Венецианские страсти (СИ)

- Что, если Линдберг был убит случайно? - предположил Тико.
Генерал-губернатор вздёрнул удивлённо бровью, а после паузы вопросил:
- Это как?! Вы подозреваете, убить хотели иного?! 
- Именно так, - подтвердил Пётр. - Но нам предстоит многое выяснить.
- Что ж, выясняйте. Вы знаете, что король будет требовать ясности в этом деле, - развёл руками генерал-губернатор.
Он не знал, как быть: не верил до конца, что в этом деле получится всё выведать, но доверял своим людям. Оставляя их в Венеции, он скоро ступил на борт корабля. 
Пётр, Иона и Тико, распрощавшись с ним, решительно вернулись в гостиницу. Снова нашли слугу, который помогал Филиппу. Снова попросили его уединиться для беседы, и там, в своей гостиничной комнате, Пётр сказал:
- Известно, что король купил гондолу для своих развлечений в Венеции. Вам известно что-либо об этом?
- Да, слышал, - кивнул тот. - Но я большую часть времени провожу здесь, на службе. 
- Где бы он мог купить гондолу и хранить её? - тогда задал следующий вопрос Пётр.
- Купил он, как и многие покупают, у самого Ломбардо. У него самые лучшие гондолы! - сообщил слуга, не совсем понимая происходящее, но скрывать ничего явно не собирался. - Вы можете найти его у канала Вигано. Там сразу видна вывеска с его именем и много разных гондол...
  
Глава 34
 
После беседы со слугой в гостинице Пётр с Ионой и Тико прибыли к тому самому каналу, о котором слуга говорил: Вигано... Канал был широкий, тянущийся далеко. Здесь и множество кораблей, и гондол.
Увидев вывеску над линией колыхающихся на волнах лодок, Пётр переглянулся с довольными спутниками. Удача была с ними. Ломбардо — пожилой, одетый в старую одежду мужчина выглядел невзрачно. Только тепло в глазах, полных любви к Венеции и своему делу, светилось из глубины души. Он любезно приглашал проходивших мимо прокатиться на гондолах или же купить одну из них, чтобы обладать таким сокровищем навечно.
- Неужели Ваши гондолы столь прочны? - улыбнулся, представ перед Ломбардо, Пётр.
Он спросил это на французском языке, что ничуть не удивило самого хозяина гондол, и тот любезно кивнул:
- Уверяю! Проверьте сами! Прошу! - звал он к любой из них. - Прокатитесь! Осмотрите!
- Осмотреть бы мы согласились, - кивнул довольный Тико. - А скажите, если кто выстрелит в гондолу, она выживет?
- Вы шутите?! - поразился Ломбардо, будто обидели. - Мои гондолы лучшего дерева. Прочнее любого корабля! Немного повредить обшивку легко, но уничтожить мои гондолы может только огонь.
- Разрешите спросить, - с интересом добавил Пётр, осматриваясь вокруг. - А где хранят купленные гондолы покупатели?
- Кто где, сударь, - удивился Ломбардо. - Есть и у меня места для хранения гондол, пока хозяева не вернутся.
- Разрешите взглянуть на одну из них? - протянул ему Пётр документ, когда-то полученный от начальника местной полиции Занетти, разрешающий проводить расследование.
- Вот как? - чуть поразмыслив, но внимательно осмотрев печать Занетти, Ломбардо погладил свою щетину и спросил. - А чью гондолу Вы хотите осмотреть?
- Короля Филиппа, - наклонившись к его уху, Тико прошептал имя и подмигнул.
Ломбардо не совсем понимал происходящего, но чувствовал, что дело куда более серьёзное, что мешать столь настырным собеседникам не стоит. Он молча указал следовать за ним и привёл к находящемуся недалеко деревянному построению, похожему на сарай. Ворота были с двух сторон: на канал и на пристань, на которую пришли. 
В самом помещении было светло от множества окон на крыше и боковых стенах. По краям стен располагался узкий проход к гондолам, что стояли на воде посередине подле друг друга.
 
- Где-то здесь, - пролистав висевшую на ремне записную книжку, Ломбардо подвёл спутников к нужному транспорту. - Должна быть эта гондола...
Он прочитал название её и сравнил с записями:
- Да, она. Прошу, осмотрите, но осторожно.
- Разумеется, - кивнул Тико, присев на корточки и принявшись вглядываться в видимое отверстие от выстрела на обшивке.
- Вы можете присутствовать, - заметив попытку шагнуть в сторону, сказал Пётр Ломбардо, и тот остановился, с удивлением наблюдая происходящее.
Пётр сел рядом с Тико, прикоснулся к углублению от выстрела и стал гладить, проверяя его на ощупь:
- Действительно, похоже на выстрел от пороха... А Вы правы, - оглянулся Пётр на Ломбардо с улыбкой. - Гондола сделана из крепкого дерева! Это повреждение легко исправить.
- Увы, я не могу ничего сделать. Эта гондола уже не моя, - улыбнулся тот в ответ.
- Что ж, - со вздохом выпрямился Тико. - Никакой картечи не заметно... Может, действительно, не Алекс стрелял. 
- Я же говорю, я явно видела при нём пистолет тогда, а не ружьё или мушкетон, - с гордостью высказалась довольная рядом Иона. - Горжусь собой!
- Да, это так, - одарил её теплом восхищения Пётр. - Ошибиться в этом ты точно не могла. 
- Пора поговорить с Занетти, - кивнул Тико. - Он не говорил, что было вскрытие? Тело Линдберга ведь похоронили.
Пётр резко взглянул с широко раскрытыми глазами. Он молчал. Он взирал так, словно его пронзила стрела понимания.
- Чёрт возьми,... говорил...
- А вот теперь и я горжусь собой, - улыбался с гордостью Тико, выходя следом за засмеявшимся другом и Ионой на улицу...
  
Глава 35
 
- Жерардо Занетти, - кивнул в приветствие Пётр, когда его с Тико и Ионой начальник полиции принял вновь у себя в кабинете.
Занетти пригласил сесть к столу, достал вновь дело об убийстве Линдберга и положил папку с этими бумагами на стол:
- Вы вышли на след? Неужели удалось?! - удивился он, искренне радуясь тому обстоятельству и сразу перейдя на беседу на французском языке.
- Почти, - улыбнулся в ответ Пётр, а Тико добавил:
- В прошлый раз Вы упомянули о вскрытии Линдберга перед тем, как его похоронили.
- Да?! - удивился тот и посмотрел в бумаги. - О, да, было вскрытие. Извините, столько дел уже было, подзабыл. Убийства продолжаются.
- С теми же рисунками? - смотрел с удивлением Пётр.
- Вы знаете, этих убийств стало меньше, - сказал Занетти.
- Снова кого-то убили?! - поразилась Иона, переглянувшись со своими спутниками.
- Да, вчера, - признался Занетти. - Только этот убитый никак не связан с тем королём. По крайней мере, о его связи не известно. Убитый был итальянцем. Каким-то актёром. Лет двадцать пять ему, - махнул он рукой.
- Странно, - вздёрнул удивлённо бровью Пётр. - И ему тоже подложили тот рисунок?
- Совершенно верно, - кивал Занетти.
- Однако,... что ж,... нас пока интересует вскрытие Линдберга. Что было обнаружено?
- Да ничего особенного, - протянул бумаги тот. - Стреляли прямо в сердце. Смерть мгновенная. Выстрел мощным был. Картечью.
- Чем? - смотрел внимательно Пётр, а сам уже догадывался обо всём.
- Рубленым свинцом, - уточнил Занетти, снова заглянув в бумаги...
Всё было понятно... Больше вопросов к Занетти никаких не было. Хотелось скорее вернуться в гостиницу и поговорить снова с Алексом. Однако того на месте не оказалось. Лишь Генрих, который развёл руками и на вопрос о том, где остальные, с сожалением сказал: