Просто бывшие (СИ)

— Нет, нет, нет. Мам, мы это уже проходили! Моя личная жизнь — только моя. Я больше не хочу свиданий с перезрелыми сыновьями твоих многочисленных подруг и коллег!
— Разве я что-то говорила о свидании? Просто тихое семейное торжество по случаю юбилея. Роман наслышан о тебе…
О боже! Хочется завыть.
— Мама, прекрати, пожалуйста, эти своднические штучки. — Молитвенно складываю ладони, пытаясь достучаться до нее. — Мне это не нужно. И я не готова сейчас к отношениям…
— Ну и кого ты найдешь с твоим везением? Какого-нибудь чистильщика бассейнов в грязных портках? Тем более, я уже сказала, что ты придешь. Будет неприлично отказаться! Что тогда о нас скажут?
То, что я давно выросла из того возраста, когда меня нельзя оставить дома одну, и что в некруглую дату юбилей случается раз в «никогда» лет, мало волнует мою мать. Логика здесь сегодня не нужна. Не удивлюсь, случись похороны, она бы нашла повод и туда меня затащить ради того, чтобы ее дочь перестала быть «той самой разведёнкой».
— Им придется пережить мой отказ, а Роману подыскать другую соседку по несчастью… прости, за столом. Без меня, мам.
— Юля, тебе ведь уже не восемнадцать! Пора уже задуматься о семье, о детях! В конце концов, ты не молодеешь, девочка моя.
Вздрагиваю всем телом. А вот это был удар ниже пояса.
Выскребаю из себя остатки выдержки. После общения с родной матерью мне хочется в запой на неделю, но…
— Извини, мам, мне пора. — До конца обеда еще полчаса, но пытки не входили сегодня в меню. Целую ее в мягкую щеку, пахнущую бессменным ароматом духов, и спешу прочь.
Внутри все кипит, плавится от обиды. Ну почему просто нельзя оставить меня в покое?! Разве я плохо живу?
Взгляд падает на витрину книжного магазина. О, мне бы точно не помешал мануал по атравматичному общению с матерью.
Телефон вибрирует. Какой-то спам пробился через блок. Сбрасываю вызов. Незнакомые номера на личный номер не принимаю принципиально. Но абонент не сдается. Звонит снова и снова.
Досадливо поджимаю губы, но вместо того, чтобы скинуть номер в черный список, принимаю вызов. В эту секунду в голове глупая мысль, что Мирослав звонит с нового номера.
— Здравствуйте, могу я поговорить с Юлией Александровной Соболевой? — вежливо просят на том конце провода.
— Слушаю.
— Вам знакома Алла Владимировна Тоцкая?
— Допустим.
С Алкой мы учились в параллели. Яркая, взрывная заводила и душа компании. Ни одна тусовка не обходилась без нее. Избалованная дочка депутата Тоцкого никогда не знала нужды в деньгах и работать после выпуска, по ее словам, не собиралась. Правда, слышала, что папа ее попался на взятке. Но у таких людей всегда на черный день припрятан бизнес другой.
Как-то Алла писала мне в соцсетях. Спрашивала, как жизнь, как дела. Звала на какую-то неформальную встречу свободных художников. Взяла мой номер и пропала…
— Алла Владимировна оформила кредитный договор с банком на сумму в десять миллионов рублей.
— Рада за нее. При чем здесь я?
— А при том, Юлия Александровна, что платить по кредиту госпожа Тоцкая не хочет. На связь не выходит, номер сменила…
— Извините, мне не интересно. Всего доб…
— А вот перебивать не стоит меня, Юленька. Я ведь пока с тобой по-хорошему разговариваю. В этом договоре ты указана, как контактное лицо по всем вопросам. — Голос неведомого собеседника холодеет на пару сотен градусов, а у меня вдруг пробегает морозец по коже.
— Этого просто не может быть. Мы не общались очень давно…
Сюр какой-то. Я вспоминаю, как видела сториз, где Алла зажигает на островах. «Мечты должны сбываться», — так она, кажется, подписала кадр, где белозубо улыбается на фоне океана.
— Понимаю. Но платить всё равно придется. Давай встретимся. Нам есть о чем поговорить.
— Я не собираюсь ни с кем встречаться. И уж тем более оплачивать чужие долги! Всего доброго! — выпаливаю и обрубаю вызов.
Что еще за тупой развод на бабки? Какие кредиты и я в качестве контактного лица?
На телефон одно за другим прилетают сообщения.
Мой адрес. Адреса моих родителей и свёкров. Боже, да они даже приплели сюда моего бывшего мужа!
 
И пока я ошарашенно смотрю на экран, застыв посреди тротуара, падает еще одно:
«Достаточно информации? Соглашайся, и беседа будет для тебя приятной».
Твою мать!
Трясущимися руками лезу в инсту. В подписчиках нет никакой Аллы Тоцкой. Поиск выдает нулевой результат.
Раздраженно смахиваю приложение и захожу в другую соцсеть.
«Пользователь удалил свою страницу».
Вот же сука.
Уж лучше бы меня полчаса назад переехал бронепоезд.
  
Глава 7. Толик
 
Юля
— Юль, ты меня слушаешь? — в поток мыслей вклинился голос Ктоян. Вздрагиваю от неожиданности. Судя по угрожающим интонациям, свой вопрос она повторила не один раз.
— Прости, Сона, задумалась. О чем ты говорила?
— В среду Совет директоров, я хочу, чтобы ко вторнику был подготовлен квартальный отчет по показателям. Наш новый «дорогой» будет двигать идеи в массы. Надо быть готовой ко всему… — Сона резко прерывается и негромко чихает.
— Будь здорова! Аллергия?
— Если только на работу. В общем, жду информацию… И, Юль, прекращай дергаться, меня это нервирует. У тебя всё нормально?
Утвердительно киваю, внутренне давая себе затрещину. Мои нервы ни к черту после того, как я снова встретила бывшего.
Чертов Соболев!
Мало тебе вернуться из прошлого и надежно оккупировать мое настоящее. Так ведь наглец не выходит из головы.
О чем бы я ни думала, мысли постоянно сворачивают на кривую дорожку, где, как маньяк, притаился бывший.
Мои сны наполнились неясными образами, где самый яркий — Мирослав Соболев. И всякий раз во сне я чего-то от него жду. Каждую клеточку тела охватывает это напряженное ожидание… А потом я просыпаюсь и еще долго прихожу в себя, так и не разгадав, чего же я жду. Мое подсознание сводит меня с ума.
Мне везде теперь мерещится запах его туалетной воды — чуть горьковатый древесный аромат. За столько лет мой бывший муж не изменил себе в привычках.
Его голос. Слыша его, я всякий раз замираю, мучительно мечтая провалиться сквозь этажи, а сердце стучит так, что, еще чуть-чуть, и выскочит из груди. Я даже перестала пользоваться лифтами, предпочитая бодрой трусцой подниматься на пятый этаж по лестнице.
Будь я Бетменом или Человеком Пауком, я бы взбиралась в окно своего кабинета по стеклянной стене. А лучше и вовсе освоить телепортацию…
Да, я избегаю Соболева всеми способами. Не возьмусь утверждать, что он ищет моей компании, но так мне спокойней. Относительно.
Телефон вибрирует от входящего звонка. Тут же сбрасываю вызов. После того злополучного понедельника я ни разу больше не разговаривала с коллекторами.
Чертова Тоцкая! Я так и не смогла выйти с ней на связь и потребовать объяснений. За рабочую неделю мой телефон атаковали сотни звонков с незнакомых номеров. Мой черный список еще никогда так активно не пополнялся.
И все же, всякий раз, сбрасывая очередной звонок, мои пальцы беспричинно дрожат.
— Снова эти? — Сона отвлекается от графиков на экране.
— Достали! Я не понимаю, при чем здесь я?! Это вообще незаконно требовать выплат по кредиту с иного лица. Да будь я хоть трижды контактом для связи, пока я не созаёмщик или поручитель — какие нахрен ко мне претензии? — срываюсь, потому что ситуация из глупой превратилась в назойливую проблему.
Меня бесят эти звонки. Я раздражена до предела невозможностью хоть как-то на это повлиять, кроме как игнорировать и дальше.
— Мне сказать Вагику?
Вагик Франсикович Ктоян, помимо очевидного статуса супруга Соны, носит лавры самого известного в городе инвестора и мецената. Почти все крупные торговые центры принадлежат ему. У такого человека есть не только огромные деньги, но и не менее обширные связи.
Один звонок, и моя проблема решена, вот только…