Игрушка по неволе 2 (СИ)

  
Игрушка по неволе 2
 
Лакс Айрин
   
Пролог
 
Анжела
Спустя время после событий первой части книги "Игрушка поневоле"
Я беременна.
Срок крошечный.
Но мне не позволят оставить ребёнка в семье. Я не нужна мужчине, от которого забеременела. Отец не разрешает воспитывать ребёнка одной.
Ему не нужен позор в семье.
Поэтому меня вынужденно направляют на аборт.
Я стараюсь не думать. Иначе просто сойду с ума. Но разбитое сердце до сих пор ноет в груди. Тело напрягается, как будто отрицая возможность аборта.
На следующее утро я отправляюсь в клинику.
Машина паркуется на стоянке. Водитель и первый охранник остаются внутри. Второй охранник сопровождает меня к частной медицинской клинике.
Чем ближе я подхожу к зданию, тем сильнее моё желание убежать. Я глотаю слёзы, поправляя солнцезащитные очки, за которыми прячу покрасневшие глаза.
Придётся смириться с этим… Потом — как-то заново учиться жить и радоваться мелочам.
Охранник распахивает передо мной дверь, пропуская вперёд. Я захожу в просторный холл.
Внезапно между мной и охранником, идущим следом, врезаются массивные мужчины в чёрных костюмах. Один отсекает охранника, ловко скручивая его и прижимая к стене. Второй оттесняет меня в сторону.
Я собираюсь кричать, но мой рот накрывает жёсткая, горячая мужская ладонь. Крепкое, спортивное тело мужчины прижимается ко мне со спины.
— Не кричи, Ангелочек. Это всего лишь я.
На меня разом накатывает злость и радость. Я узнала этот голос, как и парфюм, в котором тону с головой, жадно вдыхая полными лёгкими. Одного вдоха мало, я жадно дышу, проклиная себя за слабость.
— Нужно поговорить, — низким голосом произносит Рустам, мягко прикасаясь губами к уху.
Его жаркие выдохи касаются моей щеки. Внезапно он целует меня в волосы, коротко и жадно дыша.
— А ты всё такая же красивая, — губы захватывают шею в плен горячего поцелуя. — И сладкая, — севшим голосом.
Он тянет меня в сторону. Я запоздало начинаю сопротивляться.
— Отпусти меня! Немедленно! Ты не имеешь никакого права лезть в мою жизнь!
Моя тирада — гневная, но короткая.
Рустам резко прижимает меня к стене, запирая в тесный капкан между прохладной поверхностью и своим горячим телом.
— Имею право. Если дело касается… моего ребёнка.
Он опускает ладонь на мой живот, обжигая жаром.
Тёмный взгляд Рустама горит опасным огнём, Анваров наклоняется ко мне, выдыхая почти по слогам:
— Решила избавиться от ребёнка? Нужно ставить в известность отца. В курсе?!
— Ты не отец! — выплёвываю я. — Ты…
Он легонько надавливает на мои губы пальцем, вынуждая меня замолчать.
— Хорошая сказка, Ангел, но расскажи кому-нибудь другому. Я видел твою медицинскую карту и все данные — тоже. Во время предполагаемого зачатия ты была со мной. Таблетки не сработали…
— Плевать! Это только моё дело! Ты же… отдал меня отцу! Отказался. Сказал, что сыт моими услугами по горло. Это теперь МОЯ жизнь. Только моя.
— Ты принадлежишь мне. Забыла? Я хозяин своего слова: дал и забрал. Ты не будешь делать аборт. Я так хочу!
Извернувшись, я приподнимаюсь и кусаю его за шею, до крови. Выплёскиваю в укусе всю злость и ярость на этого мужчину.
Какого чёрта Анваров решил снова ворваться в мою жизнь ураганом?! Снова диктует свои правила.
Как будто правит всем миром…
Сжимаю зубы как можно крепче. Металлический привкус крови разливается на языке. Я смакую его, наслаждаясь тем, что Рустаму тоже больно. Хотя бы немного. Как мне.
Рустам удивлённо стонет, но лишь крепче вжимает меня в стену.
— У тебя крохотные зубки. Нужно кусаться сильнее, если хочешь сделать мне больно…
Анваров крепко сжимает меня, почти до боли, выкручивая жаркими прикосновениями мои нервы и эмоции в жаркий, тугой, болезненный узел. Его не получится разрубить одним махом.
Приходится разжать зубы, иначе я задохнусь в тисках сильных рук Анварова.
Он мягко, нежно придерживает меня одной рукой за плечо. Стирает кровь с моей нижней губы, ухмыляясь самодовольно:
— После разлуки ты стала ещё более горячей штучкой. Я в тебе не ошибся, Ангелочек…
Наклоняется, легко целуя.
— Будем считать, что ты тоже думала обо мне в постели. В ней без тебя чертовски скучно.
— Думала. Проклинала… Радовалась, что избавилась от тебя! — говорю со слезами в голосе.
— Ты так и не научилась нормально врать, малышка. В покере ты бы сразу продула, — заключает с низким, грудным, бархатистым смехом.
Он взбудоражен и улыбается так широко и счастливо, что больно на него смотреть. Я соскучилась по нему, но никогда не признаюсь об этом вслух.
— Оставь меня…
— Речь идёт не только о тебе, — напоминает Рустам. — Мой ребёнок будет жить. Я забираю своего ребёнка. Вместе с ним придётся забрать и тебя.
Он снова делает это. Присваивает словно вещь.
— Ты забыл кое о ком. Ты забыл о моём отце. О моём Настоящем Отце, которого не так просто запугать.
— Я не забыл. Но на этот раз я хорошо подготовился. Ты будешь моей. Вопреки всему…
  
Глава 1
 
Анжела
Тихонов привозит меня в роскошный особняк и помогает подняться. Он не отпускает мою руку ни на секунду.
Я словно во сне. Ничего не понимаю, едва передвигаю ногами и не верю в происходящее.
Пусть это будет лишь сном. Кошмарным сном. Пожалуйста…
— Есть момент, который я хотел бы с тобой обсудить. Анжела, я хочу поговорить о твоём брате.
Слова мужчины звучат как гром среди ясного неба.
— О каком брате вы говорите?!
Я выворачиваю лицо в сторону Тихонова, пытаясь понять, с какими эмоциями он об этом говорит. Он распахивает дверь, ведущую внутрь большой, просторной залы.
— Об этом… брате.
Тихонов подталкивает меня внутрь роскошной гостиной. Я уже вижу… молодого мужчину, которого Тихонов называет моим братом.
Нет! О боже… Нет! Только не это!
На длинном, кожаном диване бежевого цвета сидит Владислав. Он нервно проводит ладонью по взъерошенным волосам, улыбаясь грустно.
— Привет. Сестрёнка…
Я едва не падаю. Непременно упала, если бы Тихонов не подхватил.
— Влад, помоги Анжеле сесть! — командует он, а сам отходит в сторону, отдавая распоряжение подать нам чай.
Владислав поднимается и делает несколько шагов в мою сторону.
Я рада его видеть. Очень рада. На его лице тут и там виднеются заживающие синяки, желтоватого цвета. От их вида моё горло стягивает колючей проволокой.
Что же Рустам с ним сделал? Он не шутил, перечисляя те побои, которые нанесёт Владу. За то, что тот осмелился пожелать меня.
Но сейчас моя жизнь встала с ног на голову. Она… перевернулась за считанные часы. На меня навалилось столько всего, что я боюсь сойти с ума.
Влад тянет меня на себя, медленно и осторожно. Он помогает мне сесть.
— Тихонов — мой отец, — говорит с грустью.
— Как?! Но как же так?
Горло першит от слёз. Я даже не могу связать двух слов. Не получается!
— Ну, можешь поплакать у меня на плече, — вздыхает Влад, обнимая меня.
Его объятия крепкие, крепче, чем необходимо. Пальцы скользят по моим заплаканным щекам, снимая слёзы. Он нежно целует меня в скулу.
— Влад! — рыкает Тихонов. — Не забывай, что у вас с Анжелой один отец. Я.
Это отрезвляет парня. Он не разжимает объятий, но уменьшает напор.
Я слышу, как гулко бьётся его сердце. Но будто через раз, сбиваясь с привычного ритма, пропуская удары.
— Не плачь, Лика. Мы тебе всё объясним.
— Ты-ы-ы-ы знал?
— Нет, милая, — горько шепчет Владислав. — Я не общался с отцом. Сторонился его. Но ради того, чтобы вытащить тебя, обратился к нему за помощью. Чтобы вытащить тебя из лап того мудака, я переступил через себя. Отец, едва взглянув на твоё фото, изменился в лице, начал спрашивать подробности — дату рождения, имена родителей… Потом он убил меня словами. Просто сразил наповал, сказав, что ты — моя младшая сестрёнка. Но от другой женщины.