"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Остро ощущалось отсутствие соответствующей культуры производства. Да и откуда её взять, эту культуру, если большинство рабочих ещё вчера были крестьянами. Самой распространённой была отмазка — хотел, как лучше, а самыми любимыми присказками — авось, небось, и так сойдёт.
Так вот, размышляя на эту тему и вспомнив свой эксперимент в школе по поднятию интеллекта, я решил попробовать провести подобный эксперимент на заводе Авиаприбор, который шефствовал над детдомом Веры Ватутиной. Нужно будет подежурить на заводских проходных и ставить всем входящим и выходящим сначала метки, а потом, группируя их по кластерам, ставить программу настройки мозга с нулевым допуском к дополнительным возможностям, то есть вариант ПНМ-0. Постановка метки энергии забирает мизерное количество. Ста единиц маны хватит на одну тысячу человек. Постановка ПНМ-0 той же тысяче, объединённой в один кластер обойдётся мне не более, чем в одну тысячу единиц, вряд ли больше. Впрочем, что гадать, практика покажет.
Изменения должны будут быть заметны уже через месяц у молодых и через полгода даже у тех, кому за пятьдесят.
В ворота постучались. Это оказалась Вера с подружками.
— Здравствуйте, Василий Васильевич.
— Доброе утро, — ответил я на приветствие девочек, — проходите. Вера, представь мне своих подружек.
— Дуся и Маша, — ответила Вера.
Девочки сделали неуклюжий книксен.
— Никаких буржуазных замашек, — отмёл я их представление и протянул руку сначала Евдокии, затем Марии, — Василий.
Пожав девчонкам руки и поставив сразу обеим метку, а потом и магему диагностики, я обратился к Яну:
— Проверь их на магический дар.
Обращаясь к Вере, сказал:
— Проходите на летнюю кухню, сейчас будем завтракать.
Тут во двор из дома вышла Даша, как раз только вчера вернувшаяся из Горького и Вера повела подружек к ней знакомиться.
— Ну, что? — спросил я тем временем Яна.
— Пусто, — ответил он.
Что же, результат был ожидаемым. В Содружестве, маги встречались в среднем один на десять тысяч и почти все они жили в империи магов. В других странах содружества они были обязаны пройти регистрацию, и были на строгом учёте у спецслужб. Никакой самодеятельности не допускалось, любое магическое действие должно было быть обосновано и разрешено в соответствующих инстанциях, прежде, чем быть применённым.
Подоспели отчёты по диагностике. В целом, девочки были здоровы, но ПНМ-0 и зубные магемы я им поставил. Сила и ум им не помешают. Кстати, нужно будет сходить к ним в гости и поставить ПНМ-0 всем детям. Им и так в жизни не сладко пришлось, а что их всех ещё впереди ждёт, один бог ведает.
После завтрака, накормив девочек, зашёл с ними на рынок, где каждой купил по небольшой корзине, куда они складывали покупки: кулёчки с малиной и смородиной, ранние яблоки, пучки зелёного лука и редиса, пару кружков колбаски, стеклянную банку творога, пару бутылей молока и хлеб. За тару пришлось слегка переплатить, иначе не отдавали.
Всем троим, купил новые сандалии и по нескольку пар носков, после чего проводил их до дому. Прощаясь, Вера ухитрилась поцеловать меня в губы, за что получила по попе, но, тем не менее, осталась очень довольной. Хохоча во все горло, весёлая троица скрылась за воротами, а меня обступили с пяток парней. Вперёд выдвинулся их лидер.
— Слышь, ты, фраер, — процедил он мне сквозь зубы. Ты чего к нашим девчонкам клеишься?
— Вы из этого же детдома, да? — спросил я, заставляя лидера сказать правду.
— Да, — ответил он, — тараща глаза, удивляясь, почему он вообще стал отвечать мне.
— Веру Ватутину я хочу взять под свою опеку, — ответил я. — Завтра после работы иду к вашему директору. Своё согласие Вера уже дала. А остальные девчонки просто её подруги, мы сходили на рынок, где я купил им еды.
— Врёшь! — с неожиданной злобой сказал один из парней. — Врёшь ты всё.
Он не стал больше ничего говорить и попытался меня ударить. Я ткнул пальцем ему в солнечное сплетение, и парень согнулся, выдохнув весь воздух, а затем, судорожно пытаясь вздохнуть. Это послужило сигналом для остальных, и они скопом бросились на меня. Пришлось переходить на ускорение и успокаивать более радикальными средствами. Через минуту все валялись на земле. Кое-кто успел вытащить ножи и кастеты. Отобрал их, у кого нашёл и предупредил, что, если Вера на кого пожалуется, тот поедет на Колыму, осваивать восточные рубежи нашей родины, причём добровольно и лет на десять. Потом на их глазах разломал и ножи, и кастеты и бросил на землю. Заодно, поставил им ПНМ-0 и зубные симбионты.
 
* * *
Пока шёл домой, обдумывал пришедшую в голову мысль. Решил обсудить это с Яном.
— Учитель, — обратился я к нему, — нельзя ли зубной симбионт подключить к ПНМ, чтобы она шла с ней в паре на автомате?
— Конечно, можно, — ответил он. — принцип объединения различных плетений в магемы и блоки, а затем в магические конструкции один и тот же. Создаёшь блок управления, присоединяешь к нему копию ПНМ-0 и копию зубного симбионта. Потом дорабатываешь блок управления именно этими двумя объектами. И всё, как обычно.
Тут же, не откладывая на долгий срок, присоединил зубной симбионт к ПНМ-0, назвав полученную конструкцию ПНМ-плюс.
Когда я вернулся, меня на летней кухне ожидала Алевтина. Дарьи не было.
— Привет, ты как здесь очутилась? Тебе Даша ключи дала?
— Привет, — поздоровалась со мной Аля. — Даша ушла к своему жениху.
— А где он у неё живёт сейчас? — поинтересовался я.
— В какой-то гостинице, — ответила Алевтина, — я толком не интересовалась.
Она подошла ко мне, обняла и нежно поцеловала.
— Спасибо тебе, Васёк, — сказала она, — как жаль, что ты ещё совсем юный и я для тебя старовата. Я была бы тебе верной женой, но видать не судьба. Теперь, я полагаю, у меня будет выбор, и в невестах я не засижусь. Мы тут с Дашей прогулялись кое-куда. Пока шли, все встречные мужики с нас глаз не сводили, головёнки свои чуть не пооткручивали. Даша меня всю обсмотрела и так и не поняла, что у меня изменилось. Я так думаю, что это не внешность моя изменилась, а моя душа. Нам это незаметно, а людям со стороны видно. Скажи, Вася, как ты это делаешь?
— Что это?
— Делаешь девушек красивыми.
— Ничего я не делаю. Вот глупые девки, вбили себе в голову какую-то чушь. Я не отрицаю, что вы стали красивыми, но я тут ни при чём. Мне кажется, что это что-то меняется в ваших головах, ваше отношение к жизни, может быть. То, что с вами происходит — загадка для меня. Может я как-то повлиял на вас, но я ничего специально не делал, да и что я мог сделать-то, подумай сама, Аля.
Алевтина помолчала, потом сказала:
— Я не хочу в должниках у тебя оставаться, а чем отплатить, не знаю. Больших денег у меня нет, а те, что есть предлагать тебе смешно. Может, ты сам подскажешь, что тебе нужно. Если смогу, то помогу.
— Спасибо тебе, Алечка, добрая ты душа. Я рад, что услужил тебе. Мне лично ничего пока не нужно. От Даши я скоро съеду. Перееду жить в общежитие. Послезавтра у меня первый вступительный экзамен. Надеюсь справиться с заданием. На работе у меня тоже все хорошо, я уже почти со всеми работниками познакомился.
Тут я вспомнил про свою знакомую детдомовку и сказал:
— Есть у меня подружка малолетняя, Вера Ватутина, я тебе рассказывал о ней. Если бы ты пришла сегодня пораньше, то застала бы её. Она приходила ко мне утром с подружками. Я хочу её из детдома забрать и отдать в школу, дальше учиться. Хотел её удочерить, та, ни в какую. Не дам, говорит своего на то согласия. Я, говорит, замуж за тебя выйти хочу.
— А сколько ей лет? — спросила Аля.
— В августе 15 исполняется.
— И что ты хочешь?
— Опеку хочу оформить. Я узнавал, с опекой все намного проще, нужно только жилье иметь, чтобы опекаемой было, где жить.