Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 Компиляция (СИ)

  
Глава 30
 
Обойдя «Летящее Облако», которое было готово к отлёту, Лотар обнаружил, что правое, самое пострадавшее крыло, перебрали довольно аккуратно. Он был уверен, что так же аккуратно был отремонтирован весь привод крыльев и рули. Но вот что касается корпуса — тут сил у корабельщиков не хватило, они просто поставили пару грубых заплат. И конечно, нагрузили корабль под самые световые люки, чтобы как можно дольше лететь без всяких дозаправок и посадок. У Лотара даже сложилось впечатление, что часть ремонта Купсах решил сделать в воздухе, просто чтобы не терять времени.
Джимескин был уже на борту. Он располагался с лихорадочной поспешностью, отдавая приказания нанятому на Шонморе новому телохранителю и попутно — Шивилеку, хотя, с точки зрения Лотара и, наверное, Рубоса, едва ползал по палубе. Впрочем, он был вполне доволен, настроение его поднялось.
Рубос тоже это заметил. Он хмыкнул и что-то сказал Бостапарту, юноша рассмеялся. Лотар с лёгкой завистью подумал, что между его старым другом и учениками установились вполне непринуждённые отношения.
Стоп, у него уже нет мальчишек. Остался только Бост — не потому ли он взял под своё покровительство Санса? Он не знал ответа, да и не хотел над этим думать, у него было много других, более насущных проблем.
Когда они приближались к кораблю, их догнал запыхавшийся Сухмет:
— Вещи скоро принесут, господин мой.
— Вещи? — Лотар нахмурился. — Ах, ну да, вещи.
Лотар оглянулся. У стен замка стояли почти все обитатели долины. И конечно, девушки — Бетия и Жарна.
Лотар почувствовал, что в лицо ему дохнуло слабым жаром, словно песчаным ветром пустынь Южного континента. Он будет вспоминать эту девушку, или?.. Или ещё не всё кончено, и у него когда-нибудь появится возможность поговорить с ней?
Жители острова не скрывали своего настроения, Лотар без труда уловил и сожаление, что такие интересные гости уезжают, и радость, что удалось на них подзаработать, и облегчение от того, что теперь всё пойдёт по-прежнему — неспешно и без лишних волнений.
Скорее всего, именно это и привело его к решению, о котором он думал почти всю ночь. Лотар принял решение и почувствовал, что ему становится чуть-чуть легче. Если бы ещё знать, что он прав…
Сухмет поднял голову и с тревогой посмотрел на Желтоголового. Он, конечно, почувствовал, что происходило с Лотаром.
Они подошли к сходням корабля. Сверху на них смотрел Джимескин.
— Наконец-то, а я уж подумал, что нам придётся и следующую ночь провести в этой всеми забытой долине. — Джимескин внимательно посмотрел на Санса. — Кстати, ты совсем ничего не сказал мне про обследование нашего бывшего лейтенанта.
— Ну, обследование не входило в наши планы, мы хотели его использовать и, возможно, вылечить. Что и сделали.
— А именно?
Лотар пожал плечами:
— Это уже не имеет значения.
— И всё-таки я хочу быть уверенным в том, что не ошибусь, когда буду принимать решение относительно Санса.
С какой стороны ни посмотри, это резонно. Правда, Лотар полагал, что решение относительно Санса будет принимать он. Но спорить об этом не имело смысла.
— Ну, выяснилось, например, что это он пытался совершить покушение на Присгимула.
— Что? Это был я? — Санс побледнел так, что белый ворот его рубахи показался тёмным, как подтаявший снег. — Но я ничего не помню. Я лёг спать на сено и очнулся снова на сене.
— Так, — зловеще протянул Джимескин. — И ты ещё хочешь взять его с собой?
— Технически это был он, — спокойно продолжил Лотар. — Но практически его подтолкнул тот, кто потребовал от него этой и других услуг задолго до того, как он стал понимать, на что его толкнули.
— Всё равно, он впустил в себя предательство, и…
— В его случае это можно рассматривать как болезнь. Сейчас он здоров и предан делу куда больше, чем остальные. Не забудь — тот, кто переболел, приобретает иммунитет.
— Нет, — очень жёстко ответил Джимескин.
Лотар пожал плечами. Хорошо, он так и думал.
— Ладно, я просто думал, что он будет полезней на борту. Но если ты так настроен против него, он останется со мной.
 
Над кораблём и над всеми, кто мог слышать Желтоголового, повисла неуверенная тишь. Лотар мог бы потрогать её руками — настолько она была осязаемой.
Джимескин медленно повёл головой, словно ему сдавило шею или грудь.
— Что? Я не ослышался?
— Нет, ты не ослышался. Я согласен, пусть Санс остаётся со мной. Более того, я думаю, это в самом деле наилучший выход.
— Я говорю не о Сансе. Я говорю о тебе. — Банкир снова повёл головой. — Я не ослышался — ты выходишь из игры?
Лотар предвидел такую реакцию на своё решение остаться на Шонморе.
— Нет, я взялся за это дело, и я его продолжаю. Просто мне кажется…
— У нас есть совершенно достоверные данные, что делать дальше. У нас есть следующая точка, где, скорее всего, находится третья линза, а ты остаёшься? К тому же до первых боёв между наступающими армиями и слабыми — чего уж тут скрывать? — совершенно декоративными заслонами Присгимула и союзными отрядами Вернона остались считанные дни… Нет, вполне возможно, они уже вступили в дело, и там, на восточной границе нашего мира, льётся кровь, которую ты взялся не допустить. А ты остаёшься тут?
А он умеет быть красноречивым, подумал Лотар. Я совсем забыл об этом, пока мы болтались между небом и землёй.
— Я остаюсь, так лучше для дела, — он опустил голову. — Вернее, я надеюсь, что так будет лучше.
Джимескин оглянулся на Шивилека, ища поддержки, и попробовал успокоиться.
— Хорошо. Давай так, может быть, ты объяснишь своё решение, и я пойму его. Тогда я и сам, возможно, останусь, чтобы помочь тебе всем, что в моих скромных силах.
Лотар пожал плечами и оглянулся. От толпы наблюдающих за ними шонморцев отделились три человека. Они несли две сумки, которые Сухмет брал с собой, пока они жили в замке КамЛут, и берестяной короб с подарками от Афиса. Это были, конечно, простые предметы, изготовленные местными мастерами, но Афис настоял, чтобы Лотар взял их с собой. Возможно, таким образом он извинялся, что вторая линза найдена в его доме.
Но Джимескин расценил движение Лотара совсем иначе. Он всплеснул руками:
— Ну это надо же! Мир висит на волоске, сотни тысяч людей могут погибнуть в ближайшие несколько недель, а Непобедимый, который может этого не допустить, увлёкся деревенской красоткой и отказывается выполнять свой долг!
Лотар так удивился, что даже не смог больше ничего объяснить. Он просто расхохотался, хлопнув в ладоши перед собой.
Смех Желтоголового сделал дальнейший разговор совсем невозможным. Джимескин просто повернулся на каблуках и ушёл, не простившись. Носильщики с мешками и коробом ещё не успели подойти к «Летящему Облаку», а Купсах уже выкрикивал команды, заставляя не очень обученный и потому нерасторопный экипаж поднять корабль в воздух.
Рубос проводил взглядом скрипящее, напряжённо вздрагивающее, как живое, тело корабля и подошёл к Лотару:
— Желтоголовый, а мне ты можешь объяснить, почему мы остались?
— Да ну их, без них будет проще, старина.
Перед Желтоголовым стояли Сухмет, Рубос, Бостапарт и Санс. И никто из них не понимал, почему они остались тут, а не отправились в Новолунгмию на «Летящем Облаке». Значит, придётся объяснять.
Лотар вздохнул и перевёл взгляд на стены замка. Там царила лёгкая суматоха. Никто из жителей острова Шонмор, и прежде всего сам Афис КамЛут, не знал, как отнестись к тому, что эти странные пришельцы никуда не улетели.
Лотар задумался и сказал:
— Ну, знаешь, Рубос, восточные армии действительно подошли очень близко. Искать на дальней конце Запада новую линзу, убеждаться, что её не существует, возвращаться, затевать здесь новые поиски — на всё это у нас уже нет времени. Поэтому лучше уж попробовать решить всю проблему разом — тут, на острове.
— Но почему тут? Почему, например, не в Задоре?