Холпек (СИ)

— Ох и дебил, ох и бездарь. Когда в твоей тупой башке хоть что-то шевелиться начнёт?
— Так это и голова-то не моя, а урода какого-то. Расскажешь, зачем это всё? И почему меня запихали в этот мешок с костями, а главное, почему ты в теле какого-то карлика с мордой обглоданного барсука?
— Начнём по порядку. Это не карлик, как ты выразился, а представитель гордого народа кобольдов. В этом мире их очень много. На самом деле, изначально только они тут и жили, пока, на их беду, сперва не появились вселенские путешественники, а затем и колонизаторы. А как ты знаешь, когда приходят алчные до денег и ресурсов разумные, всё идёт по одному женскому органу. Углубляться в историю не буду, слишком мало времени, скажу лишь, что в большинстве своём кобольды не любят других жителей этого мира. Так что будь с ними поосторожнее. Ближе к поверхности их, конечно, практически не встретишь, максимум полукровок, но в недрах пощады от этих мелких шахтёров не жди. Поехали дальше. В этом обличии я потому, что в этот мир довольно сложно попасть инкогнито, вернее, попасть сюда очень легко, а вот выбраться потом практически нереально. Так что мне приходится пользоваться аватаром. Старый шаман Гироха совсем не против, что я позаимствовал его тело. Когда мой дух покинет эту тушку, он станет только сильнее.
— Шахтёров? Что ты имеешь в виду? Я что, попал на каторгу горнодобывающего мира? И что, бл…ть, значит «практически нереально выбраться»? Хочешь сказать, что моя задница, хотя она и не моя, застряла тут надолго?
— Именно так и есть. Что это за мир и как его покинуть, я тебе рассказывать не буду, сам узнаешь, не хватало ещё тратить ресурсы на такие мелочи.
— Ни хрена себе мелочи! Если я правильно понимаю выражение «практически нереально», в большинстве случаев это означает «никак» или «невозможно». Или, может, я что-то понимаю не так? Ну-ка, просвети меня, старый пердун. Нет, старый, горбатый, никчёмный, квазимордный пердун.
— Ты хоть понимаешь, что я могу тебя сильно наказать за такое неуважение? Ладно, спишем всё на то, что у тебя стресс после услышанного.
— Ты не в курсе, что я сутки жил без одежды, крова, еды на тридцатиградусном морозе? Ещё огромный медведь оторвал мне ногу, собирался поужинать моими бубенцами, пока я ещё был жив, и почти отправил к праотцам. В курсе, да?
— Хе-хе-хе, это я немного притормозил Анхеля и Анвеля, хотелось посмотреть, как ты будешь выпутываться из этой ситуации без оружия. Как оказалось, ты ещё щенок беспомощный.
— Да? Если ты такой умный, поясни, как можно было выйти победителем без гама?
— Да бездарь ты, и этим всё сказано. Как увидел огромного голодного мишку, сразу наложил в штаны и забыл все те вещи, которым тебя учили. Ты имел приличный запас энергии. Что мешало усилить одну руку, затем ускориться и пробить этот мешок с жиром и мясом насквозь? А помниться, ты такой трюк уже проворачивал! Там, конечно, был удушенный, но какая, к чёрту, разница? Те же кости, мышцы, внутренние органы, разве что у косолапого шкура потолще. Вот скажи, что тебе мешало поступить так и в этот раз?
— М-м-м… а-а-а… А знаешь… нет не то, хотя знаешь… нет не прокатит. И всё-таки ты, сцука, прав, мог бы и догадаться. Похоже, лютый мороз под тридцать градусов и шквальный ветер со льдом выбили меня из колеи.
— Под пятьдесят.
— Что, прости? Не понял…
— На поверхности планеты от минус тридцати до минус ста двадцати пяти градусов. Та местность, в которой ты очутился, считается югом, и тут довольно тепло, температура не опускается ниже пятидесяти градусов. Хе-хе-хе, конечно, довольно тепло только относительно других регионов этого мира. Если бы не энергетический обогрев, жить там ты бы смог не более десяти минут. Хорошо, что не попал в область низкого давления, где температура моментально опускается до минус ста, воздух в лёгких мгновенно замерзает, кровь становится как желе и не двигается по сосудам, короче, практически мгновенная смерть. Именно поэтому никто на поверхность не выходит. Есть, конечно, определённые слои населения, которые кормятся за счёт вылазок наверх, но их очень мало. И дело не в аномально низких температурах, а именно в этих воронках с мгновенным падением атмосферного давления. Даже твоя энергозащита не выдержала бы больше пары минут. А как правило, они накрывают довольно большие площади разом, и выбраться очень мало шансов. Мой тебе совет на будущее: лучше не лезь наверх без особой надобности. То, что ты, однозначно, ещё окажешься на поверхности планеты, я даже не сомневаюсь, но делай это с умом.
 
— Слушай, тогда такой вопрос: откуда там взялся этот бедняга? На нём даже одежды не было. В округе я не нашёл ни одного убежища. Как он мог попасть на поверхность?
— Это интересная планета — с кучей выходов, лазов, пещер по типу этой, портальных лифтов и ещё множеством способов оказаться выдворенным на поверхность. Но, скорее всего, рядом с тем местом находился копир, вот его и выкинуло непонятно где.
— Что ещё за копир? Ксерокс, что ль? Это какой-то сюр: на этой планете для копирования документов нужно подвергать себя такой опасности?
— Бездарь, думай, пожалуйста, перед тем как начинаешь говорить! Сам-то хоть понял, какую ахинею только что нёс? Какой ещё, к чёрту, ксерокс? Ты хотя бы в курсе, что это не устройство, а названии фирмы, которая производит копировальные машины? И нет, я говорил совсем про другой копир.
— Прости, я, наверное, ещё в афиге после последних событий, в голове не укладывается, что ты меня опять вписал в какую-то авантюру. Только чует моё сердце — чёрт, оно не моё, — что в этот раз всё гораздо хуже, чем мои каникулы на Фараде.
— Правильно чуешь, это приключение не из лёгких. Но тебе придётся его пройти, и чем быстрее, тем лучше. Интересно! Значит, пребывание в храме Шао Лань ты считаешь детским лагерем? Похвально, не думал, что ты так быстро морально вырастешь.
— Знаешь, после того как почти голыми руками завалишь белого медведя, хотя он и не белый был вовсе, но не суть важно… О чём это я… Ах да, после этого яйца становятся немного тяжелее, так как в них появляется металл, и полугодовой пансион в лагере для подростков кажется увеселительной прогулкой. На самом деле дома тоже не сладко было. Ты уже забыл, как меня Хим покромсал? А все эти эксперименты с телом, когда меня рубили, а я отращивал новые конечности? Вот скажи, для чего всё это было, если я теперь в новом кожаном мешке, и насколько понял, не самого высшего качества и не первой свежести? Единственно, что могу сказать в защиту этого мужика, знатный шланг у него между ног, с таким можно стать звездой фильмов для взрослых.
— Увалень, опять ты бред несёшь! Не засоряй мой разум, вернее, разум этого старого шамана. Он хоть и не запомнит наш разговор, но потом периодически во снах у него будут всплывать отрывки нашей беседы.
— А может, его это… того, ножичком по горлу, и в колодец?
— Где ты тут колодец увидел? Или это какая-то дурацкая шутка? Я не понимаю юмор землян. И нет, убивать его ты не будешь, это тело мне ещё пригодится. По-другому нам связаться не получится. И запомни, ниже двадцатого уровня я не смогу попасть. И ещё — никому тут не верь: обычные разумные не попадают в этот мир. Короче, скоро всё узнаешь. Мы теряем время. У тебя разве нет более важных вопросов?
— Не торопись, мы же так давно не виделись, и я очень рад тебя видеть. Каждый раз наша встреча как праздник.
— Не ёрничай, спрашивай.
— Хорошо. Ты так и не ответил, что этот мужик делал на таком лютом морозе и почему меня подселили именно в него.
— Что он там делал, я тебе не отвечу, слишком простой вопрос, скоро узнаешь сам, повторюсь: не стоит распылять ресурсы на такие ответы. Почему подселили? Да потому, что сосуд был подходящий и пустой, вот и подселили.
— Значит, его душа улетела и тело полностью моё?
— И да, и нет.
— Ну ты прям кладезь знаний. Евреев в роду не было? Объясни более популярно.
— У меня нет родственников в человеческом обществе. В общем, да, твой сосуд полностью принадлежит тебе, а по поводу души однозначного ответа нет, скорее всего, она не покинула пределы данного тела. Так что будь осторожен: увидишь двойника — лучше слейся по-быстрому.