Брага. Дилогия (СИ)

－ Я смотрю вперед и на право, у тебя левый сектор и тыл. － Распределил я номера и достал из ячейки палаш.
Минут тридцать мы крались по буеракам, пока не выбрались к каменистым холмам, где виднелись следы свежесрубленного кустарника.
－ Смотри, местные вырубают акацию. Наверно рядом село или хутор. Давай туда сходим посмотрим.
－ Согласно состоянию моей прически, мы прошли рядом с центром аномалии и теперь отдаляемся. － Не поддержала мое предложения Ло. － Надо вернутся назад и взять слегка влево.
－ А я предлагаю сходить и поднять репутацию с местными домохозяйками. Они тогда нам сами все расскажут и покажут.
－ Ну ты и кабель. － Ответила та, кто является моей девушкой три дня в неделю, и только по предоплате.
Развернувшись, мы отправились обратно.
До нужного места добрались только через час. В центре высохшего леса находился холм, на вершине которого виднелись развалины колодца. В одной из шести ячеек быстрого доступа у меня хранился моток длиной веревки в двадцать отрезов. После того, как я ее достал, запас маны сократился практически до нуля. Крепить было не к чему и я, обмотав канат вокруг остатков сооружения, просунул её в одну из трещин.
Оставшейся длины почти хватило. Оставив Ларису стеречь вещи, я осторожно спустился вниз. Одним из редких навыков, которыми меня наделили кураторы, было “Ночное зрение”. Видеть в абсолютной темноте оно хоть и не позволяло, но при наличии слабых источников света, рассмотреть можно было гораздо больше, чем обычными глазами.
Место, куда я попал, однозначно было катакомбами. Не знаю, что за камень здесь вырезали, но делали это очень аккуратно. Подойдя к стене, провел по ней рукой.
－ “Да это бетон!” － опознал я знакомую поверхность. － “Это-же бомбоубежище или бункер.”
Оглянулся. Из зала уходило три коридора. Похоже, здесь была развилка с выходом или вентиляционной шахтой. Коридоры просматривались метров на сто вперед, а дальше света не хватало. Сделать факел или масляную лампу я не догадался, поэтому решил пока обыскать ближайшие стены и пол.
Внезапно, сзади послышался шорох. Обнажив палаш, я выставил его перед собой и прижался спиной к стене. Источником звука оказалась моя веревка, которая очень быстро поднималась вверх. Оттолкнувшись от стены, я попытался поймать удаляющийся конец, но даже подпрыгнув, не смог его ухватить.
Отбежав от люка, чтоб не попасть под стрелу, я открыл отрядный чат. Иконка единственного члена группы покрылась темно красным цветом, а напротив нее появилась надпись.
Принесена в жертву Мертвому Лесу игроком расы ледра. 
Время до воскрешения 7 часов 59 минут 35..34..33. 
Активирован боевой режим ... 
Дальше шло перечисление последствий этого самого режима и время до деактивации.
На почту упало письмо от Ларисы.
Лира- Это Паучиха. Она меня чем-то по голове стукнула и она была ГОЛАЯ!!!!:((( 
－ “Что здесь нах происходит. Мертвая Ло, голая Мери.” － Я стоял, прижавшись спиной к стене и силился понять смысл происходящего. Наконец, откинув лишние мысли, попытался сконцентрироваться на самом важном.
－ “Так, во-первых, я заперт в каменном мешке. Чтобы покинуть его, необходимо будет как-то погибнуть, а учитывая, что уровень боли здесь сто процентов, процедура предстоит крайне неприятная. Еще можно попробовать найти другой вход или убедить Паучиху сбросить веревку. Хоть это и маловероятно, но все-таки шанс. Третий вариант, это дождаться окончания боевого режима и выйти в реал. Через восемь часов появится кнопка “Выход” и больше я в эту игру не ногой. По крайней мере, пока не прибудет тяжелая кавалерия. А что, если связаться с Тобольским и описать ситуацию, ему ведь нужна была Мерини, вот пусть и забирает ее вместе со мной. С Ларисы ей по любому выпал браслет друля, а значит, я свою миссию успешно выполнил.”
－ Эй ты! Зачем ты за мной следил? － Раздался голос сверху. － Я не уйду, пока ты все не расскажешь. Жажда, голод и голодные крысы не самые приятные ощущения, когда находишься в “четверке”.
 
Свесившись со статусом, я к своему ужасу обнаружил, что нахожусь в "Условно непроходимой зоне", где уровень болевых ощущений от 120% и выше.
－ Марине Маядж, тебя разыскивает СБ ХДК, и меня попросили организовать переговоры. － Крикнул я в верх, и мои слова эхом понеслись по подземелью.
СБ ХДК - Служба безопасности Хроникс Дрим Компани 
  
17. Марине. Жрец и духи.
 
Стоя на каменном выступе, я смотрела на целое поле эспено и молча ругала себя за несдержанность.
－ “Вот кто меня тянул за язык. Ну осталось у меня меньше сотни стрел и что с того. Когда вернулись домой, нарезали бы новых.”
－ Ну, что скажешь. － Кип явно был собой доволен. － Я пока поставлю палатки, а ты начинай рубить.
－ “Боже, ну откуда он взялся на мою голову. И ведь не поспоришь. Каждый стебель стоит половину бронзовой марки, а ведь их надо еще собрать, ошкурить, высушить и связать в пучки.”
В местных лесах, самые лучшие стрелы получаются из веток кустарника эспено. Растет эта гадость на сланцевых склонах и ценится за высокую прочность, стойкость к влаге и повышенный вес. Кип говорит, что это из-за того, что растет оно в бедной на влагу почве, в древесине высокое содержание минералов.
－ “С другой стороны он прав. Кустарник здесь действительно хорош, а главное, пока еще никем не тронут. В тех местах, где я раньше охотилась, эти кусты успевали вырасти максимум на полтора метра, прежде чем их срезали на стрелы, а здесь огромное поле трехметровых красавцев. Никак не могу понять, как Кип умудряется находить такие места. Вчера пол дня собирали черный гриб, до этого нашли огромный панцирь шипастой черепахи и спиливали с нее рога для моего нового лука. Ох, не договаривает он мне что-то.”
Достав из ячейки своё новое мачете, которое я купила вместо потерянного ножа, принялась аккуратно рубить стебли и складывать в небольшие пучки.
С того дня, как мы с Кипом заключили договор, и я показала ему свои характеристики, прошло уже шесть дней. Я сперва ужасно переживала, что открылась, но к счастью, Кигил оказался человеком слова. Вообще то, его зовут немного по-другому, но настоящие его имя я не выговариваю и поэтому называю Кигилом. Есть у моего народа похожее имя. Он сказал, что если мы скажем друг другу свои настоящие имена, и будем ими постоянно пользоваться, то системе придется поднять, между нами, репутацию. Кип предложил звать меня Марина, но я отказалась и предложила сократить до Марин. Не знаю, чем ему не понравился мой вариант, но он ничего не ответил, а просто стал называть меня Мари.
Он вообще очень много знает о системе. В первый-же день заставил купить собственную серверную коробку в нейтральном хабе, точнее, сам купил и повесил на меня еще шестьдесят юаней долга. Кип потребовал перенести на этот сервер всю мою личностную матрицу и лично контролировал процесс переноса. Потом сам сделал все настройки и подключил дополнительное что-то-там. Невероятно, но, когда я утром проснулась, на счетчике оцифровки было уже 88%, а времени до окончания значилось всего чуть больше трехсот часов.
На следующий день, он посоветовал мне подробно вспомнить всю свою жизнь, включая имена соседей и клички собак, а вечером убедил лечь пораньше спать и дать мозгу не меньше 10 часов покоя. Утром процент оцифровки подскочил еще на пять пунктов, а время до ее окончания сократилось на сто часов.
 
Сейчас мой статус показывал:
Статус оцифровки - 97% 
Времени до окончания осталось 49 часов. 
97 процентов означает, что если с моим реальным телом внезапно что-то случится, то это уже будет не важно. Нижний порог стабильного зависания пройден еще три дня назад и теперь осталось подождать два дня, и капсулу, в которой я лежу, можно отключить, а тело, в котором уже запущена процедура нейроной эвтаназии, чтобы ускорить процесс переноса памяти и соблюсти протокол закона о запрете на двойную личность, можно будет выкинуть в озеро или вывести в лес. Когда меня найдут и опознают по ДНК, мой розыск будет прекращен, и я смогу официально оформить себе электронное гражданство в Сингапуре, Китае или, как Кигил, в Агломерации Большого Барьерного Рифа.