Единственный конец злодейки — смерть. Том 4

— Ой!
Маленькие плечики вздрогнули, и ребенок расплакался. Это был зомбированный Лео, который привел своих друзей на верную смерть из-за промывки мозгов. Он единственный, в отличие от других заложников, не был связан, стоял в углу и горько плакал. Звук его рыданий был приятен слуху.
Если подумать, в прошлом на его месте был Винтер Берданди…
В итоге он сошел с ума после того, как собственными руками принес в жертву Лейле других волшебников и детей, которых оберегал. В этот раз она не сможет увидеть замечательную сцену.
— Ивонна!
Кто-то быстро шел по просторному залу.
— Иди скорее. Я ждала тебя, — радостно поприветствовала Ивонна того, кого вместо кронпринца выбрала на роль союзника во время гибели империи.
Иклис что-то молча протянул ей. Синие глаза Ивонны на секунду расширились, а затем изогнулись в улыбке.
— Я знала, что ты справишься.
Теперь она собрала их все! Ивонна мило улыбнулась и положила в шкатулку последний осколок, протянутый Иклисом. Вдруг что-то бросилось ей в глаза.
— Это…
— Не смотри с такой жадностью.
Иклис покосился на то, что держал в руке, и спрятал за спину. Это был зеркальный жезл Пенелопы. Он собирался бережно сохранить его и вернуть после того, как все закончится. Ивонна криво улыбнулась, глядя на жест Иклиса, однако не отвела тревожный взгляд.
— У меня есть осколок, с чего мне смотреть на вещи Пенелопы?
— Сделай, что обещала, Ивонна.
— Я, в отличие от Пенелопы, сдержала все обещания, которые дала тебе, Иклис.
Она поднялась. Показался роскошный золотой трон, украшенный обвившим его Золотым Драконом.
— Садись. Теперь это твое место.
— Я не об этом.
— А о чем?
— О заложниках.
Иклис повернулся и указал подбородком куда-то в зал, где связанные, на коленях стояли дети.
— Ты же знаешь, что значит не тронуть пальцем? То, что они останутся живы и что с головы ни одного из них не упадет и волос.
— Ты так стараешься, чтобы Пенелопа стала тебе доверять?
— Отвечай. Я в любую минуту могу передумать и сдать тебя кронпринцу.
— Конечно, — широко улыбнувшись, тут же ответила Ивонна на хладнокровное предупреждение Иклиса. В прошлом ей непременно нужны были волшебники. Их жизни, наполненные магической силой, были изобильной пищей для последователей Лейлы.
Но…
— На этот раз они и правда мне не нужны, — пробормотала Ивонна, глядя куда-то далеко в пустоту.
Люди Лейлы, оживленные принесенными в жертву волшебниками, были высокомерными и эгоцентричными. В мире, из которого исчезли их враги, древние волшебники, они без разбора убивали людей и вновь обретали силу. И тогда положение Ивонны постепенно становилось шатким. Один за другим появлялись те, кто хотел отнять у нее осколки Зеркала Истины, чтобы стать главными. Она пришла в отчаяние, когда поняла, что все вернулось к изначальной точке.
— Я с таким трудом этого добилась! Думала, что наконец смогу править этим миром вместе с братьями, но почему? Почему прямо у меня под носом?..
Впрочем, если подумать, дела были не так уж безнадежны. Тот, кто владеет клыком Золотого Дракона, может воспользоваться им лишь раз в жизни. Однако после ее возвращения тело и сила, убившие настоящую душу Ивонны, вернулись в то же состояние, в каком были в прошлом. Разве это не значит, что она сможет воспользоваться клыком Золотого Дракона еще раз?
Это шанс!
Почему жизнь становится бесконечным круговоротом веры и предательства? Желание отомстить людям, убившим семью и братьев, со временем постепенно потускнело. Преодолев череду испытаний, она наконец поняла. Она не мечтает о мире, где главенствуют люди Лейлы.
— Да, мне никто не нужен, — повторила Ивонна, словно клятву, глядя в пустоту.
Это должен быть мир, в котором она правит сама.
— Принц! — Кто-то резко распахнул двери зала для аудиенций и вбежал. — Беда! Войска империи прорвались через западные ворота дворца и наступают! Скоро они будут во Дворце Солнца!
От слов солдата лицо Иклиса исказилось. С его губ тут же сорвался вопрос, не касавшийся обороны:
— Что с леди?
 
— Что?
— Я спрашиваю, что с леди Экхарт, запертой во дворце первой императрицы?
— Э-э, я еще не проверил дворец первой императрицы…
— Черт!
Не успел солдат окончить фразу, как Иклис резко повернулся и побежал. Притормозив около заложников, он передал волшебное зеркальце одному из дельманских воинов и процедил:
— Эй ты, охраняй это ценой жизни заложников. Не отдавай его никому. Даже леди Экхарт. Понял?
— Понял!
Эмили подслушивала разговор, притворяясь, что потеряла сознание. Иклис совершенно не доверял Ивонне и приставил к заложникам четверых своих подчиненных, а затем быстро покинул Дворец Солнца с остальными солдатами.
Пронесся и стих изрядный шум, и во дворце, заполненном вооруженными солдатами, стало пусто. В изменившейся обстановке маркиз Эллен, следивший за всем происходящим, еще раз подошел к Ивонне.
— Б-богиня, они нападают. Когда же вы проведете церемонию по превращению нас в людей Лейлы?..
Одиноко стоявшая Ивонна повернулась и посмотрела на совершенно пустой престол. На спинке императорского трона были сделаны специальные углубления. Если вставить туда императорскую печать с клыком дракона и повернуть, то трон отодвинется, и откроется вход в секретное пространство. Несколько тысяч лет это было секретом империи, а она случайно узнала о нем, когда пыталась понять, как использовать паз.
Ивонна оторвала взгляд от трона и наклонилась. Она подняла императорское сокровище, лежавшее рядом с отрубленной головой, и довольно улыбнулась.
— Вечеринка началась, дорогие гости.
— Психопатка, вечеринке твоей конец, — произнес Иклис.
Мы с кронпринцем наблюдали за происходящим из-за большой колонны, к которой нас вывел лабиринт. Глядя на меня, он с трудом сдерживал смех.
— Будет проще, чем я думал, леди.
Я вытаращила глаза и оглянулась на него.
— Проще? У нее по-прежнему много людей.
Конечно, я не знала, какого размера войско Иклис увел за собой, но осталось человек десять аристократов, включая маркиза Эллена и второго принца. Людей здесь было еще немало.
— Кучка слабаков! На самом деле нам надо расправиться лишь с теми четырьмя дельманцами.
— А как же второй принц? Разве он не владеет мечом?
— У этого подонка руки не из того места растут.
Как ни странно, от его вульгарного ответа на душе стало спокойно.
— Вот. Держи.
Он вынул что-то из-за пазухи.
Это был роскошный золотой кинжал. Тот самый, которым он предлагал мне перерезать ему шею в свой день рождения.
— Я выйду первым и разделаюсь с теми четырьмя, а ты освободи заложников.
Я вспомнила, что дети были накрепко связаны веревкой, и кивнула.
— А затем я добуду волшебное зеркальце, и ты грохнешь Лейлу. Как тебе мой план?
— Как ни странно, он кажется идеальным, несмотря на уязвимые места.
Это было правдой. План кронпринца, как ни смотри, был безрассудной авантюрой. Ведь он совершенно не учитывал внезапных препятствий со стороны Ивонны или маркиза Эллена. Но от его полного уверенности голоса на душе стало спокойно. Если подумать, Каллисто ни разу не нарушал своего слова. Я могла ему верить.
— Спасибо, что взяли меня с собой, — прошептала я тихим голосом. Я бы не справилась без него.
От моих слов он радостно улыбнулся.
— Я досчитаю до трех и выбегу.
— Я тоже подготовлюсь.
С решимостью на лице я крепко сжала в руке кинжал. Он взялся за ручку двери:
— Один, два…
Вместо счета три он нежно поцеловал меня. У меня перехватило дыхание, и я застыла, а он прошептал:
— Между прочим, мне очень интересно посмотреть, как моя невеста порвет ее в клочья.
Затем он без промедлений выбежал в тронный зал и тут же начал неистово размахивать мечом.