Недоброе утро Терентия (СИ)
Два коридора мы протопали. Кралися, принюхивались. Ага! И я тожить носом шмугал. Казалось, может чо и сам унюхаю?.. Дык, нервное то скорее всего! Еще шли. Ничо не произошло с нами. Никакая гадина нас не тронула. Нету тут никого! Вышли на площадку, а дальше коридоры раздваиваются. Дык, табличка в одном, на стене висит: «ВЫХОД». И стрелочка! Стало быть, нам туда! Повернули мы с волчком в ту сторону. Протопали метров десять. Еще пара поворотов следом было. Да таблички все подсказывали нам! Вышли мы на свет Божий из коридоров тех, подвальных! Вот как хорошо, что читать умею! Спасибо дядьке Вию! Обязательно надо будет сказать это ему, как выберемся!
Вышли на автостоянку. Такая, что под зданиями бывает. Большая такая! Машины стоят. Не много правда. Штук пять. Да такие, непривычные! Три маленькие, ну, в смысле невелички. Легковые! Одна беленькая и две красненькие! Красивые, словно игрушечки! Прочитал название: «Жигули». Все три с таким названием. А что значит оно? Дык, кто-ж его знает... Это видать на таких только в городе и ездить. Низенькие совсем. Гораздо ниже трактора! Двери подергал на всякий случай. Заперто! Дык, если бы и открыто? Ключей, чтобы завести-то нет! Да и прикинул я рост свой, — нее! Не помещуся я там. А вот другие две, те хорошие! Одна, такая, с кузовом: «Газель» — прочитал. Грузовичок. Полезная машина! Хлеб там, возить, иль еще чего, не шибко большого да тяжелого! Не было такой у нас в деревне. Красивая сама. Еще и зверем названа. Быстрым, с грацией! Вторая машина — ух прямо какая! «УАЗ». Такая, на больших колесах, зеленая! Вот в нее, я бы поместился! Хорошая, большая. Да специальная видать! В ней еще там внутри, рычаги всякие меж сидениями. Вроде как на тракторе! Мож чего особого включают, да полезного для работы? Дык, знать-то мне от куда... Не видал я таких ни разу! Васяка, наш тракторист-механизатор, дык он, может и скумекал бы в этом, чего там, да зачем! Только нету сейчас с нами ни Васяки, ни Махал-Махалыча, никого... Вот и прошел я мимо машин тех. Позаглядывал только. Ага. Заперты все. Ключей нет. А без ключа-то, как? Не ломать же! Дык, а мотор заводить?.. То-то же...
Только вышли со стоянки той, да за угол чуть повернули, я башкой все крутил, смотрел, где стреляли ночью! Может увижу чо? Дык, нету ничего такого. Может не здесь это было? Окошко-то наше на север выходило, а мы — вроде как на юг вышли. Нет, скорее на юго-запад! Запутался я чутка в коридорах тех... Вдруг, волчара как выгнет спину! Оскалился. К земле припал. Шерсть дыбом! Тьфу ты, не добрая... Я сам мордой в землю упал, да сразу перекатился за блок бетонный, чтобы видно меня не было! Чуть выглянул: Стоит! Стоит гадина. Спиной к нам. Метров шесть до нее. Серая такая, да зелеными пятнами, словно змея. Раскачивается из стороны, в сторону. Здоровенная! Считай, с меня ростом! На хвосте как-бы стоит на своем. Да лапищи в стороны развела. Когти длинные, даже от сюда видать! Итить-твою... Делать-то чего? А у самого мысль: «Мож она-то не с таких, что опасная? Мож, так — мимо проходила? Дык, разойдемся своими дорогами и всего делов?!» — Хрена!
Затарахтело чего-то над нами. Из окна дома слыхать. Затарахтело. А чо там — не поймешь. Будто птица крыльями захлопала. Да не видно мне, чо там тарахтит! Сжался я, рот заткнул кулаком. Чтоб ни звука! Волк — тожить не пикнет! Все равно... Видать проверить решила чо там, да и учуяла нас гадина эта... Развернулась, шипит! Лапы еще шире растопырила, да как попрет на нас! Шустро так! Понял я тогда, не смоемся... Стало быть драка! Ну чо тогда, прятаться... Встал в полный рост, стойку принял. Ну, давай... Вмиг она рядом со мной оказалась. И как, так можно, чтоб на хвосте, да скорость такая?.. А она пасть раззявила, когти вперед выпустила, а морда-то, прямо мне на кулак сунется! Во дурное существо! Это где же такое видано, чтобы перед противником, да раскрываться?! Ну-ка... — На! — Хорошо подача пошла! Отлетело это «чудо-юдо» назад. Кубарем! О стенку уперлось. Сидит на хвосте своем мордой потряхивает. — Ну чо? — говорю. — Хватит тебе? Иль еще добавить?! — а сам смотрю, ох и знакомая рожа то у нее. Гадины этой! Ну, не в смысле знаю ее, а в смысле — похожа она очень. Да на ту гадину похожа, что мелкая, с мужика вылезла! В грибе, когда сидели. Дык, точно! Только эта здоровая уже. Тоже видать из кого-то выродилась. Да не естественным путем-образом. Ага! Выродилась, да уже и вырасти успела, вымахала...
Снова кинулась на меня, гадина эта. Видать мало ей! Только сейчас, хвостом вперед извернулась, да меня ним в пузо ткнуть норовит. Гляжу, а на конце хвоста — шип! Да словно кинжал изогнутый! Ох ты-ж... Отмахиваться начал от хвоста. Да не успеваю! Лапами меня стегает, дерет с меня шерсть, кусается! Того и гляди, до шкуры додерется! Да хвост еще этот гадский, ее... Два удара пропустил. Больно! Хорошо вскользь. Не пробила шкуру мою! Оцарапала только... В руку зубами вцепилась. Лапами за шею мою хватается. Слышу, когти по щетине заскребли. В щеку коготь воткнулся. Режет, словно бритва! Ох... Хана мне кажись... Волчок мне помогать кинулся. Он тот хвост ухватил зубами да рвать его, что есть силы. Меня ним проткнуть не дает! Вот это дело! Ухватил я заразу эту за грудки, да в рыло лбом! Да еще пару раз! Со всей силы дал! У самого голова закружилася. Ослаб натиск ее. Оттолкнул я тогда эту гадину от себя, да прыгнул вперед, да со всего маха, да с доворотом корпуса кулаком в рыло — На! Хрустнуло че-то в ее башке. Громко так хрустнуло! Враз гадина эта обмякла, да на жопу шлепнулась. Снова сидит, мордой потряхивает. Да в этот раз крякает, че-то шамкает, шмыгает. Лапами юшку подтирает с морды своей. А морды-то той, в половину меньше стало. Аккурат где нос! Вбил ей нос то в щеки ее поганые! И радостно мне вроде, только вспомнил, сейчас вижжать же примется! Как та, что мелкой была. Медузу звать на помощь! А она и впрямь, рыло оттопырила, хрюкает, посвистывает, а визгу-то не выходит у нее! Поднялась она тогда на хвост свой, да и поползла вдоль улицы прочь. Молча поползла. Обиделась видать! Ну, дык не жалко! Сама виновата. Не кинулась бы на нас, гляди и разошлись бы миром! Такие дела. А волчок-то молодец! Помог. Хана бы мне пришла без его помощи. Гарантированно! Уж больно шустрая гадина эта. Да когти острые... Поблагодарил я его сердешно. Погладил! Дался он мне. Ничо не против. Доверяет. Хорошо! И пошли мы тогда дальше. Нечего на месте стоять! Авось и не встретим больше таких вот... Только рука болит теперь. Да морда. Разодрала гадина.
Долго мы еще топали. Потерял я направление. Дома, все выше и выше пошли. Спряталось за ними то здание-пирамида! Пришлось на этажи подниматься. Тыкались с волчком по входам в дом один многоэтажный. Пять штук входов тех в доме этом. И каждый в отдельные хаты ведет, да лестницы там по этажам. Такое, что на каждой площадке, да по три двери. Это чо, получается за каждой дверью люди живут? Это же соседи-то у каждого, рядом совсем! Итить... Представил, вот мой сосед будет за соседней дверью! Дык, ему же слышно все будет! И чо говорим, и чо делаем... Он же, скотина такая, следом всему городу разбазарит, чо у меня в жизни делается... Ох... Да не дай Бог жить вот это так, как тут люди живут! Вся жизнь на распашку... Шел по этажам и головой качал.
Много хаток-то тех открыто было. Почти на каждом этаже! Двери выбиты, в хате бардак. Будто слон прошелся. Иль медведь! Вещи разбросаны, мебель порушена. Да почти в каждой по углам паутина такая: толстая, да черная. Густо заплетено! Но ничо там не жило, в паутине той. Просто так паутина. А кто ее там сплел? Да кто-ж ответит-то... Никого не застал я в хатах тех. Нету людей. Да и хатой-то не назвать! Дык, пара комнат, да горшок! Видел я такие горшки. Они у нас в магазине стояли — продавались. Такие, белые, да округлые. «Унитаз» — написано на них было. Дорогущие! Мужики все ходили, да поглядывали. Ржали. Во дурь какая! У нас как, туалет-то! На улице. За хатой. Построен из досок, да очко там выпилено. Яма под очком. Туды и ходи. По большому, да по малому... А тут? Дык где яма то?! Поглядел — нету ямы! А если бы и была? Внизу же тоже люди! Это как? На голову им что ли ходить? Не культурно это! Тьфу...