Немного мечты (СИ)

Армо был достаточно образован, чтобы понять, что слово «Акун» в переводе с одного из древних языков означает «Никто», и достаточно умным для того, чтобы не озвучить свою образованность.
Господин Никто предложил неплохую сумму денег за то, что Армо посетит Художественный Салон, познакомится там с девушкой и привезет ее в гостиничный номер. Ключ от номера господин передал Армо сразу после того, как они ударили по рукам.
На резонное сомнение в том, что незнакомая девица может настолько увлечься им, чтобы тут же последовать в гостиничный номер – где они явно будут не картины Салона обсуждать – господин Никто сказал, что, во-первых, искомая девица любит именно таких, как Армо, а во-вторых, технический прогресс не стоит на месте. С этими словами, Дентель получил флакон феромоновых духов. Которыми он не должен был поливаться, иначе на нем повиснут все посетительницы Салона в возрасте от нуля до бесконечности. Нет, вместе с духами он получил распылитель, который должен был разместить внутри фрака, протянув тонкие гибкие трубочки от емкости во внутреннем кармане к фальшивой пуговице, в которой скрывались тонкие сопла, и к резиновой груше под левым манжетом. Подходишь к выбранной жертве, несколько раз нажимаешь на грушу – и она твоя.
Кристина, узнав о таких плодах прогресса, честно попыталась вспомнить, слышала ли она шипение при разбрызгивании духов, но так и не вспомнила.
Зачарованную жертву Армо должен был отвезти в гостиницу и ждать появления господина Никто. До назначенного времени оставался еще почти час, так что план по захвату таинственного незнакомца возник тут же. Красавчик вкупе с двумя вооруженными «серыми» охранниками Кристины отправляется в номер и ждут, пока явившийся охотник не угодит в ловушку сам.
Кстати, описание внешности господина Никто ничем не помогло. Высокий, сильно загорелый, а может даже и смуглый, лысый, как орех, с крупным горбатым носом. Цвет глаз неясен, так как не снимал круглых синих очков, упомянув о болезни глаз. Возможно, внешность настоящая. Возможно также, что солнце встает на севере, а садится – на диван. С такой же вероятностью.
* * *
Гостиница «Ушедший век» находилась не так далеко от Салона, на небольшой узкой улочке, одной из тех улочек, которые всегда можно найти даже в самом центре любого города, достаточно лишь чуть отойти в сторону от больших шумных улиц и широких проспектов.
Небольшое четырехэтажное здание со стенами песчаного цвета, с пышными цветами на небольших балкончиках под каждым окном, прихотливыми растительными узорами кованых балконных решеток, ажурным поясом охватывающих второй этаж и также увитых зеленью цветов. Над широкими окнами первого этажа висели черно-белые полосатые маркизы… нет-нет, не дворянки, а матерчатые навесы… почти такие же, только меньшие размером черно-белые тканевые козырьки защищали от солнца и окна номеров гостиницы. Козырек над входной дверью был сделан в виде плоской ракушки-гребешка.
От гостиницы так и веяло уютом и тихим вздохом об ушедшей эпохе. И еще создавалось впечатление, что она, гостиница, выглядит как бабушка, которая сидит в кресле и вяжет внучкам носки, при этом тихонько хихикает под нос, вспоминая, какой оторвой она была в молодости.
В приличной гостинице мужчину и женщину, не состоящих в браке, в один номер не поселят, верно?
Армо и два «серых» уже находились в засаде в номере «Ушедшего века», остальные, а именно – Кристина, Мюрелло, Череста и группа усиления в лице некоторого количества охранников, оккупировали широкий балкон второго этажа кафе, находящегося относительно неподалеку. Откуда наискосок через улицу были видны окна гостиницы и даже то самое окно на третьем этаже, за которым и находился засадный полк.
До времени появления господина по имени Никто оставалось несколько минут…
Три минуты…
Две минуты…
Одна…
Минуту назад…
Две минуты назад…
Пять минут назад…
Десять…
Пятнадцать…
- Либо господин Акун крайне непунктуален, либо что-то пошло не так, - подытожил Череста, когда знак успешного захвата – белая полоса ткани – или хотя бы неуспешного – голубая полоса – так и не появились в окне гостиничного номера.
 
- Вперед.
Он, с несколькими «серыми» выдвинулся в гостиницу, Кристина осталась за столиком, с бокалом легкого красного вина и тарелочкой жареных каштанов. Ну и с настороженным Мюрелло, который чувствовал, что все важные события сейчас происходят в гостинице, а он, хотя и занят важной миссией, хранит тело своей хозяйки, но мимо всего интересного как-то пролетает.
Кристина разжевала очередной каштан, мягкий, с ореховым вкусом, отпила глоток вина из пузатого бокала… И вспомнила.
- Мюрелло, Спектр оставляет свои визитные карточки?
- Да.
- Вот такие? – она извлекла из-за рукава подсунутую кем-то карточку.
Мюрелло вздрогнул. Осторожно взял карточку, прочитал написанное… И вздрогнул еще раз.
- Нет… - медленно сказал он, - Не такие… Совсем не такие.
- Тогда кто это приглашает меня на встречу?
Вопрос был риторический. Потому что Мюрелло явно знать этого не мог. Тем сильнее было удивление Кристины, когда он ответил.
- Один… человек.
- Ты знаешь, кто это?!
- Догадываюсь. Никому не говорите и… сходите на встречу.
- Мюрелло, ты хочешь, чтобы я пошла на встречу неизвестно с кем, одна, когда за мной охотятся как за черно-бурой лисой?!
Личный телохранитель опустил голову. И кивнул.
- Если вы будете не одна – он не придет.
Продолжение разговора прервало появление из дверей гостиницы Чересты с тремя «серыми». Тремя. А должно быть пять – плюс те, кто был в засаде. И нет Армо. И нет пленного.
Что-то произошло.
- Не говорите никому о записке, - быстро сказал Мюрелло, залпом допил вино и вскочил с места.
- Сидеть.
- Но…
- Сейчас они будут здесь и все расскажут. А разговаривать посреди улицы – не самая лучшая мысль.
Череста действительно появился через две минуты, бледный, кашляющий, глотающий какие-то таблетки чуть ли не горстями.
- Армо и наши люди мертвы.
Кристина до скрипа стиснула зубы и проглотила все рвущиеся наружу эмоции.
- Как. Это. Произошло?
- Отравляющий газ. Судя по запаху – карбонилхлорид. Дверь в номер была блокирована, - Череста бросал короткие отрывистые фразы, - Газ пустили из номера этажом вышел. Постоялец оттуда исчез. Они умерли в течение минуты.
  
Глава 16
 
Утром Кристина смотрела на свою шкатулку с набором волшебных пилюлей, как алкоголик – на утренний стакан с водкой. С одной стороны, если принять – станет полегче, с другой – в отдаленной перспективе ведет к… короче, ни к чему хорошему для организма не приведет. Хотя пилюли по действию и волшебные, хотя они сделаны по спецзаказу именно для нее и стоят столько, что лучше и не знать – побочки от принятия веществ, грубо вторгающихся в биохимию организма, никто не отменял.
 Вчера у нее был ОЧЕНЬ плохой день. Мало того, что ее пытались обдолбать возбудителями – так еще и потом не поиметь, а просто убить. Хотя нет, не просто: ее пытались отравить ядовитым газом, закачанным в гостиничный номер. Достаточно было ей войти внутрь – дверь блокировалась стальными штырями, и внутрь начинал поступать газ. Минута – и она мертва, а смерть от отравляющего газа, это не самая приятная вещь на свете. Она видела тела тех, кто попал в эту ловушку, двух ее людей, которых Кристина про себя называла «серыми» за излюбленные ими цвета костюмов, и соблазнителя-неудачника, Армо Дентеля. Покрывшаяся волдырями и язвами кожа, разорванные воротники – в последние мгновения, выкашливая собственные легкие, они пытались избавиться от удушья. Даже если успеть сообразить разбить окно – ты УЖЕ отравлен.
 
 Короткое расследование, проведенное Черестой до появления жандармов, показало, что за очередной попыткой убийства стоял… Правильно, Спектр.
 Он, нанявший в облике лысого смуглого типа Армо Дентеля, за несколько дней до этого снял в гостинице «Ушедший век» ДВА номера: номер, ставший газовой камерой и номер над ним. Сквозь дыры в полу верхнего номера были опущены штыри, блокировавшие дверь, сквозь просверленные отверстия был закачан карбонилхлорид, пустой баллон от которого так и лежал в верхнем номере. Да, Спектр явно не был белоручкой, как и трусом: в тот момент, когда засада находилась в номере, уже превратившемся в ловушку, он находился над ними и лично опускал штыри и открывал вентиль с газом. Действительно – кому попало такое не поручишь.