Приказ Императрицы (СИ)
-Сколько Вам известно, - насторожился Иван, но вида не подал, оставаясь спокойным и улыбчивым.
-Ты вернулся один? - вопросил Иван Иванович, не скрывая, что серьёзно интересуется происходящим.
Иван чувствовал это, но выдавать никаких тайн был не намерен.
-А как же, - смотрел он исподлобья. - Послужить готов подольше государыне нашей.
-Служи, - усмехнулся его собеседник, собравшись идти дальше. - Ты помог пригласить в Россию того корсара, американца... Джона... Он прибыл быстро. Был здесь уже аж двадцать пятого апреля. Императрица ждала, что и ты явишься следом, ан нет... А Джон через полтора часа вышел контр-адмиралом российского флота. Служи... Может и тебе какой чин достанется.
-Не за чином гоняюсь, Иван Иванович, - поклонился ему вслед Иван и поспешил скорее уйти.
Не заботило его даже то, что может быть собеседник и не прислушался к его последним словам...
Глава 18
Везде, везде сияет радость,
Везде веселие одно;
Но я, печалью отягченный,
Брожу уныло по лесам.
В лугах печаль со мною бродит.
Смотря в ручей, я слезы лью;
Слезами воду возмущаю,
Волную вздохами ее.
Творец премудрый, милосердый!
Когда придет весна моя,
Зима печали удалится,
Рассеется душевный мрак?*
Настя прочитала стихотворение с записки, что Аделина обнаружила у двери их комнаты, и вопросила:
-Неужто, я не ясно дала понять, что иного люблю?
-Даже не знаю, что ответить, милая, - пожала плечами Аделина. - Есть упрямые господа, ты же знаешь. Но раз он знает, кто ты есть на самом деле, боюсь, может использовать это себе на благо.
-На благо своих желаний страстных, - добавила Настя и скомкала записку, бросив ту в угол комнаты.
Сев на краю постели, Настя взмолилась в переживаниях:
-Где же Ванечка? Я видела его там, пока танцевали.
-Явится, коль видела, - успокаивающе молвила Аделина и помогла Насте переодеться ко сну.
Только спать ни одной не хотелось. Встав к окну, Настя смотрела на сияющую в небе луну. Аделина встала рядом, но так и молчала. Туман медленно снизошёл на землю прямо на их глазах. Переглянувшись, девушки поняли удивление друг дружки. Обоим казалось, что они точно так же блуждают в тумане событий, как луна на небесах.
Вдруг послышавшийся шорох за дверью заставил их вздрогнуть и обняться.
-Кто это? К нам хотят пробраться? - волновалась Настя.
-Тише ты, - прошептала Аделина. - Обождём.
Но всё снова было тихо. Будто показался тот шорох. На душе стало спокойнее, но девушки оставались рядышком, снова наблюдая за еле виднеющейся из-за тумана луной.
-Всё думаю о Кристиночке, - молвила вдруг Настя. - Верно ли мы поступаем?
-Как знать? - вздохнула Аделина.
Хотела она ещё что добавить, но снова раздавшийся за дверью странный звук заставил молчать и прислушаться.
-Может Ванька твой? - предположила Аделина, и Настя выпрямилась:
-А если нет?
В этот момент в дверь уже легонько кто-то стучал.
-Стоит отворить, - с тревогой и надеждой смотрела Настя, но сделать шаг не решалась.
Осмелевшая Аделина прокашлялась и прильнула к двери:
-Кто там?
Тут под дверь снова просунули записку. Аделина сразу её взяла и прочла.
-Я же сказала, - улыбнулась она и отворила дверь, пропуская Ивана скорее войти, а сама быстро ушла.
-Ванечка? - не верила своим глазам счастливая видеть возлюбленного Настя.
Тот запер дверь и немедленно захватил любимую в объятия. Их губы припали друг к другу в страсти крепких поцелуев, ненасытных, жарких... Никакого страха уже не существовало... Они были вместе, уверенные, что жизнь за них, любовь за них и удача...
Бережно перенёс Иван возлюбленную на кровать, продолжив там отдаваться вместе с нею во власть ласк. Словно та самая луна, что в небе скрывалась за дымкой тумана и выходила из неё, они освобождались от тумана переживаний. До самого утра не отпускали друг друга из объятий, так и погрузившись в сладость снов...
Когда же утро подкралось лучами дарящего вновь тепло солнца, влюблённые открыли глаза. Они увидели друг друга и тут же улыбнулись. Не было сомнений, не было опасений, что сие счастье вдруг будет уничтожено...
-Как же глуп я раньше был, когда плыл по течению жизни, не задумываясь ни о чём, - прошептал Иван, крепче прижимая любимую.
-Я так ждала тебя, - в блаженстве вымолвила Настя и от наслаждения быть так близко с возлюбленным, закрыла глаза. - Теперь бы скорее Кристина пошла со своим капитаном под венец... Боюсь, нет у меня много времени.
-О чём ты? - не понял Иван, и встретился со взглядом милой, который был серьёзным, глубоким, как никогда:
-Мне кажется, я ношу под сердцем нашего ребёночка.
-Что? - расширились глаза Ивана, но он обнял возлюбленную, как бы ни был сейчас полон великой тревоги. - Кто-нибудь ещё знает?
-Нет, - прошептала Настя. - Тебя ждала.
-Зачем согласилась на сию авантюру? - недовольно выдал Иван, но время было не повернуть вспять, и Настя отказать помочь подруге не могла. - Ладно... Попробуем выкрутиться. Думаю, знаю, с кем надо обговорить всё. Я услышал некий заговор... Против нас, милая.
-Что? - насторожилась Настя и чуть приподнялась возле севшего возлюбленного.
-Я расскажу, что услышал. Надо решить, как быть. У нас будет своя интрига, - прошептал Иван и рассказал о том, как подслушал встречу Владимира с некоей Августой...
* - отрывок из стихотворения Н. М. Карамзина «Весенняя песнь меланхолика», 1788 г.
Глава 19
Лежала я вечер в беседке ханской,
В средине бусурман и веры мусульманской.
Против беседки той построена мечеть,
Куда всяк день пять раз имам народ влечет.
Я думала заснуть, и лишь закрылись очи,
Как уши он заткнув, взревел изо всей мочи...
О, Божьи чудеса! Из предков кто моих
Спокойно почивал от орд и ханов их?
А мне мешает спать среди Бахчисарая
Табачный дым и крик... Не здесь ли место рая?
Хвала тебе, мой друг! Занявши здешний край,
Ты бдением своим все вяще укрепляй.*
Никого утром не вызывала, как любила, Императрица. Проснувшись в семь утра, прошептала вспомнившееся своё стихотворение и глубоко вздохнула:
-Не дадут сломить Россию...
В небольшой уборной она прополоскала рот тёплой водой и натёрла щёки льдом. После этого надела белый гродетуровый (сделанный из плотной шелковой ткани) капот** и белый флеровый чепец. Затем направилась в свой кабинет, где тут же ей подали чашку самого крепкого левантского кофе и тарелочку с гренками...
-А что, Иван Иванович проснулся уже? - поинтересовалась она у служанки, и та сразу кивнула:
-Да, матушка государыня. Велите пригласить?
-Да... И ещё. Сегодня на вахте была Августа? Пусть отдыхать идёт. Вечером танцы показывать будет с остальными. А там и в путь уже, в Царское село пора мне. Погода благоприятствует.
-Да, Ваше Величество, - улыбнулась служанка и удалилась...
Императрица сразу принялась перебирать бумаги, лежащие перед нею на столе, а пропущенные любимые собачки тут же были удостоены ласковыми поглаживаниями. Она угощала их гренками, не съев сама ни одну, и улыбалась, будто только они и приносили ей радость.
Очень скоро прибыл Иван Иванович, и тот тут же поклонился, опираясь на трость:
-Екатерина Алексеевна.
-Доброе утро, дорогой мой Бецкой, - улыбнулась та. - Благодарю, что согласился побыть пока во дворце. Надумал уже, возьмёшься помочь с этой... Симолиной? - сделала глоток кофе Императрица и указала на кресло рядом.
-Возьмусь, - сел туда Бецкой. - Раз уж это ненадолго.