Красная королева (СИ)
— Кто бы мог подумать, дорогая Элен, что материнство творит такие чудеса! Из миленькой простушки-принцессы вы, моя королева, превратились в потрясающей красоты и редкого ума женщину. Конечно, в постели ум не особенно нужен, — ухмыльнулся король. — Но, признаться, дорогая, в остальное время я нахожу беседы с вами очень увлекательными и не лишенными приятности.
Тема эта не была для меня новой, а думы передуманы сотни раз. Я понимала, что рано или поздно мне придется переспать с ним. Я долго готовилась к этому, ища лазейки, чтобы оттянуть неприятный для меня момент. Но всему приходит свой срок.
После родов, может быть, из-за того, что я старалась питаться более правильно и равномерно нагружать тело, которое с благодарностью откликнулось на мою заботу, но регулярный цикл установился у меня уже после четвертого месяца. По сути, Ангердо ничем не отличался от тех мужчин, с которыми я периодически встречалась в своем прежнем мире для здоровья. Так что с его постелью я смирюсь.
Главным моим страхом была беременность. Рожать еще раз я категорически не хотела, учитывая уровень местной медицины и возможные лекарства, которыми меня будут лечить. Я просто боялась оставить Александра сиротой.
Когда я переживала о том, что мои фрейлины даже не пытаются держать в секрете мою интимную жизнь, я не упоминала о том, что это работает и в обратную сторону. Так что о своем собственном муже в данный момент я знала все.
По местным меркам Ангердо — великолепный самец. Он глуповат, несколько капризен, но при этом щедр и чистоплотен. Достаточно того, что каждый шестой день недели король принимал ванну, потому что утро воскресенья он посвящал делам духовным. Это именно ему принадлежала фраза: «в чистом теле — чистая душа».
Он не извращенец, что уже само по себе благо. Более того, Лисапета не первая его любовница, а языки у фрейлин длинные. Так что о привычках короля в постели знает весь дворец. Конечно, противно ложиться в койку мужа после его девок, но и выбора у меня нет. Стоит побеспокоиться, чтобы хотя бы белье было чистым, а в остальном переживу.
Собравшись с духом, я ответила:
— Я скучала без вас, муж мой, — потом, стыдливо прикрыв глаза, ласково погладила его по щеке. Он поймал мою руку, нежно поцеловал ладошку и спросил:
— Когда, Элен?
Поскольку к этому разговору я готовилась и аккуратно вела лунный календарь, то назвала максимально безопасный для зачатия день. Конечно, стопроцентной гарантии календарный метод не дает, но так у меня будут хоть какие-то шансы избежать беременности. Кроме того, мне важно было, чтобы король в этот день был чистым. Именно потому мой выбор пал на следующую субботу.
— Я приеду к вам, мой король, к тому времени, как вы закончите свое омовение. Предупредите слуг…
До нашего свидания еще оставалось девять дней, и я собиралась побеседовать с мадам Менуаш. Возможно, что-то полезное сможет подсказать и она.
* * *Когда я возвращалась из королевского дворца, настроение было исключительно поганым. Именно поэтому я приказала ехать не прямо в Малый Шаниз, а сперва в деревню. За это лето крестьяне попривыкли к моим посещениям и не испытывали больше такого страха. Радости от моих визитов, правда, тоже не испытывали.
После первого визита я приказала на свои деньги купить несколько десятков коров и целую отару овец, которых и раздали в самые бедные семьи. Уговор с крестьянами был такой: они кормят живность, а половина молока идет на кухню Малого Шаниза.
Поскольку сам комплекс королевского охотничьего домика возводился довольно давно, те самые странные башенки, до которых у меня не дошли руки в первое лето, очень пригодились. Изначально эти башни были голубятнями. Там содержали птицу для развлечения придворных. Только малая часть голубей была почтовыми, остальные служили дамам и кавалерам мишенями при стрельбе из лука. Слава всем богам, что мода на такие игрища прошла.
Теперь одну из башен, самую удаленную от основного здания, перестроили в будущую сыроварню. Туда крестьяне и сдавали молоко. Кухня Малого Шаниза обходилась королевской казне в весьма существенную сумму, и я хотела, насколько возможно, сократить расходы. Чем меньше я буду получать денег от казны официально, тем дольше смогу держать детей подальше от королевского двора. А сколько я смогу вытянуть неофициально, это никого не касается.
Завидев меня, крестьяне по-прежнему падали на колени, но уже не испытывали той паники и страха, как в первый раз, и поднимались с колен сразу, как только я позволяла.
— Шеппард, как идет дело с расчисткой местности?
Все в той же заботе о сокращении расходов я приказала расчистить небольшой кусок весьма чахлого леса, отдав тощие деревья на дрова крестьянам. Я собиралась высадить там фруктовый сад. Да, первый урожай будет еще не завтра. Но если вспомнить о том, что скоро начнут набирать учеников для военной школы дофина, то через несколько лет этот сад окажется спасением.
— Пилють, вашвеличество! Как только я обсказал, что дрова разрешили по домам разобрать, так желающих хоть отбавляй и появилось.
— Шеппард, не забывай, что все пни нужно будет выкопать. Потому внимательно следи, чтобы работы распределялись справедливо. Понимаешь?
— Как вы пожелаете, вашвеличество, так всенепременно и сбудется!
Я еще немного побеседовала со старостой, а потом вернулась домой к ожидающим меня детям. Забот у меня теперь хватало, но они — главное в моей жизни.
И надо пользоваться случаем — раз уж Ангердо обещал позволить завести Александру потешные войска, нужно думать о том, как обустроить жилье для мальчишек. Требуется решить, что будет дешевле: камень или дерево. Кому поручить это строительство и как еще можно будет снизить расходы на питание. Теперь капитан Ханси стал моим постоянным собеседником. Мы довольно много сидели над картой местности, обсуждая, где и как лучше начать строительство.
— … нет-нет, ваше королевское величество. На карте не видно, но вот в этой местности небольшое болото. Климат здесь не очень здоровый: курсанты начнут болеть.
— Хорошо, капитан Ханси. Где, по вашему мнению, будет лучше?
Подходящее место для будущей школы нашлось примерно в полукилометре от деревни. Капитан лично ездил на разведку и даже брал с собой королевского лесничего. Вернувшись, он подробно докладывал мне:
— Почва очень каменистая, идет под уклон. Эти же камни можно будет использовать на строительство первого этажа, а второй уже из дерева ставить. Я, ваше королевское величество, не слишком разбираюсь в строительстве, — извиняющимся тоном сказал он, — но такие дома видел. Считается, что они теплые и надежные. А главное: рядом с этим местом протекает ручей с хорошей водой. И на кухню понадобится, и коней поить. Вот, в общем-то, и все, что я могу сказать.
— Благодарю вас, капитан. Вы свободны.
Оставались сущие мелочи: начать и кончить! А еще придумать, где раздобыть денег на все, что необходимо.
* * *После первой ночи, проведенной с мужем, я чувствовала себя как выжатый лимон. Не так-то и просто оказалось преодолеть отвращение к мужчине, которого искренне презирала. Необходимость демонстрировать нежность и покорность, а так же элементы страсти — выматывала не меньше тяжелой физической нагрузки. В следующий раз попрошу вина.
А потом, все же, придется привыкать. Это — плата за допуск к детям, за некоторую защиту, за возможность, пусть и очень медленно, менять свою жизнь. Потерплю…
Глава 40
В середине лета в порт вернулись корабли, сопровождавшие экспедицию. Надо сказать, что особого интереса доклады капитанов не вызвали. Да, новый материк, да, множество новых возможностей: дерево, полезные ископаемые, новые растения и животные. Но плавание в одну сторону занимало почти сорок дней. На пути было какое-то не слишком удобное океаническое течение, а главное, на материке не было людей.
Поэтому купцы, которые захотели бы торговать с новыми землями, все не обнаруживались. Точнее, они еще не знали, что конкретно можно привезти с новых земель. Возможно, были какие-то мелкие частные инициативы, но известно о них мне так и не стало.