Как свести с ума дракона или выжить несмотря ни на что (СИ)
— Ты словно маленький ребенок, который до сих пор верит в розовых пони, — заметил маг, отрывая от круглой булочки небольшой кусок, — у меня сейчас возникло стойкое ощущение того, что этих пони очень много… целое стадо… Как ты смогла выжить в своем мире с таким мировоззрением?
— Не совсем понимаю, о чем ты, — слышать подобное было обидно, но в чем-то Роэл был прав. И кажется я даже знаю, в чем именно — Альт мне неоднократно про мою наивность намекал.
— Ты слишком добрая, — совершенно серьезно сказал маг, отрезая острым ножом кусок масла и размазывая его по белому хлебу. Вначале он отдал его мне, а потом и себе сделал такой же бутерброд, пододвинув на середину стола ломтики сыра, — не думаю, что законы “сильнейших” как-то отличаются, так что в твоем мире наверняка слабым тяжело живется. Мне кажется, что ты чересчур доверчива и невероятно наивна. Тебя очень легко обмануть, но на твое счастье интуиция у тебя развита и ты все же получаешь своеобразные сигналы от людей, правда, не всегда правильно их воспринимаешь.
— Возможно, — сыр в этом мире оказался очень вкусным. Сложно описать отличия, честно, но просто тут он словно настоящий. Не покупной, сделанный непонятно из чего, с добавлением пальмового масла и прочей дряни, а натуральный, будто вот совсем недавно коровка дала молочко и уже сейчас я вижу плоды человеческих трудов на небольшом блюдце. Даже запах отличается! — ты не первый, кто обо мне так говорит и я действительно очень доверчива и в каком-то смысле наивна и… И я не жду от каждого человека удара в спину. Просто потому что сама так не делаю, а мы ведь судим по себе. Я хоть и не идеальна и у меня тоже есть море недостатков, но честно говоря я люблю свою наивность и доброту. Точнее не так — я просто люблю себя такой, какая я есть. Вот и все.
Наступило молчание. Мой личный надзиратель налил мне в стакан молока, заметил мое кривое лицо и вновь рассмеялся, как будто недавняя ситуация с сывороткой правды может вызывать какие-то теплые воспоминания.
— Не отравлено, — тихо заметил Роэл, — давай я первый выпью.
— А вдруг ты противоядие уже выпил!
— Хм, быстро все схватываешь… Молодец, но оно правда не отравлено. Мне это не выгодно, тебе сегодня и так достанется от правителя и без моего участия. Так что пей, тебе понадобятся силы, — я невольно взяла стакан молока, тяжело вздохнула, осознала, что травить меня сейчас действительно не выгодно и сделала большой глоток, — и как ты выжила… Не понимаю… А вдруг отравлено? С чего ты взяла, что я говорю правду? А если мне приказали тебя убить и пока ты будешь корчиться от боли решать — ведьма ты или нет?
Подавилась ли я после этого? Нет. Просто потому, что мне уже было все равно. Вместо очередной порции удивления, я лишь обреченно допила молоко до конца, заела горе овсяной кашей и тихо проговорила:
— Ты когда врешь, у тебя кончики ушей краснеют. Еле-еле, совсем чуть-чуть.
— Не правда, — серьезно заметил маг, — это происходит не тогда, когда я вру, а когда мне приходится делать то, что я не хочу делать.
— А почему тогда они сейчас покраснели?
— Потому что мне нужно отвести тебя к Дарэну, а я не хочу этого делать. В любом случае, я надеюсь, что ты найдешь в себе силы и не сдашься под натиском. Кстати, молоко не было отравлено, но я в него все же кое-что добавил. Не смотри на меня так, я же твой надзиратель. Мне положено тебя испытывать… Не бойся, это зелье немного успокаивает и сбавляет эмоции, уменьшает волнение, позволяет мыслить здраво.
— Валерьянка, что ли? — я когда экзамены в институте сдавала, частенько баловалась ей, уж очень она помогала.
— Понятия не имею, я не знаю, что это слово обозначает, — Роэл лишь пожал плечами, но услышав объяснение, добавил, — да, похоже на то, что ты описываешь. Успокоительное средство. Пара капель и ты словно в эмоциональном тумане. Как ощущения?
Я замерла за столом, внезапно осознав, что волнения больше нет. Знаете, это словно вулкан, готовый прямо сейчас взорваться, полили сверху тонной воды и закидали огромными айсбергами — внутри еще что-то бурлило, но вот снаружи будто покрылось непробиваемой защитой. Появилась уверенность в себе и спокойствие, осознание того, что любая встреча сейчас для меня пройдет просто идеально. А так же эмоции… Они стали чище, направленней и… Боже…
При взгляде на Роэла, я ощутила тот самый укол в самое сердце… тот самый, от которого потом плохо, начинается влюбленность, проблемы и прочая гадость! Какого черта? Почему именно сейчас? Хотя это логично, Гирман ведь мне понравился… И Роэл сейчас встал на мою защиту, хоть и не понятно до конца — зачем, но ведь защищает же… Нет-нет-нет!
Вновь взгляд на Роэла…
Да ну вас всех! НЕТ! Не верю, с чего вдруг? Ну нет же…
— Не подействовало? — с сомнением поинтересовался маг, наблюдая за буйством с моей стороны, — вроде же все верно смешал.
— Подействовало, — рыкнула я, — все подействовало!
Гирман… Чтоб тебя… Точнее Роэл! Ну за что мне все это?
— Можно мне кое-что спросить? — я все же пыталась успокоиться, но очередной вопрос мужчины вывел из себя. Не знаю, что за зелье он мне добавил в молоко, но от него стало только хуже. Я как всегда утвердительно кивнула, заедая стресс булочкой, — ты одна? Я имею ввиду, ты замужем или… или может…
— В разводе.
— Как это? — ого, у них тут что, разводов нет? Бедные люди!
— Это когда ты понимаешь, что рядом с тобой находится не твой человек и вместо того, чтобы тратить свое драгоценное время впустую идешь к специальным людям, которые вас разводят и все, вы оба свободны друг от друга.
— И вы по этой причине разошлись? — пришлось рассказывать. На самом деле мне не хотелось ему открываться, но то ли вчерашняя сыворотка правды, то ли сегодняшнее молоко с валерьянкой, то ли просто так звезды сошлись — я спокойно, без эмоции, с расстановкой рассказала о том, что совсем недавно происходило в моей жизни.
Роэл внимательно слушал, но всякое упоминание Сергея вызывало в нем дрожь — его руки еле заметно дергались, сжимались в кулаки.
— А ты? Ты был женат?
В конце концов, мне ведь тоже любопытно, что происходило в жизни этого человека.
— Нет, я дал себе обещание, что в этом мире у меня не будет семьи — ни жены, ни детей. Я не хочу, чтобы они жили во тьме, а мир наш уже ничто не спасет.
— Но если все изменится? Если найдется тот, кто сможет свергнуть власть? Ваш мир жесток, но неужели действительно некуда идти? Негде спрятаться и просто жить?
— Негде, — Роэл покачал головой, — я думал об этом тысячи раз, я часто хотел сбежать, но всякий раз находил на своем пути человеческую низость, эльфийскую ярость и прочие прелести этого мира. Понимаешь, Саша, мы все погрязли во тьме и я не представляю, что нужно сделать, чтобы отмыть его от грязи.
Я скривила лицо, потому что не верила, что в огромном мире нет лазейки к счастью. Выход есть всегда, из любой ситуации — было бы желание!
Ох, как же я ошибалась…
Слышать от Роэла слова об одиночестве было неприятно. Вначале я думала, что он говорил неправду, но потом в очередной раз встретилась с ним взглядом и сомнения развеялись — он не хочет семьи. Точнее не так — он хочет ее настолько сильно, что не может подвергать ее такой опасности. Мне пока сложно понять и принять эту идею просто потому, что я не знаю ни сам город, ни тех, кто у власти — ничего! Но сегодня предстоит шанс все выяснить… Главное, сделать все правильно и не выдать себя.
— Нам пора собираться, — слова эти дались ему с трудом, — я принесу тебе твое платье, как будешь готова, позовешь.
Мне больше ничего не оставалось, кроме как последовать приказу и уйти в отведенную комнату.
Платье действительно лежало на кровати — чистое, выглаженное, белого цвета. Ткань льняная, с еле заметной вышивкой белыми нитями по всему подолу — этакий славянский стиль, но без элементов красного и рукава были простые, не фонариками. В этом мире так ходят? В принципе я любила такой стиль в одежде, в нем ощущаешь себя комфортно, платье не сковывает движение и если что, можно дать деру или врезать со всей дури.