Единственный конец злодейки — смерть. Том 4

В его словах был смысл. Хоть у нас и была волшебная карта, способная переместить нас куда угодно, бессмысленно плутать на просторах пустыни, словно в поисках иголки.
Я искоса посмотрела на Каллисто, так неожиданно пришедшего мне на помощь. И тогда вдруг перед глазами засветилось.
Система
Чтобы использовать древнюю магическую карту, укажите на карте локацию, куда вы хотите переместиться, и произнесите заклинание.
(Заклинание: «Ялла пулла артино».)
И почему, черт возьми, слова такие странные?
Я посмотрела на очередное причудливое заклинание и нахмурилась.
— Ты и в этот раз знаешь заклинание? Тогда пойдем, — буднично проговорил кронпринц, по-прежнему указывая на карту. Меня снова осенило.
— Вы пойдете со мной?
— Ну, я пришел сюда из-за кое-кого. Мне стоит уйти, раз, кроме отрубания щупальцев осьминога, я ни на что не гожусь? — спросил он, сверкая глазами.
— Вам нужно вернуться. От вас же зависит подавление мятежа…
— Если в этой стране я один могу сдержать мятежников, то пусть она будет уничтожена к чертям.
— Ваше Высочество…
— Для меня вот это важнее. И разве мне нужно твое разрешение, чтобы отправиться на острова Аркина? — высокомерно сказал Каллисто, по-прежнему хмурясь. Конечно, он был прав. С какой бы целью кронпринц ни направлялся туда, как я могла ему препятствовать?
— Ты не хочешь, чтобы я пошел с тобой? — быстро добавил Каллисто. Я была уверена в своих выводах, поэтому молчала, однако он вдруг огрызнулся: — Тогда иди одна. Но у меня же есть копия карты.
Я подняла на него глаза. Лицо кронпринца было переполнено беспокойством, словно у ребенка, который не хочет, чтобы его бросили.
— Вы же не знаете заклинания, Ваше Высочество.
— Черт, — тихо выругался он, резко проведя рукой по волосам, когда я спокойно указала на его ошибку. И тогда…
— Возьми меня с собой.
Его твердый тон совершенно не походил на просительный, хотя он просил об одолжении. Однако кончики ушей вспыхнули красным в цвет рубина, воткнутого в одну мочку.
— Тебе смешно?
Его глаза вновь сверкнули. Я спрятала улыбку, взяла Каллисто за руку и с нарочито серьезным видом выкрикнула причудливое заклинание.
— Ялла пулла артино!
Система
Использовать древнюю магическую карту, чтобы переместиться в выбранную область?
Да/Нет.
Я без колебаний нажала на «Да», и перед глазами побелело.
Когда я снова открыла глаза, мы стояли посреди раскаленной на солнце пустыни.
В лицо ударил очень горячий ветер, словно мы были заперты в пароварке. Я нахмурилась и посмотрела вперед.
— Это…
Сквозь дымку, поднимавшуюся над очертанием дальних песчаных дюн, слабо виднелось здание. Слова кронпринца оказались правдой. Я успокоилась, подумав, что мы будем проходить через лишние трудности, как вдруг на голову что-то опустилось.
— Ой…
— Солнце жарит.
Пока я недоумевала, кронпринц молча обернул что-то вокруг моей головы. Это была его красная мантия. Красивое лицо Каллисто осталось полностью открыто для устрашающего, палящего солнца.
— А вы, Ваше Высочество? — в нерешительности спросила я. Тогда кронпринц, фыркнув, усмехнулся и ответил:
— Я всегда знал, что тебе нужно думать в первую очередь о себе.
— Но…
— Не думаю, что ты когда-нибудь была в подобной пустыне во время войны.
Здание, выстроенное посредине песков, было не так уж далеко, но на сердце все равно было тяжело. Я чувствовала себя странно оттого, что он заботился обо мне в первую очередь. Если бы я могла предположить такое, то взяла бы с собой мантию.
Пока я расстраивалась из-за своей непредусмотрительности, кронпринц потянул меня за собой.
— Ну, пойдем. День в пустыне короткий.
Так началось наше путешествие.
Мы поднялись на вершину последней песчаной дюны прямо перед храмом. И когда оставалось совсем чуть-чуть, силы меня покинули.
— Ой, ой… подождите.
 
Опершись о колени, я тяжело дышала. Глупо было так себя вести, когда цель оказалась уже перед носом, но мне нужно было отдышаться, и я ничего не видела перед собой.
Каллисто не подгонял меня и молча ждал. Вскоре успокоив и восстановив дыхание, я спросила наконец то, что хотела узнать с момента встречи:
— Почему вы не спрашиваете?
— О чем?
— Ну так… обо всем.
Я думала, кронпринц с его характером непременно будет меня допрашивать: почему я выпила яд, зачем приехала сюда, в каких я отношениях с маркизом…
Но его рубиново-красные глаза явно не искали ответов, и я опустила взгляд на песчаную равнину.
— Если вы были в столице, то, наверное, слышали обо мне.
— А-а. Ты о том, что приемная дочь герцога избила его родную дочь и сбежала из дома?
— Ч-что вы сказали?
— Младший герцог ищет тебя повсюду.
От его слов я непроизвольно нахмурилась. Гадкий мерзавец! Чего ты хочешь от меня после всего этого унижения?
Я вздрогнула.
— Не волнуйся и делай что хочешь. Хочешь ловить чудищ — лови, хочешь убить Лейлу — убей.
Я не отвечала.
— Только позволь быть рядом с тобой, — сказал кронпринц. Я замерла и подняла на него глаза.
— Я не знаю, почему вы, Ваше Высочество, так говорите.
Даже в яркий полдень красная шкала симпатии интенсивно светилась.
Я думала, что разобралась во всех нюансах его чувств в день церемонии совершеннолетия. Сложный режим закончен, и теперь осталась лишь сюжетная линия героини обычного режима, зачем же он…
— Мне не нужно знать.
Лицо кронпринца исказилось.
— Тебе… не нужно знать? Разве для тебя это теперь не имеет значения? Для тебя, в одиночку, без чьей-либо помощи, сбежавшей в итоге из герцогского дома?
Не знаю как, но он догадался.
Какое-то время я считала, что один из целевых персонажей спасет меня, а уровень симпатии был для меня индексом вероятности побега. Но поезд ушел. Теперь, когда у меня не осталось ни цели, ни причины, чтобы жить дальше, важным для меня было…
«А что для меня теперь важно?» — внезапно посетила меня мысль, и тут…
— Важно вот это: то, что ты собираешься сделать, собираюсь сделать и я, — отчетливо произнес Каллисто.
— А что, по-вашему, я собираюсь сделать?
— Неважно. Может, воскресить всех мертвых последователей Лейлы и завоевать мир? — уточнил он насмешливо.
Я по-прежнему непонимающе на него смотрела.
— Вы же кронпринц.
По этой неоспоримой причине я отвергла его предложение и считала, что мы не можем быть вместе.
— Вы же говорили, что будущий император должен быть безупречен.
— Я и сам не знаю, — легко ответил он, пожав плечами. — Можно же и перестать быть кронпринцем. Будет неплохо, если ты захватишь империю и станешь императрицей.
— Не шутите так…
— Я могу просто остаться с тобой? — спросил он, перебив меня. Его лицо было тревожно, как недавно на корабле. В его всегда полном уверенности взгляде внезапно появилось отчаяние.
«Каллисто не промыли мозги», — убедилась я про себя и медленно кивнула. Это стало моим разрешением.
И только тогда мужчина снова обрел спокойствие и улыбнулся. Мое сердце, которое я считала мертвым, снова ожило и забилось.
Наконец мы подошли к гигантскому зданию.
— Это храм?
«Храм» было слишком громким словом: квадратное темно-серое здание без единого окна скорее походило на бетонную тюрьму.
— Они так его называют, — ответил кронпринц, пожав плечами. — Пойдем внутрь.
Он поднялся на высокую лестницу и протянул мне руку. Позади него была проделана прямоугольная дыра — вход. Взглянув в темный проем, где даже двери не было, я поежилась.
Немного поколебавшись, я взяла кронпринца за руку. Он легко подтянул меня к себе, и мы вошли в храм.