Любовь не предусмотрена договором (СИ)

— Пошли, — бесцеремонный барс схватил меня за руку и потащил за собой. — Что ты делала в этом коридоре?
— Как что? — О, это был мой звёздный час. — Ты же сам велел проводить меня в выделенную комнату. А там под окнами такой чудный розовенький рододендрон растет. Всё замечательно. Только сумку свою так и не дождалась и пошла разыскивать.
— Розовенький, значит, — с напряжением и неудовольствием повторил за мной мужчина. — Под окнами…Хорошо, я с этим разберусь. Виктория! Спешу тебя обрадовать. Ты спишь в моей спальне.
Сказанное было произнесено таким тоном, словно это была величайшая честь для любой, а уж для человечки и подавно. Я выдернула руку из хватки, остановилась и уставилась в карие глаза, которые смотрели на меня с налетом надменности и превосходства.
— Этого не… не может быть! — вывернулась я из щекотливого положения, решив ткнуть договором. И в ту же секунду почувствовала, что у нашей перепалки есть свидетель. Возможно не один, но кто-то стоял за спиной ласса Алвара. Тот, кого мне не видно, но кто не скрывал своё присутствие. — Мне нужна отдельная спальня. Дорогой, ты же не против!
Для убедительности собралась положить руку на грудь мужчины и тут же сжала её, не донеся до собеседника. Пожалуй, не стоит переходить черту, потому что это не человек. Оборотень. Изменённый. Тот, кого я опасалась и старалась обходить стороной. Этот жест не укрылся от Дарема, мгновенно нацепившего на лицо язвительную маску.
Мне не понравилось, какими глазами на меня смотрел снежный барс, и чувство самосохранения потребовало, чтобы я отступила. Куда там! Всего полшага удалось сделать, как ласс дёрнул меня за плечо, впечатав в свое натренированное тело:
— Ты будешь слушаться меня, поняла? Виктор-р-рия, — произнёс мужчина мне на ухо и… Ведь хотела воспротивиться. Антипатия к изменённым, она въелась в каждую клетку моего организма и её не прошибить. — Иначе накажу.
Вот опять он про своё. Открыла было рот, чтобы съязвить про плётку, а потом промолчала. Не стоит провоцировать того, в чьей власти находишься. Кто знает, насколько далеко заведёт фантазия Дарема.
— Пошли, — скомандовал наниматель, снова схватив меня за руку…
Как я и предполагала, у нашей сцены был свидетель. За спиной оборотня топталась та самая горничная в униформе. Она делала вид, что смахивала пыль подоконника. Неприятное чувство шевельнулось в моей груди, а интуиция редко ошибалась. Можно было открыто поинтересоваться у ласса, не спал ли он с этой женщиной, но заигрываться не хотелось. А в качестве мелкой мести…Признаться, меня она не интересовала. Ну стоит у окна, шипит втихомолку. Сцеживает яд в горшок с цветами.
Однако ласс провалами памяти не страдал. Он запомнил, с кем я уходила, и не промолчал.
— Кто приказал поселить Викторию в комнате для прислуги?
От слов оборотня разило холодом, даже мне стало неприятно. Похоже, с Даремом шутки были плохи, а может быть, он их совсем не понимал. В любом случае я сейчас была солидарна с лассом, хотя прекрасно понимала, эта гадина будет мстить и не ему, а мне. Дурная натура, она бывает не только у оборотней.
— Невеста вашего брата, — сглотнув, ответила женщина. На меня она не смотрела, на главу клана тоже. Так и стояла, опустив голову и разглядывая носки своих туфель.
— Невеста, значит, — процедил Дарем и улыбнулся. Нехорошо так.
Я невольно вздрогнула, уловив блеск сверкнувших зубок. Разница между обычными людьми и оборотнями снова показалась мне колоссальной.
Ох, шеф, и на что вы меня подписали? Где справедливость? Поверю в неё, как только выберусь с этого острова живой, и с погашенной ипотекой. А ещё отпуск, он тоже пусть будет. И не на острове.
— Ступай, — сквозь зубы процедил ласс и снова потянул меня за собой.
Я не стала сопротивляться, только успевая переступать ногами, чтобы не упасть. И что за мода, таскать меня как котёнка? Быстрым шагом мы преодолели коридор, лестницу, затем снова коридор. Рассматривать стены и обстановку я даже не успевала. А когда очутились перед дверью, сердце в очередной раз подсказало, что это точно не гостевые комнаты. Подтверждение я получила очень скоро, едва мы оказались отрезаны ото всех.
 
  
Глава 6
 
Просторное помещение было обставлено небольшим количеством мебели: пара светлых кожаных диванов, огромная плазменная панель, стеклянный столик, квадратные пуфики и аквариум, в котором плавали рыбы. На полу раскинулся ворсистый ковёр и я была уверена, что он натуральный. Всё было довольно симпатично, кроме нашей цели прихода сюда.
— Располагайся, — коротко произнёс оборотень и сбросил мою сумку сплеча на пол.
В словах, позе изменённого проявлялось напряжение и предусмотрительный человек наверняка бы промолчал. А у меня договор, но главное, собственная гордость требовала определенных действий.
— Что, прямо здесь? — поинтересовалась я, сложив руки на груди и не двигаясь с места.
На лице мужчины отразилось недовольство, а зрачки расширились.
— Ты будешь спать здесь. — Слова были произнесены тоном, не терпящим возражение. От того показного внимания, что в присутствии гостей проявлял ко мне снежный барс, не осталось и следа.
— Я не давала согласие спать в одной комнате с посторонним. Это нарушение моего личного пространства.
Снова провела между нами черту, ни на минуту не забыв, кто передо мной. Наниматель, тот, кто при случае прихлопнет меня как муху и не поморщится.
Меня не удивляла наглость главы клана, она у них в крови. Это как цвет волос, с которым ты рождён. Раздражало понимание, что самоуверенный тип считал себя вправе распоряжаться даже такой мелочью, как моя собственная комната, спальня, кровать.
— В договоре нет такого пункта, — немного резко парировал мужчина, не скрывая ни своего дурного характера, ни отсутствие настроения.
К уже перечисленным признакам недовольства я заметила, как на шее Дарема пульсируют вены, разнося бешеный кровоток. Не повезло мне оказаться с оборотнем в одной комнате, это было сродни свиданию в клетке с тигром. Жутко и понимаешь, что он вовсе не человек и ты для него всего лишь досадное недоразумение. Неприятное настолько, что изменённый не способен скрыть недовольство.
— У нас приличное агентство, а не бордель! И я не из эскорта! — фыркнула, сдержавшись, чтобы не топнуть ногой. 
— А мне плевать, — несколько грубо отозвался барс и шагнул навстречу.
Знаю, нельзя бежать от зверя, даже если понимаешь, что он загоняет тебя в ловушку. Охотничий инстинкт, он есть даже у котят, а тут целый взрослый самец с прескверным характером, испорченным властью.
— Я сказал, будешь спать здесь, значит будешь. А если нет, то сейчас же прикажу вышвырнуть тебя с острова, а агентство понесет колоссальные убытки из-за неисполнения контракта.
Наверное, это было слишком самонадеянно, но руки сами сжались в кулаки, хотя интуиция вопила спрятаться или бежать, а ещё лучше накрыться медным тазом и кричать, что я в домике. От понимания, что этот монстр так и сделает, а у меня так вообще не будет шанса в будущем нормально трудоустроиться (если не считать потерянную квартиру), сводило скулы.
— Но я не против выполнять то, что прописано в договоре!
— Вот и выполняй. Там есть пункт безоговорочно слушаться моих распоряжений, — напомнил барс.
— В разумных пределах!
— А кто сказал, что они неразумны? — зло хмыкнул оборотень, подхватывая меня под мышки и приподнимая, да так, что ноги не достали до пола. Я болтала ими и стучала пятками по стене. — Изображаешь подружку, изображай до конца.
 
Даже пикнуть не успела, как оказалась зажатой между горячим телом и стеной.
— Виктор-р-рия, чего же ты такая несговорчивая, а? — Оборотень провёл носом по моей шее от уха к ключице. Зачем-то лизнул по тому же маршруту, но в обратном направлении. — Вкусная... Сладкая... Виктор-р-рия.
— Отпусти! — возмутилась, попытавшись вырваться из стальной хватки Дарема.