Дураков нет

– Привет, Эсмеральда, – поздоровался Салли, когда за ним и Рубом закрылась дверь.
Миссис Гарольд, конечно, звали Глорией, но Салли звал ее Эсмеральдой уже много лет, поскольку память на имена у него была так себе. Быть может, так звали юную пленницу?
Миссис Гарольд отложила Библию и отказала Салли в улыбке, которой – она это знала – он добивался.
– Гарольд! – рявкнула она в переговорное устройство, и оно с треском ожило над рупорами, закрепленными на деревянных столбах во дворе. – Клиенты!
Салли взял резинового аллигатора из коробки у кассы и осмотрел его.
– Сколько сдерешь за него? – спросил он у миссис Гарольд.
Миссис Гарольд продавала аллигаторов по три доллара и собиралась было сообщить об этом Салли, но, к ее удивлению, Эсмеральда опередила:
– Доллар.
– Окей. – Салли сунул аллигатора в карман куртки и протянул миссис Гарольд доллар. – Тогда возьму. Знаю я одного любителя аллигаторов. Но скажи-ка мне вот что, пока муж не пришел. – Салли доверительно понизил голос и, облокотившись на прилавок, подался к миссис Гарольд. – Только не лги, – предупредил он. – Лгать грешно.
– Христиане никогда не лгут, мистер Салливан. – Миссис Гарольд прищурилась и отодвинулась, чтобы сохранить расстояние между собой и Салли, хотя юная девушка, запертая в ее сердце, наклонилась вперед.
Салли пожал плечами: не стоит спорить. Хочет – пусть хитрит.
– Значит, ответь мне правду, – продолжал он. – Вы занимаетесь этим?
– Гарольд! – рявкнула миссис Гарольд в переговорное устройство.
Салли поднял руки, точно она наставила на него пистолет.
– Что я такого сказал? – спросил он у Руба, тот стоял у дверей с таким видом, будто сейчас описается. – Послушай, Эсмеральда. Поправь меня, если я ошибаюсь, но вы женаты, а значит, в этом нет ничего дурного. Иисус не против, если это с Гарольдом, разве нет?
– Гарольд! – От голоса миссис Гарольд содрогнулись рупоры на столбах.
Салли так и стоял с поднятыми руками, словно сдается.
– Я понимаю, в нашем возрасте приходится сбавить обороты, но совсем останавливаться ни к чему. Раз в пару недель закрылась на обед, отправила помощников по домам, заперла кассу, отвела Гарольда в дальнюю комнату, где никто не увидит… Полезно для тебя. Полезно для Гарольда.
Тут вбежал Гарольд, бледный и запыхавшийся, в сопровождении Дуэйна.
– А, – с облегчением произнес он, оценив ситуацию, – это ты. Я думал, нас грабят.
– Слышал бы ты, какие вещи он мне говорит, когда тебя нет рядом, – спокойно сообщила мужу миссис Гарольд. В присутствии Гарольда ей удалось поймать девицу и отправить ее обратно в темницу сердца.
– Эсмеральда, – произнес Салли, и девушка обернулась на прощанье, – однажды я на тебя обижусь. – Он указал на Библию: – Вот покажи мне, где тут сказано, что надо придираться к людям.
Худшее качество Салли, по мнению миссис Гарольд, заключалось в том, что он передергивал Писание самым непотребным образом. Как правило, у миссис Гарольд находилась цитата из Библии почти на все случаи жизни. Стоило Салли уйти, и она вспоминала десятки подходящих цитат, но при Салли терялась. Вот и сейчас, например, она не могла принять его вызов и показать ему, где именно в Библии сказано, что надо придираться к людям, хотя не сомневалась, что такая цитата есть.
Не успела миссис Гарольд найтись с ответом, как Салли отвернулся от нее и обратился к Гарольду, чем опечалил и ее, и Эсмеральду.
– У тебя сейчас есть что-нибудь, что может меня заинтересовать? – спросил Салли.
– Сломался пикап? – виновато спросил Гарольд.
Он не любил постоянных клиентов. Это означало, что легковушка или пикап, которые он продал, оказались невечными, как ни надеялся Гарольд, что будет иначе. Он понимал, что любой технике, как и любому человеку, рано или поздно приходит срок, но надеялся на лучший мир, где машины, которые он продает людям, работают и работают. Гарольд стыдился всех постоянных клиентов, но особенно Салли, поскольку пикапы тот покупал уже очень подержанные. Гарольд не продал Салли ни одной машины с пробегом менее восьмидесяти тысяч миль. Справедливости ради, он всякий раз отговаривал Салли от покупки. “Ты же вернешься через полгода”, – предостерегал Гарольд. Но полгода казались Салли приличным сроком, поскольку он, будучи по большому счету оптимистом, всегда полагал, что через полгода дела у него пойдут лучше, потому что хуже просто некуда. И разумеется, всегда ошибался – и в логике, и в результате. Пикап, который Салли купит сегодня, окажется еще ненадежнее предыдущего, и Гарольда совсем замучит совесть, а через год все повторится. Гарольд сомневался, что капитализм и христианство совместимы, даже такой капитализм, как в “Автомобильном мире Гарольда”, скромных доходов которого едва хватало на жизнь Гарольду и миссис Гарольд, угрюмому автомеханику, полуслепому старику-продавцу и трудному подростку.
 
Салли сообщил Гарольду, что пикап сдох сегодня утром, описал его состояние, и Гарольд произнес с надеждой:
– Может, у тебя просто сгнили провода аккумулятора?
– Может, – согласился Салли. – Но дело не в них.
Они вышли наружу, Руб тащился за ними на почтительном расстоянии, еще дальше на заднем плане маячил Дуэйн.
– Откуда ты знаешь? – спросил Гарольд.
Салли задумался. Наверняка он, конечно, не знал, но в том, что пикап сдох именно сегодня, был фаталистический смысл. Вчера ему предложили работу, для которой нужен пикап, – следовательно, пикап просто обязан был сдохнуть. Увязнув в глупой полосе, Салли верил в извращенность космического закона, управлявшего такими вещами.
– Предчувствие, скажем так, – ответил Салли.
– Давай я все-таки посмотрю, – предложил Гарольд. Не то чтобы он не верил в предчувствия, но предпочитал на всякий случай проверить. – Пошлем Дуэйна, он притащит пикап.
– Было бы хорошо, – сказал Салли, рассудительность Гарольда его ободрила.
– Вы знакомы с Дуэйном? – спросил Гарольд, застав мальчишку, не ожидавшего, что его представят, с пальцем в носу. – Съезди за пикапом Салли и привези его сюда, – велел Гарольд.
Дуэйн кивнул и направился к эвакуатору.
– Дуэйн! – окликнул его Гарольд. – Ты хоть знаешь, куда ехать?
Дуэйн вернулся.
Салли назвал ему адрес на Верхней Главной и сказал, что пикап ожидает у тротуара.
– Какого он цвета? – спросил Дуэйн.
Зеленый, ответил Салли.
– И выглядит так, будто его не стоит везти в ремонт, – добавил он.
Дуэйн ушел, и Гарольд улыбнулся.
– Минуту назад он собирался ехать за пикапом не знаю куда. А когда ты сказал ему, где стоит машина, ему вдруг понадобилось полное описание.
Руб вытер ладонь о штаны.
– Он ковырялся в носу, а потом пожал мне руку, – пробурчал он.
– Вот что тебе надо купить. – Проходя мимо свалки автомобилей, Гарольд указал Салли на прислоненный к проволочному забору снежный плуг. – Бывший его владелец зарабатывал неплохие деньги, расчищая дорожки.
– Тогда почему продал? – спросил Салли.
– А он и не продавал, – пояснил Гарольд, – продала его вдова. Я купил его на аукционе.
– Проблема в том, что у меня нет пикапа, некуда его прикрепить, – указал Салли, хотя предложение его заинтересовало. В Бате на коммунальных службах всегда экономят, а снег выпал уже в ноябре, потому купить плуг не такая уж плохая идея. – А толкать его самому, без машины, у меня не хватит сил.
– Если надумаешь, сделаю тебе скидку, – пообещал Гарольд и назвал Салли сумму немногим выше той, которую отдал за плуг на аукционе. – Только не затягивай.
– Чтобы купить и пикап, и плуг, мне пришлось бы ограбить банк, – сказал Салли.
– Некоторые берут в банке кредиты, – заметил Гарольд.
– Не такие, как я, – сказал Салли. – Банки любят, чтобы у тебя имелось приличное имущество, которое можно отнять, если тебе не повезет.
Сейчас у Гарольда было всего два пикапа. Один в неплохом состоянии. Салли решил опробовать второй. Тот оказался чуть лучше нынешнего, сдохшего.