Синеока, что делать? (СИ)

* * *
Первую половину ночи Синеока спала «как убитая», прямо в одежде. Вчерашний день вымотал её, и она не замечала комаров, духоты и ночного пения птиц. Но под утро проснулась. Раньше в одежде спать ей не доводилось. Раньше и одежды-то у неё не водилось, лишь легкие почти невесомые туники. Дискомфорт от сдавливающих тело складок разбудил среди ночи. Синеока скинула с себя одежду и пошла искупаться в озере. Вернувшись, она постояла на крыльце, заметив краем глаза, как на неё пялится из Тойоты очнувшийся от небытия леший, и вернулась в кровать.
* * *
Утро выдалось тихим. Заливисто пели птицы, осторожно пробуждая лес и его обитателей. В пещерах берегини не слышали птиц… ничто не могло нарушить утренний сон. Теперь же они не были уверены, выспались они или нет?
Медленно, но верно берегини и берегины подтягивались к домику Синеоки, словно кто-то оповестил их об утренней планёрке. Потягиваясь, на крыльцо вышла Владычица. На крылечке сидел Шмель с корзиной ягод. Синеока, облачённая в одну рубашку, села на крыльцо рядом с ним.
— Ну что там у тебя?
— Клубника, голубика, костяника…
— Рассказывай.
— Лес наш вырубили. Землю вспахали. Могучий кедр, который веками хранил в себе магию, спилили. Вот в скорости соберут урожай пшеницы и корни его подрежут, чтобы вынуть из землицы нашей вовсе. Разошлись все. Я один остался. Куда податься? А тут голос твой, Владычица…
— Откуда знаешь, что я Владычица?
— Это знание в воздухе висит. Волшебством слова выписаны. Что это за место? И почему вы, подобно людям, в домах поселились?
Синеока вздохнула:
— А догадайся? На нашу землю тоже посягнуть захотели. Химический завод строить планируют. Но мы решили дать им отпор. И заявить права на Лисий Бор.
— Хотите воевать с людьми? — удивился леший.
— Хитростью взять хотим. Для этого у нас есть помощники из мира людей. Моя дочь Лилия. Она жила в людях с детства и Степан, отец Лавра. Так уж получилось, что Лиля без магии в мир пришла. А сыночку Лавру повезло. Не часто мальчики с магическим даром рождаются на свет. Я свела их вместе. Слава Богам! Такие удачные идеи приходят в голову не часто! Деревню построить они предложили. Зачаровать так, словно стоит она здесь сто лет. И неча на неё посягать! Развернём производство, чтобы показать насколько дорого им обойдётся покупка леса и всего нашего хозяйства. Покажем бумаги!.. Как думаешь, получиться?
— Кто знает? Может быть, и получится. Буду держать за вас кулачки. Сдаётся мне, что магических узлов, что не так много по миру разбросано, совсем почти не осталось. Пробовать нужно! Может, и правда бумаги помогут? Людям уже ничего не страшно. Не магия, ни драконы…
— Вспомнил! Драконов уже тыщу лет никто не видел. Всех повывели.
— Люди и повывели! Остались токма мы. Пока прячемся — живём, а выйдем на свет… и непонятно.
— А ну-ка перестань! Не хочу, чтобы ты зерно сомнения в меня заложил!
— Спросить хотел… Можно мне у вас остаться? А то не выживу ж?
— Как тебя зовут, добрый молодец? — смягчилась Синеока и и леший улыбнулся. Он и забыл уже, что молод и красив.
— Шмель. Люди мне даже фамилию придумали — Колос. Не веришь? Вот документы!
— Поздравляю тебя, Колос Шмель. Теперь ты не БМЖ, а гражданин Лисьего Бора, — ответил за мать Лавр, вдруг появившийся на крыльце. Знал, что Синеока не откажет.
Он подслушал разговор, стоя за дверью. Лешего ни каждый день увидеть можно, очень хотелось посмотреть и услышать его историю. Стоять рядом и глазеть было не очень удобно, но видя как Шмель относиться к Синеоке — как к госпоже, почувствовал и своё особенное положение. Встрял в разговор. К тому же в нём проснулся лидер. Он представлял себя ни много ни мало вождем племени… Будущим вождём.
— Прописку оформить не забудь! — снисходительно добавил он. А Синеока неодобрительно подняла брови и Лавр пожал плечами, извиняясь за неуместный тон. Шмель только глазами хлопал, сдержанно улыбаясь. Часть слов из человеческого лексикона были ему незнакомы. Хоть и прожил целый год в сарае у одного мужика из деревни.
 
Лешего нашли в лесу и приютили жители соседнего с Заимкой села. Обросшего и полуголого, с испуганными дикими глазами — его приняли за полоумного… Шмель не возражал. Старался держаться в стороне и редко вступал в разговоры с людьми, предпочитая проводить время на свежем воздухе. Работал пастухом или сторожем на полях…
«Активничать явно не в его стиле. Может, поэтому и профукал Кедровую заимку. Будь он поагрессивнее… поизворотливей… Могу ли я его судить? Сама не знаю, как бы поступила…» — задумалась Синеока, глядя на лешего.
— Лавр прав. Ребята помогут тебе устроиться, — она указала на берегинов. Те обсуждали этапы строительства дома нового типа. Рационализаторские идеи сыпались из них, как горох из дырявого мешка.
— Степан уже проснулся? Нам нужен он и Лилия.
Синеока воззрилась на Лавра, но он только пожал плечами и посмотрел на часы. На часах было не много ни мало пять часов утра. В такое время и берегини то обычно спят, а люди в отпуске тем более…
— Может, не стоит их будить? Такая рань!
— Нужно разобрать вчерашние покупки.
— Так это и я смогу, — радостно ответил Лавр. — Если это, конечно, человеческие покупки…
Он был уверен, что покупки сделаны в городе. Потому что лежали в машине, и ещё потому, что… феи ничего не продают и не покупают. Он открыл дверь автомобиля и увидел внутри складскую пещеру.
— Ого!
— День был длинный, и я подзабыла, что для чего вы используете.
— Проще простого.
— Можно и мне? Я тоже немного могу помочь.
— Конечно, Шмель! — обрадовался Лавр. Поднимать и переносить некоторые предметы потяжелее ему самому было не с руки.
— По некоторым вещам легко догадаться, для чего они предназначены. Вот, например, это… — он достал из пластикового пакета, в котором лежали различные принадлежности для кухни, чеснокодавилку и показал её любопытной публике. Берегини собрались у машины по просьбе Синеоки посмотреть и обсудить: нужны им человеческие вещи в домах или нет. А если нужны, то какие? В толпе воцарилось молчание, и чеснокодавилка пошла по рукам.
Одна из берегинь, державшая в руках горсть ягод, экспериментируя, засыпала несколько в давилку и сомкнула ручки. На её розовое платьице струйкой побежал малиновый сок, и она, уронив чеснокодавилку, отпрыгнула от не как от огня.
— В принципе, она права. Но обычно в ней давят чеснок.
— Спасибо, Лавр. Чеснок мы используем крайне редко. Но мне понравилась эта вещица как таковая. Ей же можно и орехи давить?
— А то! Я давил. Но дверью выходит лучше, — засмеялся Лавр.
Первым номером по домикам растащили кастрюли, сковородки и постельное бельё. Готовые шторы в шуршащих пакетах сразу разобрали на создание платьев. Стулья, обитые жаккардом, остались у Владычицы, но она одобрила заказ от желающих ещё на двести стульев, и сорок четыре кресла.
Проснувшись, Лиля даже позавтракать не успела. Жизнь в Лисьем Бору давно бурлила, и Синеока, не спрашивая готова она или нет, немедля посадила её на заказы. С неохотой расчехлив свой рабочий ноутбук, Лиля открывала один интернет-магазин за другим. Берегиням очень понравились белые круглые столы, затейливые диванчики в стиле рококо, шторы, полосатые коврики и ковры побогаче. Но самым интересным предметом во всей этой неразберихе оказался ноутбук. В конце каждого списка «клиент» тыкал пальцем в её ноут и говорил: «И такой».
— Я запишу. Но заказывать не стану. Нужно посоветоваться с Владычицей. Это не тот предмет, без которого трудно обойтись в хозяйстве. Поверьте, сейчас мы всё закажем, а потом он будет вам совершенно не нужен.
— Лиль, когда освободиться ноут? Он мне очень будет нужен, часиков так в пять, — спросил, как назло, в этот момент заявившийся Лавр. — Хочу показать пару финтов Виолке.
— Лавруша. Не стоит подсаживать её на инет, — сквозь зубы прошипела Лиля. А берегини, поставив руки в боки, посмотрели на неё угрожающе.