Возрождение Тёмной

Тогда она извернулась, хватаясь за ци солнечного луча и собираясь притормозить. От красоты открывающегося вида у нее перехватило дух. И в это мгновение Молчун ухватил ее за руку и потянул вниз к вишневому саду. Они закружились, олицетворяя вечный танец ветра и огня, и стремительно направились вниз.
Ощутив теплую ладонь на талии, Чживэй потеряла концентрацию и почувствовала, что падает. Она ухватилась за отворот одежды Молчуна, чтобы удержаться, но тот от резкой смены ритма тоже потерял равновесие. Все, что Чживэй запомнила перед падением, это пронизывающий взгляд Молчуна, а дальше они покатились по земле. Каким-то чудом удар не пришелся по телу Чживэй, хотя они прокатились несколько раз, прежде чем замерли.
Чживэй прислушалась к ощущениям в теле: с ней все было в порядке. Она лежала поверх Молчуна, и тот крепко держал ее в объятиях.
– Я в порядке, можешь отпустить, – отозвалась Чживэй с интересом, всматриваясь в его обеспокоенное выражение лица.
Скулы Молчуна покраснели, словно его поймали на чем-то неприличном, и он тут же разомкнул объятия, раскидывая руки на манер звезды.
Выражение его лица быстро сменилось на вопросительное, потому что Чживэй не торопилась подниматься. Нежно перебирая пальцами по его щеке, она игриво провела вдоль линии подбородка.
– Спасибо за спасение.
Молчун резко приподнял ее, снимая с себя и усаживая рядом, и откатился, после чего сел, прижав к себе колени. Выражение красных глаз оставалось непонятным, а вот язык тела просил держаться подальше.
– Прости, – мягко сказала Чживэй.
Ей нравилось его дразнить, потому что он мило смущался.
– Наберешь вишни?
Молчун тут же поднялся на ноги.
– Эй. Я спросила тебя, а не приказала. Ты можешь…
Но Молчун уже начал срывать сочные ягоды, и Чживэй последовала его примеру.
Наевшись вдоволь вишни, они устроились в саду, наблюдая за закатом.
– Быть может, потом я вернусь сюда. Буду бродить среди гор, ловить животных, питаться вишней. Жить в нашей пагоде…
Чживэй опустила взор на свои покрасневшие от сока пальцы.
– Я боюсь, что кто-то умрет. Я обещала защитить семью, я обещала защитить Джию… Я правда пыталась. Я была умна, я использовала силу, но кто-то всегда оказывался сильнее меня.
Поймав проницательный взгляд Молчуна, Чживэй не была уверена, понимал ли он, о чем она. Но главное, он слушал.
– Империя Чжао – глупая шутка. Светлых бы стоило выжечь за все страдания темным, однако любая война – прежде всего война. Десятки, сотни бессмысленных смертей. И даже если чаша весов склонится в этот раз в пользу Темных, то через несколько сотен лет теперь уже жертвами будут Светлые, и они взбунтуются.
Молчун пододвинул руку ближе к ее. Теперь они лежали рядом, хотя пальцы не касались.
– Но темные заслуживают спокойную жизнь. Несколько лет восстановления от страданий. Группы поддержки, принятие себя, ведь никто не заслуживает мир, где кто-то отвратителен просто по факту своего рождения. Нужен мир, где они не просто смогут спокойно жить, но смогут восстановиться от многих лет страданий. Просто мир, где темные могут выбирать искусство или философию, и никто не может отнять у них этот выбор.
Чживэй посмотрела внимательно на Молчуна, ожидая увидеть, что он думает, однако в этот раз он не ответил даже взглядом. Слишком напуган, чтобы мстить? Или так сильно ненавидел, что милосердия в нем больше не осталось? Или прав был Шэнь, и душа Молчуна теперь была пустыней, прикрытой лишь оболочкой?
Его молчание разозлило Чживэй. Соратник, напарник, которого она себе выдумывала в голове, на самом деле был всего лишь не сказавшим ни слова израненным темным.
– Возвращаемся, – холодно сказала Чживэй, поднимаясь с места. И Молчун покорно последовал за ней.
Шэнь не волочился за ней как Молчун, он просто появлялся практически из ниоткуда, требуя все возможное внимание к своей персоне. Это получалось у него даже без каких-либо усилий: едва он приходил, и весь остальной шум приглушался.
– Все еще злишься на меня за белые волосы? – на его лице безмятежная улыбка, но взгляд цепкий.
 
Чживэй избегала его несколько дней после разговора на поляне.
– Хочешь, чтобы я злилась? – она кивнула на два меча в его руке.
– Злость предпочтительнее молчаливого бойкота, – хмыкнул он. – Сразимся?
Шэнь кинул ей меч, и Чживэй проворно поймала его. Шэнь, Лин Цзинь и Сяо До учили ее бою на мечах, но Шэнь, кажется, наслаждался их сражениями. Учителем он был внимательным и дотошным. Каждая его атака могла бы ранить ее, но он не оставил на ней ни царапины.
Чживэй ринулась в атаку. Едва мечи столкнулись, как их лезвия запели в воздухе смертельную мелодию. Движения Чживэй и Шэня были плавными, как вода, и в то же время яростными, как бушующая буря. Каждый удар был точно рассчитан, каждое парирование было танцем смертоносной грации. Взгляд Чживэй был сосредоточен, в то время как Шэнь легко отбивался от серии атак.
Когда Чживэй удалось пробить защиту, ее дразнящий смех разнесся над поляной. Выражение лица Шэня оставалось серьезным, но в его глазах прятался огонек веселья.
На протяжении получаса их мечи встречались снова и снова, сила их атак создавала ударные волны, пробегающие по воздуху, разгоняя отдыхающих на ветках птиц.
Шэнь открылся, и Чживэй воспользовалась шансом. Рывком она взлетела в воздух, изящно перекувыркнувшись через голову Шэня, приземлилась позади него. Мечом она почти коснулась спины, однако он развернулся и «пронзил» ее.
С тихим смешком Шэнь опустил меч и отошел.
– Впечатляет, – в его голосе послышались нотки восхищения. – Ты очень быстро растешь.
Чживэй усмехнулась.
– Конечно, ведь я Избранная, если ты не забыл. Думал, занимаешься с обычным учеником?
– Госпожа Избранная готова послушать о своих ошибках?
– Конечно, Господин Самодовольный Принц. Будьте так добры.
– Ты пытаешься победить силой, а не хитростью. Смотри.
Шэнь встал за спиной Чживэй, провел вдоль ее руки, задержался на локте, приподнимая его, а затем зажал ее ладонь в своей.
– Ты летишь стремительно, нацеливаясь на один удар, который принесет тебе победу, – его голос звучал над самым ее ухом, но Чживэй не отстранилась.
Он сделал взмах ее рукой, она, чтобы устоять, на ногах, прижалась спиной к его груди.
– Теперь нам нужно время, чтобы занять позицию, – Шэнь положил ей руку на живот, помогая вернуть равновесие. – Твоя атака – это все или ничего. Ты ставишь на один удар.
Шэнь слегка сжал ее ладонь в своей, прежде чем отпустить. И когда Чживэй повернулась к нему, он все еще смотрел на ее руку.
– Но победа – череда успешных ударов. Терпение и техника – ключ к победе.
Он поднял на нее взгляд и теперь смотрел серьезно.
– Ведь на каждую силу есть большая сила.
Чживэй увидела в этой фразе возможность залезть ему под кожу и разгадать тайные мотивы.
– Даже императора Чжао?
– Даже императора Чжао, – голос его прозвучал безмятежно.
– Если ты сильнее императора Чжао, – Чживэй впилась в него взглядом, – то кто сильнее тебя?
Шэнь посмотрел на нее странным взглядом, а затем все его эмоции привычно скрылись за улыбкой. Теперь на нее опять смотрел лучезарный принц империи Чжао.
– Я самый слабый принц империи Чжао, ты меня с кем-то спутала, госпожа Избранная.
– И в чем твоя слабость?
– В том, что я один, – хмыкнул он, складывая их мечи в ножны. – Я не смог никого завоевать и никого не убедил встать на мою сторону.
Ей хотелось спросить, что смешного в одиночестве? Вот Чживэй была совершенно одна. Незнакомка в мире, где она была проклятой демоницей, и даже семья, которая у нее могла бы быть, погибла.
– В чем тогда сила? – ответ на этот вопрос ей хотелось знать больше.
– Если за тобой следуют люди, к которым ты не привязан. Вас объединяет цель, и в этой цели ты самое важное звено. И последователи будут готовы пожертвовать собой ради твоего благополучия.