Анахорет (СИ)

Пожалуй, следовало подумать о центральном отоплении в домах, за счет воды из горячих источников.
  
Глава 24
 
День 93 
— Ровнее! Ровнее спину держите! - покрикивал Кассах на бегу.
"Новобранцы", добровольные и не очень, пыхтели и старались, но выходило не очень. Деревянные ведра на деревянных же коромыслах раскачивались, расплескивали воду прямо на разгоряченные бегом тела. Тренировка проходила с ругательствами, возгласами, паром в воздухе от тел и дыхания.
— Кто разольет всю воду, потащит заново!
Мокрые парни и мужчины вздрагивали, бежали, пыхтели, развивали выносливость и "внутренний жар", как его называл Кассах. По сути, это была просто методика внутренней концентрации, которых на Земле встречалось много. Расцвет их пришелся на времена родов и сил крови, когда обычные люди закаляли дух, пытались сравняться с одаренными, а те, в свою очередь, за счет концентрации усиливали дар.
Потом все это ослабло, но никуда не делось и даже обрело второе дыхание с рассветом цифровых сервисов, сети, ломщиков и прочих виртуальных дел. Умение концентрироваться разумом, не телом, все же требовало крепкого тела и да, умения концентрироваться, пусть это и звучало тавтологией. 
— Враг! - вдруг гаркнул Кассах.
Бежавшие пытались выхватить оружие, роняли ведра, едва не ранили друг друга и Ириния, наблюдавшая со стороны, возмущенно цокала и размахивала корзинкой, наполненной какими-то подозрительными грибами. Наверняка, только спроси ее и оказалось бы, что грибы лечебные, поэтому Олег не спрашивал.
— Простудятся, - с какой-то непонятной интонацией сказал Бартан.
— В этом весь смысл, в таких делах заранее не изготовишься, - пожал плечами Олег.
Он и Мург как раз обсуждали "дорогу" до Тобалги, раз уж все равно натоптали туда тропинок, так чего месить грязь? Пусть необходимость таскать воду и стирать в Тобалге отпала, но все равно туда ходили рыбачить, да и на тренировки бегали. Не только бойцы Кассаха, но и просто люди присоединялись, повторяли упражнения на концентрацию, чтобы противостоять давлению нежити.
В идеале следовало бы сделать прочную долговечную дорогу, но в то же время Олег понимал, насколько это глупо и избыточно. Зачем сотне людей автомагистраль? Тем более, когда рабочих рук не хватало? Возможно, следовало устроить ледовую магистраль в арыке, катиться до самой Тобалги… правда, что потом, когда люди слетели бы в воду? М-да.
— Кому совсем плохо, тех в горячие купальни загоним, - добавил Олег, - но Кассах свое дело знает.
— Купальни, вот, - обрадовался Бартан. – Хотел о них потолковать, то есть не о них, конечно, тар, вы уж извините, не обучен складно говорить.
— Главное, что за дело переживаешь, - ответил Олег, хмурясь. – Что с купальнями не так?
— Не всем там уютно, под скалой-то. Кассах, конечно, подтвердил, что бадрасов там нет, но люди волнуются. Храм бы еще какой, а, святилище хотя бы, пусть и плохонькое? Может, священник к нам выйдет? Ну или вы, тар, провели бы молитву или назначили священника, авось людям и стало бы легче?
Олег ощутил укол вины и разозлился сам на себя. Когда он здесь селился, то рассчитывал только сам на себя! Ни о какой более чем сотне беженцев и речи не шло, не говоря уже о новых поступлениях! Вчера появились еще, без нежити на хвосте, но все равно, находящиеся при смерти от прошлых ран и усталости. Сейчас эта семья (если Олег не ошибся) валялась в его пещере-лазарете, но где одни, там и вторые, и третьи, и десятые. Поток мог прекратиться только по одной причине: мертвяки нашли и убили всех живых, что тоже не радовало Олега.
— Храм мы сами срубим, вон и башня уже заложена, - неправильно понял его молчание Мург. – Да и разговоры всякие сразу прекратятся.
— Разговоры?
— Простите, тар, - вздохнул Мург, - так вы тут в одиночку и варгахов побили, и феллахов, и нежить!
То есть мысль о том, что он великий храмовник, им даже в голову не пришла, раздраженно подумал Олег.
 
— Кто-то, конечно, говорит, что вы настоящий святой, - продолжил Бартан, словно подслушав его мысли, - и храм вам ни к чему, вы не только сражаетесь, но и исцеляете наложением рук! Но вы же знаете людей, хлебом не корми, дай какую гадость сочинить! Даже против тех, кто их спас!
О да, Олег это отлично знал, хотя и не стал вспоминать земное прошлое вслух. Мысли о том, что его опять считают баомеро – раздражали. Святой? Целитель? Откуда? Это тоже раздражало.
— Вы, конечно, тар, да Кассах за вас, мо Ириния, но священник не помешал бы.
— Где ж я им возьму священника? – невесело вопросил Олег.
— Может, назначить?
— Ты молитвы знаешь, Бартан? Как обряды проводить?
— Нет, - отшатнулся тот.
— И я не знаю, - признался Олег. – А храм… храм поставьте, конечно, я помогу, только нужно будет чертеж сделать, форму и прочность прикинуть. Кому храм?
— Храм без священника – это кощунство! – твердо заявил подошедший Кассах. – Нужно ставить святилище, место, куда каждый сможет прийти и вознести молитву богам, богу, который ему более угоден!
— Вот, да, - с облегчением в голосе указал Бартан. – Святилище.
— Хорошо, сделаем святилище, - покладисто согласился Олег.
То, что главным там надо сделать место для молитв Сотару, тоже возражений не вызвало.
Олег рассматривал самодельный чертеж, прикидывая, как бы все изображенное там совместить с подачей воды из скалы. Открытое здание, вписанное в склон скалы, но выходящее в лес, выше домов, оно могло прикрыть собой текущую воду, чтобы та не замерзала сразу зимой. Крышу над головой и кусок биомассы получили уже все, раненые почти все вылечились, следовало двигаться дальше.
— Получен шифрованный сигнал, - вдруг шепнула Имма. – Это устройство, выданное Даруну Цоту.
— Что? - чуть не подпрыгнул Олег.
Разумеется, он не объяснял лесовику всего, но в то же время решил довериться сильнее обычного. Дарун, кажется, искренне переживал из-за той промашки с пробуждением короля-лича, и готов был на многое, чтобы ее исправить. Поэтому Олег вручил ему своеобразный кистень, из особо прочной стали в грузике на кастеновой нити. При правильном использовании - а Дарун умел работать кистенем - такая нить могла резать нежить, как бумагу.
Впрочем, самого лесовика она разрезала бы еще легче и быстрее.
Также Олег вручил ему этот передатчик, попутно указав несколько мест, где Дарун смог бы особо привлечь его внимание (о миниатюрных видеокамерах Олег рассказывать не стал, конечно). От Даруна требовалось только сжать передатчик, подавая сигнал, и лесовик посмотрел тогда странно, но ничего не стал говорить о магии, честивой или нечестивой, просто кивнул и обратился вслух к богам, чтобы до такого не дошло.
Похоже, боги оказались глухи к его молитвам.
— Я же не верю в богов, - проворчал вслух Олег, наблюдая за картинкой.
Не только ради Даруна, но и для лучшего контроля местности, он пошел на траты добавил не просто датчики движения, но камеры, увязал их с ретранслятором на верхушке скального выступа. Да, Олег не верил в богов, эпоха, когда правили силы крови и рода, владевшие ими, изрядно подорвали веру во всем мире. Поэтому Олег опять испытал раздражение из-за собственной слабости, ведь обращение Даруна было лишь пустыми словами для него, так чего же сам Спицын вел себя так, словно поверил в них? В чужие слова? В существование богов?
Каждый раз, когда Олег верил чужим словам или надеялся на чужую силу, происходило что-то плохое.
— Как сейчас, - нахмурился он.
Он не знал местной письменности и подозревал, что Дарун тоже. Но лесовик - окровавленный и вернувшийся один! - не растерялся и просто поведал вслух, а также начертил чем-то вроде угля на камне несколько картинок. Армия нежити находилась неподалеку, в лесах и она преследовала кучу живых, которые бежали в сторону Бесплодного Кряжа.