Призраки мертвого города (СИ)
На сей раз сбежать он нам не позволил.
Две рухнувшие с верхотуры когтистые лапы цапнули нас с Мараджелой. Не разорвали, а именно аккуратно поймали в стальной капкан сомкнувшихся вокруг наших тел пальцев чудовища.
Элитник-зомби поднял нас до уровня своих закатившихся мертвых глаз. И неожиданно заговорил вполне понятным человеческим голосом, с гнусавым акцентом:
– И это все, на что способен твой Рихтовщик?.. Я разочарован!
Я проснулся в холодном поту. За узким окном-бойницей серел хмурый осенний рассвет.
– Млять! Че это, нахрен, было?! – прошипел я в умиротворяющую тишину уютной комнаты, встряхнулся, прогоняя осадок дурного сна, и побрел в душ.
Глава 2
Глава 2, в которой забираю, сбываю и приобретаю
Никем не остановленный я вышел из дома Ртути на совершенно пустынную в рассветном сумраке улицу.
Зевающие на крыльце охранники в дождевиках мое пожелание доброго утра восприняли, как издевку. И лишь криво хмыкнули в ответ. Парней можно было понять. Осеннее утро не радовало теплом. Дул пробирающий до костей ледяной ветер, и моросил противный колючий дождь.
Я в очередной раз невольно порадовался подарку Ртути. Без презентованного хозяином Вешалки плаща, в одной спецовке под дождем я б через минуту вымок до нитки и превратился бы в стучащего зубами бича.
Добротный прорезиненный плащ с капюшоном спасал же не только от дождя, но и от яростных порывов ветра. И, благодаря ему, отвратительная погода ничуть не замедлила утреннюю прогулку по пустым улицам, а напротив даже подстегнула ускориться.
Примерно через четверть часа быстрого шага я уже колотил в дверь похожего на сарай домика Чичи. Справедливо рассудив, что в такую погоду стук в ворота спящий хозяин вряд ли услышит, я просто срезал восстановившейся Шпорой дужку навесного замка, и через вскрытую калитку самостоятельно проник на территорию стоянки.
– По башке себе так постучи, придурка кусок! – раздался изнутри раздраженный заспанный голос.
Через несколько секунд дверь будки-сарайчика распахнулась, и мне в лоб уперся широченный ствол обреза.
– Ты кто такой, мля?! И какого хрена здесь делаешь?!
Я хотел откинуть капюшон, но был остановлен очередным гневным окриком:
– А ну стоять, сука! Руки по швам, млять! Не то башку снесу к хренам!
– Чича, успокойся, а, – зашипел я в ответ, чувствуя, что тоже начинаю закипать от такого нерадушного приема. – Я – Рихтовщик.
– Ну и нахрена ты приперся ни свет, ни заря, Рихтовщик?! – хмыкнул Чича, продолжая подпирать мой лоб здоровенной волыной.
С трудом подавив желание грязно выматериться в ответ, объяснил цель раннего визита:
– Пришел забрать свой фургон. Он где-то тут у тебя на стоянке должен быть.
– Должен быть, – передразнил Чича и вдруг напрягся: – Погодь-ка! А через ворота как прошел? Ну, сука, ежели че с замком учудил!..
– Да калитка у тебя нараспашку была, вот я и вошел, – соврал я. – Не веришь, сам посмотри.
Дешевый трюк, но с такими чудаками на букву «м», как Чича, он всегда срабатывает.
Хозяин стоянки невольно подался вперед, выглядывая в открытую дверь. Рука с обрезом при этом непроизвольно чуть сместилась в сторону. Я подался в противоположную, одновременно ударом по стволу, смещая его еще дальше. От громыхнувшего тут же выстрела я оглох на левое ухо, но тяжелая пуля, к счастью, меня не задев, просвистела в миллиметрах над виском.
Отскочивший назад Чича попытался передернуть затвор, но не успел. Мой кулак оказался быстрее. Рванув за ним следом, я от души приложил нервного хозяина стоянки правым хуком и, вырвав из ослабевших пальцев обрез, отшвырнул в сторону.
Пошевелив челюстью и сплюнув на пол кровь, Чича затравленно глянул на меня и проворчал:
– Сука ты Рихтовщик. Замок сломал, ворвался, разбудил, да еще и по лицу заехал.
– Ну извини, что не дел тебе себя пристрелить, – хмыкнул я.
Секунд пять Чича буравил меня тяжелым взглядом, потом вдруг расплылся в щербатой лыбе и захохотал. Его искренний смех оказался столь заразительным, что практически сразу же я к нему присоединился.
Взаимное веселье разрядило напряжение.
Отсмеявшись, Чича пожал мне руку и предложил с ним позавтракать. Поскольку завтрак у странного типа состоял из полдюжины банок пива и миски соленых галет, я с радостью согласился.
– Млять! Братан, да ты у меня одного пива выжрал споранов на пять!
– Не гони, оно дешевое. Вся эта батарея на столе и спорана не стоит!.. К тому же, ты сам предложил! Типа угощаешь!
– А сломанный замок?!
– За него уже пять споранов накинули!
– Когда? Не помню такого!
– Короче, задрал ты уже по кругу гонять!.. Моя последняя цена – тринадцать споранов за все!
Мы торговались уже минут двадцать. Предметом яростного торга была, разумеется, оплата двухдневного простоя моей тачки на чичиной стоянке. Крохобор Чича начал с тридцати споранов, объяснив безобразно завышенную ставку аренды: размещением моего фургона на самом лучшем и, соответственно, дорогом месте… Пятнадцать споранов за сутки простоя! Да мы со Слезой в Малине за гостиничный люкс всего десять в сутки платили. Разумеется, я стал сбивать нагло задранную до небес цену.
Конечно и четыре спорана в сутки, для стоящего под открытым небом фургона было дороговато. Но наличие в салоне тачки отобранных у муров калашей и амуниции, с набитыми трофеями карманами, худо-бедно примирило меня с неизбежностью этой вполне приемлемой переплаты. Так же пришлось согласиться на грабительские пять споранов за разрезанный замок. Вот и набежали озвученные тринадцать споранов.
К счастью, Чича даже не подозревал о ценном грузе фургона, иначе задрал бы цену на порядок выше.
– Всего тринадцать? – скривился крохобор, хотя по забегавшим глазкам стало понятно, что он рассчитывал на меньшее и, поломавшись для виду, по любому согласится.
– Так! Меня это достало!.. Где, говоришь, у тебя тут рация?
– А это еще зачем?
– Сейчас со Скальпелем свяжусь, и узнаю, нахрена он на таких грабительских условиях загнал фургон на твою стоянку?
– Не горячись, Рихтовщик, – тут же врубил заднюю Чича. – Зачем важного человека от дел отвлекать. Тринадцать – так тринадцать. Конечно, так занижать честную арендную плату – это грабеж. И я соглашаюсь себе в убыток. Но чего не сделаешь ради дружбы с хорошим человеком.
Я тут же выписал чек на тринадцать споранов. И через пять минут благополучно выехал со стоянки на своем фургоне.
От Чичи я направился прямиком к дому-складу Крыса.
Припарковав авто рядом со стальными воротами, я перебрался с водительского места в салон фургона и переоделся, сменив синие спецовку и брюки, на добытый из рюкзака комплект нового камуфляжа. Поверх утепленной осенней куртки закрепил подмышечную кобуру со стечкиным. И вместо плаща, на куртку накинул разгрузку, маленькие кармашки которой по-прежнему оттопыривались под тяжестью заныканных там трофеев.
Рюкзаки с трофейными фляжками и автоматными рожками оставил в фургоне – стратегические запасы воды, живца и патронов самому пригодятся. А вот девять трофейных калашей прихватил с собой, и нацепив их ремни на шею, как новогодняя елка, выбрался-таки из фургона.
Несмотря на ранний час, калитка в воротах оказалась не заперта. Перешагнув высокий порог, я аккуратно прикрыл за собой дверь, и по знакомому коридору зашагал мимо рядов стеллажей вглубь склада.
– О, Рихтовщик! Здорово, бродяга! – приветствовал меня неожиданно вдруг выруливший откуда-то сбоку Крыс.
Я пожал протянутую пухлую ладонь.
– Давненько чего-то, брат, не захаживал.
– Да че-то закрутился…
– Слышал в гору дела твои пошли… Ого, тридцать шестой уровень. Лихо однако! Вижу не врала о тебе молва-то.
– Ну, просто повезло пару раз.
– Пару раз? – хмыкнул Крыс. – И это говорит мне парень, который всего за месяц достиг тридцать шестого уровня! Да ты гребаная живая легенда, Рихтовщик!