Тренер (ЛП)

Он ухмылялся. Это было сексуально.
Мой взгляд упал прямо на его рот. Я хотела поцеловать его снова. О, черт. Не смотри туда. Мой взгляд упал на его грудь.
Она была широкой. Есть ли у него сейчас волосы на груди? Я не могла вспомнить, были ли у него волосы на груди в колледже. Странно, учитывая, что я помнила все остальное о Форде Эллисе. Мне нравились волосы на груди.
Почему я думаю о волосах на груди? Верно. Потому что я смотрела на его грудь.
Я подняла свой телефон, проведя пальцем по экрану, чтобы разблокировать его. Поскольку это было самое безопасное место, я приклеилась взглядом к экрану.
— Мне нужно идти.
— Миллс, — сказал он, когда я обошла его со словами:
— Увидимся позже.
Мне нужен был мой ноутбук для следующей встречи, но он остался у Форда, когда я поспешила к двери. Бросившись к лестнице, я опустила подбородок, мои волосы образовали занавес вокруг лица, укрытие.
В ту минуту, когда я ступила на лестничную клетку, я облегченно вздохнула и коснулась своих губ. Они горели. Поцелуй Форда был как клеймо, обжигающее мою кожу.
Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, затем начала спускаться по лестнице. Моя лодыжка подвернулась на первой ступеньке, но, к счастью, моя рука потянулась к перилам.
— Уф. Возьми себя в руки, Милли. Это был просто поцелуй.
Лучший поцелуй в моей жизни, но… неважно. Позже, вечером, за бутылкой вина, я решу, как я к этому отношусь. Этим утром, прямо сейчас, у меня была работа, которую нужно было сделать.
Поэтому я с трудом сглотнула, убедилась, что твердо стою на ногах, а затем спустилась, ступенька за ступенькой, на первый этаж, на свою встречу.
Аспен Куинн, тренер волейболисток, ждала меня в конференц-зале Джефферсон (прим. ред.: конференц-зал Джефферсон является крупнейшим президентским конференц-залом. Он предназначен для проведения лекций, совещаний или конференций, и вмещает в себя до 65 человек).
— Привет, Милли.
— Доброе утро. — Мои щеки все еще горели. Аспен не могла понять, что меня поцеловали, верно? — Я, эм… — Я покачала головой, разгоняя туман в голове. — Как прошли твои выходные?
— Хорошо. Я отправилась в долгий поход и получила солнечный ожог. — Она кивнула на свое красное плечо. — Хорошо провела выходные?
— Да, было хорошо. Я, э-э, пекла. — С Фордом. И его дочерью.
А две минуты назад он поцеловал меня, и теперь у меня было желание заползти под этот стол и спрятаться. Или забиться в угол. Одно из двух.
Десять лет назад я бы танцевала по коридорам и рассказывала всем, кто был готов слушать, что у Форда Эллиса отличный язык. О, как изменились времена.
Я изменилась. Форд тоже изменился.
Что случилось с тем, что он хотел дружбы? И подождите минутку, я сказала ему, что мне нужно время. Ворвавшись в мой офис и поцеловав меня, он совсем не дал мне пространства, не так ли?
— Милли?
Я моргнула. Дерьмо.
— О, прости, Аспен.
— Ты в порядке?
— Да. — Я вздохнула. — Сегодня понедельник, и этим утром я повсюду. — Отбросив все мысли о Форде в сторону, я сложила руки на столе. — Как дела?
— Пока все хорошо. Все девочки начинают просачиваться обратно в спортзал. Первокурсницы уже здесь и устраиваются в своих комнатах в общежитии.
Большинство поступающих первокурсников смогли попасть в свои комнаты задолго до официального дня переезда в кампус. Спортсмены устраивались, присоединялись к старшекурсникам в команде для тренировок и проводили пару недель в тихих залах. Тогда начиналось безумие осеннего семестра.
Аспен рассказала мне остальную часть своей краткой информации, встреча длилась всего тридцать минут. Обычно наши еженедельные встречи занимали целый час, но в данный момент у нас было относительно спокойно. Это было великолепное время в спортивном департаменте, как медовый месяц, когда все были счастливы, как студенты, так и тренеры.
Это не продлиться долго, но пока я наслаждалась этим.
Частью моей работы было посредничество в любых спорах между спортсменами и тренерами — или, чаще всего, тренерами и другими тренерами. Хотя у Аспен редко с кем возникали проблемы. Она была любимицей, милой и умной. Она любила спорт и всегда была готова к компромиссу. Спортсмены обожали ее, а другие тренеры уважали. Так что, не имея особых официальных дел для обсуждения, мы вместо этого поболтали о новом ресторане в центре города.
 
— Спасибо за рекомендацию, Милли, — сказала она, покидая конференц-зал.
— В любое время. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится.
— Дам. — Она улыбнулась и направилась в свой кабинет.
Я направилась к лестнице, проверяя свой телефон, чтобы узнать, какая встреча была следующей. Слишком сосредоточенная на своем расписании, я завернула за угол и чуть не столкнулась с ректором Круз.
— О, боже мой. Мне так жаль.
Она рассмеялась, поднимая свой телефон в воздух.
— Моя вина. Я шла и отправляла смс.
— Виновата. — Я тоже подняла свой телефон. — Вы, должно быть, направляетесь на встречу с Фордом.
— Да. — Она кивнула. — Я решила, для разнообразия выйти из своего офиса. Провести немного времени, бродя по кампусу. Мне нравится, когда студенты здесь, но сейчас в этом есть что-то особенное, тебе не кажется?
— Предвкушение. — Я улыбнулась. — Возбуждение.
— Да, именно так. — Она указала на мой нос. — Идеальный способ описать это.
— Описать что? — спросил мужской голос.
Курт подошел ко мне, встревая в разговор. Он что, собирался лезть ко мне так весь день?
— О, эм, кампус, — сказала я. — Мы как раз говорили о том, что в это время года в воздухе витает электричество.
— А. — Он натянуто улыбнулся мне, а затем практически оттолкнул меня плечом, чтобы поговорить с Карли. — Доброе утро, ректор Круз.
— Курт. — Настала ее очередь натянуто улыбаться.
— Вы встречаетесь с Фордом? — спросил он.
— Очевидно, все знают мое расписание на это утро.
Его пальцы начали постукивать по ноге.
— Я провожу вас до его кабинета.
— О, все в порядке. Я уверена, что смогу найти его. — В ее тоне была резкость, напоминание о том, что это был ее университет. Что она знала, что к чему. Возможно, я бы не заметила резкость, если бы она не была таким резким контрастом с теплотой, с которой она разговаривала со мной. — Рада была увидеть вас, Милли.
— И я вас тоже, ректор Круз.
Разочарование накатило на Курта волнами, когда она исчезла.
— Что ж, я лучше…
Курт остановил меня, нахмурившись.
— Ты должна позволить мне общаться с Карли.
Не закатывай глаза. Не закатывай глаза.
— Я просто поздоровалась.
— А с Фордом?
О, черт. Может, Курт все-таки не купился на эту уловку с ресничкой в моем глазу.
— Эм. Я, эм…
— Этот сезон критический.
— Я знаю, что сезон критический, — сказала я.
— Ты никогда не говорила мне, что знакома с Фордом.
— Ты никогда не спрашивал. — Вместо этого он нанял Форда, не сказав ни слова остальному долбаному департаменту. — Мы вместе учились в колледже.
И он только что поцеловал меня, но… это ненужные подробности.
Курт поджал губы.
— Мне нужно, чтобы Форд обращался ко мне, если возникнет проблема. У нас не может быть еще одного проблемного года.
У него не может быть еще одного проблемного года.
— Я не пытаюсь вмешиваться…
— Просто держись от него подальше, Милли, — голос Курта повысился.
Я напряглась. Какого черта? Он что, только что… словесно шлепнул меня?
Ага. Меня только что отчитал мой босс. Никогда, никогда, никогда за всю мою жизнь мне не делали выговор на работе. Конечно, у меня было не так уж много начальников, кроме Курта. Но все же.
Я только что попала в беду. Воображаемый розовый листок с таким же успехом мог появиться из воздуха.
У меня защипало в носу. Горло обожгло от подступающих слез.
— У тебя и так забот предостаточно, — сказал Курт. — Сосредоточься на своих программах.