Сектор Андорра (ЛП)

Первоочередное генетическое отличие секторов — у клана Икс был иммунитет, в то время как пепельные волки заражались, превращаясь в смертоносные гибриды. Поэтому мы предприняли меры для защиты пепельных волчиц, спарившихся с альфами Андорры. Как и требовал Душан. Хотя мы бы итак их сберегли и в любом случае обезопасили.
— Я рад, что ты решил все вопросы, — я подразумевал проблемы с сывороткой. — Надеюсь, теперь мы сможем поговорить о новых торговых сделках.
— Поэтому я и позвонил, — протянул Душан. — Заодно хочу спросить, что за чертовщина творится в Зимнем секторе.
— Проклятый бардак, — хмыкнул я. На днях звонил мой отец и вкратце обрисовал ситуацию.
— До нас доходили слухи о революции, — сказал Душан, откинувшись на спинку стула и пробежавшись пальцами по волосам. — Кажется, у печально известной королевы повсюду шпионы.
— Когда было иначе? — спросил я.
Зимний сектор на полярном круге был пресловутым районом бет с одной женщиной-альфой во главе и тремя ее омегами. Она безжалостно отказывалась спариваться с ними, заставляя их конкурировать и бороться за ее внимание.
Мерзкая, жестокая женщина.
Многие ее ненавидели, в основном из-за ужасного отношения к ценным мужчинам-омегам, встречавшимся в нашем мире даже реже женщин-омег. Конечно, самки-альфы тоже были уникальны. Вот почему так называемая королева получила свой статус.
— Я поддерживаю Скандинавский сектор и надеюсь, что ее свергнут, — признался Душан. — Обязательно скажи об этом своему отцу.
— Ты можешь и сам ему сказать, раз уж вы с ним начали торговые отношения, — предложил я.
— Значит, ты уже в курсе, — усмехнулся альфа Теневого сектора.
— Как ты сам сказал, он мой отец, — тоже развеселился я. — Однажды ты перестанешь играть со мной в игры.
— Может, и перестану, — ухмыльнулся Душан, — но не скоро.
— Конечно, нет. Без них будет скучно, — выгнул я бровь. — Итак, расскажи, что ты хочешь выменять на этот раз.
Веселье на лице Душана сменилось серьезностью, и мы с головой ушли в обсуждение того, что хотели выменять пепельные волки. Я ничего не предлагал, лишь анализировал запросы, отмечая, что мне нравилось или не нравилось в каждом из них.
— Я вынесу все пункты на обсуждение совету и буду на связи, — кивнул я в конце.
— Хорошо, — вздохнул Душан, глядя на меня с намеком на уважение. — Вот что мне нравится в тебе, Кейн. Ты стремишься к дипломатии в мире, которым легко может править диктатор.
— Наглядный пример — Зимний сектор, — заметил я.
— Точно.
— Скоро свяжусь с тобой, — пообещал я, заметив движение на пороге.
По обыкновению не попрощавшись, Душан сбросил вызов как раз, когда в кабинет вошла моя пара, несшая на бедре нашего сына. Он ухватил ее рыжие волосы и потянул в своей излюбленной манере.
Яблочко от яблоньки недалеко падает.
Мне тоже нравилось тянуть Катриану за волосы, но немного в другом контексте.
Отросшие рыжие кудри Квима блестели на свету, и он осматривал кабинет золотистыми глазами, подергивая кончиком маленького носа. Вероятно, наш сын пытался что-нибудь разнюхать и выяснить, чей голос уловил своим обостренным слухом.
— У Душана все в порядке? — спросила Катриана, светясь от любви. Материнство было ей к лицу. Я не мог дождаться появления второго ребенка. Но также я знал, что она хотела подождать год или два.
Поэтому нам приходилось быть осторожными во время течек.
Что не сильно-то мне нравилось. И Катриане тоже.
— Андер? — окликнула она, понимающе мне улыбнувшись.
— Душан и его сектор в порядке, — ответил я. — Подозреваю, он нашел способ борьбы с зараженными, просто пока не оглашает его. Надеюсь, у пепельных волков все будет хорошо.
— Я тоже, — прошептала Катриана. — Я даже не догадывалась, что у них нет иммунитета.
— До меня доходили слухи, но сделка в прошлом году подтвердила подозрения, когда Душан попросил обезопасить омег, — повел я плечом. — Надеюсь, он расскажет нашим ученым все, что разведал, и мы сможем надежнее защитить его бывших волчиц.
— Да, я тоже надеюсь, — кивнула Катриана. Покусывая нижнюю губу, она еще секунду разглядывала меня. — Звонил Сэмюэл. Просил разрешения придти на ужин.
— Опять? — казалось, чертов альфа любил моего сына не меньше, чем я. Вероятно, он страдал чем-то наподобие чувства долга из-за того, что годами не помогал Катриане.
Она почти не переживала из-за истинного происхождения своей матери и никогда о нем не упоминала. Я не мог ее винить. Черт, я так и не простил Сэмюэла за то, что не рассказал о Катриане мне, альфе своего сектора. По его словам, он и сам не догадывался, пока тем вечером не собрались все альфы и омеги. Вот почему Сэмюэл поддержал мое требование об ухаживании. Я-то думал, что он заинтересовался омегой, но нет. Сэмюэл беспокоился за свою племянницу.
Что за дурацкий способ проявить заботу.
— Я знаю, что ты его недолюбливаешь, но он хорошо ладит с Квимом, — тихо сказала Катриана, поцеловав сына в макушку. Он радостно заворковал, наслаждаясь материнской лаской. — Правда, малыш? — спросила она его. — Тебе нравится дядюшка Сэмми?
— Очень надеюсь, что Квим так его и назовет, когда научится говорить, — ухмыльнулся я. Потому что Сэмюэл возненавидел бы это прозвище.
— О, назовет, — ответила Катриана. — Уж поверь.
— Я говорил тебе сегодня, как сильно тебя люблю?
— Хм, всего два раза, — она прислонилась к косяку. — И ты уже шесть часов не пытался завязать меня, поэтому вскоре мне потребуется что-нибудь убедительней слов.
— Да? — улыбнулся я и, поднявшись из-за стола, подошел к ней. — Как насчет того, чтобы я убедил тебя прямо сейчас?
— Не думаю, что твой сын обрадуется.
— Мы дадим ему бутылочку и уложим спать.
— Да, потому что в прошлый раз у нас все прекрасно получилось, — невозмутимо парировала Катриана.
Я зажал ее у двери и наклонился, чтобы поцеловать, к величайшему недовольству нашего сына. Он зарычал, чем вызвал у меня смех.
— Наш маленький альфа уже испытывает терпение своего отца, — щелкнув его по носу, я улыбнулся ему. — Удачи, маленький волк, — Квим попытался укусить меня за палец и снова зарычал. — Как защищает маму, — с гордостью сказал я. — Когда-нибудь из него получится отличный альфа.
— И я буду окружена тестостероном, — проворчала Катриана.
— Можно попробовать родить девочку, — предложил я.
— Даже не помышляй, — отрезала она, ткнув в меня пальцем. — Я совершенно не готова. И ты должен мне минимум год оргазмов.
— Всего лишь год? — расхохотался я.
— Я бы попросила десять лет, но мы оба знаем, что ты захочешь второго ребенка раньше.
— Чертовски верно, — согласился я, последовав за ней, прошедшей к нашей спальне. Я знал эту ее походку. Покачивание бедер. Чувствовал аромат. Катриана собиралась дать мне желаемое, если бы, конечно, наш малыш согласился поспать.
И лучше ему было согласиться.
Поскольку, как сказала моя пара, я задолжал ей год оргазмов.
Нет, я задолжал ей гораздо больше.
Столетия удовольствия. Каплю боли. И целый мир счастья.
Я с благоговением наблюдал, как Катриана укладывала нашего мальчика в гнездо в углу, и мое сердце переполнилось любовью к ним обоим.
Моя жизнь была полной.
Мой мир совершенен.
Вскоре Квим заснул под напевы Катрианы — вариант мурлыканья, успокаивавший нашего ребенка так же, как мое урчание успокаивало ее.
Но когда она повернулась ко мне, стало ясно, что покоя в ее планах не было.
— Отведи меня в постель, пара, — велела Катриана.
— Слишком похоже на приказ, омега, — улыбнулся я, ухватив ее за затылок. — И что же мне с тобой делать?
— Напомнить, кто мой альфа? — подсказала она, невинно глядя на меня.
— Мм, это я могу, — я наказал ее поцелуем и стянул с нее платье через голову. — Теперь иди в постель и раздвинь для меня ноги, — едва Катриана развернулась, как я схватил ее за талию и снова притянул к себе. — И знаешь что, Катриана?