет на свою сторону тех независимых наместников провинций, что пока колеблются в выборе стороны. Ну а дальше дело известное: дворцовые перевороты и смены династий в Китае давняя традиция.
— Англичане, оказав помощь Ли Хунчжану, приобретают влияние на нового императора. — Шестаков продолжил мысль собеседника, — Потом дают ему кредиты на укрепление армии, поставляют оружие чтобы справиться с непокорными южными провинциями- гражданская война в таком случае неизбежна. Взамен они добиваются права свободно торговать опием на всей территории Поднебесной, подгребают под себя всю торговлю с Европой — и в результате весь Китай падает им в руки как перезрелый плод! Вот увидите, они ещё и Аннам попробуют подгрести под себя, пользуясь ослаблением французов в этом регионе!
— Надеюсь, что не увижу — если мы с вами, Иван Алексеевич, не ошиблись в своих расчётах.
Министр пожал плечами.
— Просвещённые мореплаватели никак не желают меняться — интрига на интриге сидит и интригой погоняет. Но я вот чего не могу понять, Евгений Петрович: получается, что мы с вами играем сейчас им на руку? Ну, раз помогаем отряду Греве добраться до точки назначения, да ещё и усиливаем её по пути?
Юлдашев улыбнулся — как обычно, одними уголками тонких губ.
— В том-то и соль нашего плана! Всё делается англичанами и за английские деньги — а мы только прикладываем небольшие усилия, чтобы сместить акценты. Ну и главное, разумеется: наш посланник при дворе императрицы Цыси передаст ей сведения о заговоре британцев и Ли Хунчжана.
— … и победа адмирала Дин Жучана обернётся против его патрона?
— Именно так, Иван Алексеевич, именно так. — подтвердил граф. — Императрице и её советникам известно, что Бэйянский флот отказал в помощи южанам. И когда Дин Жучан неожиданно изменит линию поведения, да ещё получит помощь — мы, в числе прочего, предоставим доказательства, что именно Лондон выкупил броненосцы у Перу, нанял для их в Европе опытные команды ипослал корабли в Вэйхайвэй. И это станет решающим доказательством вины Ли Хунчжана. К тому же — помните, я говорил, что наши люди в Басре захватили Бёртона? Так вот, когда его допросили с пристрастием, этот тип выложил массу интереснейших подробностей заговора.
— … и когда об этом станет известно — Ли Хунчжана обвинят в государственной измене, обезглавят, а вместо англичан влияние на императрицу приобретём уже мы. — Шестаков задумался. — Должен признаться, Евгений Петрович, мне это не по душе. Он безусловно, мудрый политик, талантливый государственный деятель, и в иных обстоятельствах мог бы привести Китай к процветанию.
Снова тонкая улыбка, ирония, промелькнувшая во взгляде разведчика.
— Кто же виноват, что этот талантливый господин выбрал не ту сторону истории? Насколько мне известно, у Государя большие планы на Дальний Восток — особенно теперь, когда строительство Транссибирской магистрали идёт ударными темпами. И если удастся разом ослабить и позиции Лондона, и позиции Парижа в этом регионе, да ещё и приобрести влияние на власти Поднебесной -это будет большой успех!
Над Невой прокатился длинный гудок — сигнал, что новый броненосный фрегат закончил своё первое плавание и встал у достроечной стенки. Со стороны Финского залива накатывались низкие тёмно-серые тучи, насыщенные дождевой влагой. Шестаков посмотрел на небо с опаской.
— Пойдёмте, пожалуй, Евгений Петрович, а то как бы нам не намокнуть.И… вы правы, разумеется — но сперва Бэйянскому флоту надо одолеть адмирала Курбэ. А это будет непросто: согласно сообщениям нашего военно-морского атташе во Германии, в Сайгон направляются два броненосных корабля, те самые, кстати, что дали прибежище нашей беглянке-баронессе. Они существенно усилят дальневосточную эскадру французов. Впрочем… — он усмехнулся, — кому я это рассказываю? Вы наверняка узнали об этом раньше меня!
Юлдашев развёл руками.
— Всё-то вы преувеличиваете мои скромные возможности, Иван Алексеевич… Что до броненосцев — то мы, с вашей помощью, разумеется, готовим мсье Курбэ небольшой сюрприз. Уверен, он останется доволен.
* * *
Магелланов пролив
Селение Пунта-Аренас,
фактория пароходной компании
«Пасифик Стим».
На редкость неприветливое местечко этот Пунта-Аренас, подумал Греве, кутаясь в бушлат. В любое время года одно и то же — пронизывающий ледяной ветер со стороны Огненной земли, разве что зимой к нему добавляется снежные заряды. Вокруг, сколько хватает глаз, господствуют только три цвета: бледно-зелёный, цвет худосочной растительности, пятнающей то тут, то там, прибрежные скалы; тёмно-лиловый, цвет дождевых туч, наползающих с антарктического юга; ну и серый, цвет гранита, прибрежного песка, стылых свинцовых волн Магелланова пролива.