Я (не) продаюсь (СИ)
-Нюююш?
Вскидываю голову, размазывая слёзы по лицу. Олька! Хочу улыбнуться, но выходит какая-то жалкая гримаса.
-Привееет! Ну ты чего? Что случилось? Ты как тут очутилась? Чего не предупредила то?
-Я...Я писала вчера...И звонииила...- тяну, заикаясь и всхлипывая.
-А, блин! А я у Лешки ночевала, телефон у него забыла и на работу уехала. Ясно теперь. Хорошо, сегодня решила дома остаться, как чувствовала! Везучая ты, Нюш, - она садится рядом и притягивает меня к себе, крепко обнимая.
- Везууучая…Скажешь тоже! – продолжаю громко шмыгать носом. А потом до меня доходит всё, что она сказала.
-Стоп! Какого такого Лешки?- всхлипываю возмущенно.
Даже плакать на пару секунд перестаю. Это что значит? Пока я там каталась, у неё уже какой-то Лешка нарисовался, а мне даже и не сказала ничего. А я ведь ей всё докладывала…Коза!
Олька как-то сразу тушуется и розовеет.
-Ой, ну там...Пойдём, короче, домой. Я тебе всё расскажу, а ты мне расскажешь...Пойдём, да? У меня как раз и вино есть.
-Пойдём, я уж думала, к маме придётся ехать,- жалуюсь, вставая.
-Ооо,- хихикает Олька,- Кто-то был в шаге от очередного подстроенного свидания с Юриком.
-Ага,- невольно смеюсь вместе с ней,- Уже готовилась морально про виды дренажей слушать.
Оля ржёт в голос. Всё-таки хорошо, когда есть друзья.
****
* * *
Никогда ещё я с такой тщательностью не собиралась на работу. Подскочила в шесть за час до запланированного звонка будильника, минут сорок натирала себя в душе. Сделала укладку, хотя чаще всего ограничивалась ничем не примечательным конским хвостом, и уже в третий раз стирала и заново наносила дневной макияж, занимая ванну и слушая недовольное сопение Оли под дверью. Сама себя высмеивала, дрожащей рукой поправляя едва заметную стрелочку на верхнем веке, но ничего поделать с маниакальным желанием выглядеть идеально не могла.
Ну ты ведь не увидишь его, Нюш. Ну не увидишь! Просто придешь забрать трудовую, передашь окончательно дела какой-то Марине, которую нашли вместо тебя, и уйдёшь. Даже поболтать ни с кем не успеешь, если сама не захочешь, конечно. А я вряд ли захочу. Официальная версия моего двухнедельного отсутствия на работе - командировка в Сочи, в котором я ни разу к стыду своему не была. Так что, если я хочу избежать неловкости и вопросов, на которые я без понятия как отвечать, лучше ретироваться сразу после вручения мне подписанной трудовой.
-Нюш, ну не наглей, а? Я конечно всё понимаю, но мне так то тоже на работу,- скулит Оля под дверью.
Чмокаю губами, распределяя помаду.
-Всё. Я всё, не скребись,- покидаю, наконец, ванную, предоставляя её в распоряжение законной владелицы.
-Красотка, Нюш,- улыбается Оля, придирчиво оглядывая меня, разглаживает несуществующую складочку на плече белой блузки,- Тигруля твой себе все локти искусает.
-Ой, Оль, ну не надо, правда,- раздраженно отмахиваюсь от неё.
-И он не мой,- добавляю тихо.
-Исключительно по твоей глупости, Акунина,- заявляет Замчалкина авторитетным голосом и хлопает дверью в ванную.
Я поджимаю губы, проглатывая желание опять начать спорить. Все равно времени уже нет. Опоздаю.
Да, Оля моего решения расстаться с Керефовым мягко говоря не поддержала. Точнее, обозвала меня полной дурой. Не то чтобы она видела какие- то далекие перспективы в этих отношениях, но искренне не понимала, почему бы сначала не дать Тиграну отремонтировать мою погоревшую квартиру, самому закрыть все кредиты, помочь с бракоразводным процессом, достроить маме дачу, да и машину мне бы уже поменять не мешало, а то моему любимому кашкаю седьмой год, и он начал с пугающей периодичностью ломаться. Пока по мелочи, но...Я слушала и только глазами хлопала. Мне такое даже в голову не приходило.
-Ну и сама говоришь, что секс- огонь. Так чего ты кочевряжишься,- вопрошала Оля в вечер моего приезда, сидя на своей пятиметрой кухне и допивая третий бокал ,- Для него твои проблемы и не проблемы вовсе. А ты бы хоть передохнула годик с нормальным мужиком от жизни бабы, в избу горящую входящей и лошадей с наскоку останавливающей.
-На скаку,- машинально поправляю я. Но Замчалкина только отмахивается и продолжает.
- Могла б сейчас вообще не работать, на второе высшее пойти. Ты же хотела? На курсы языковые там или...ну не знаю, Нюш. Да хоть просто полгода в СПА пролежать, выдохнуть, женщиной себя настоящей почувствовать. Ну? А там бы потом и расстались полюбовно, когда обоим надоест. Нет, надо блин дядьке загнать про вечную любовь и белую фату. Что за гордость с голой попой? - фыркает Оля и подхватывает сырную нарезку.
-То есть ты считаешь, что он такой дурак, что не понял бы, что я его просто использую?
-Нет. Я считаю, что его все используют, и он давно привык,- хмыкает Оля,- а за минет от блондинистой Татлим может и только рад быть использованным.
И она подмигивает мне и начинает хихикать. А я сижу-краснею. И зачем я ей только рассказала? Надо было молча спать пойти.
-В общем, звони - не тупи, тигру своему бородатому,- по столешнице ко мне медленно ползёт телефон,- Жалеть позже будешь, в новом ремонте и мерседесе.
Самое смешное, что позвонить я и сама хотела, или хотя бы написать. Хотя бы... Целый вечер гипнотизировала лежавший рядом с левой рукой гаджет. Пальцы противно зудели от желания набрать простое "привет". И, может быть, если бы это он меня бросил, я бы после второго бокала так и сделала. Но меня останавливало именно то, что это было моё решение. И как-то странно теперь напоминать о себе.
Ну вот что я скажу? Что передумала? Нет, я не передумала. А после Олиных вариантов использования Тиграна не передумаю точно. Ведь она права, он привык, что все заинтересованы в нём из-за денег. Даже наши две недели были лишь выгодной сделкой. А я не хочу так. Не нужно мне больше от него ничего. Сам бы пришёл только... А звонить "просто поболтать"....Так Тигран верно сказал - он мне не подружка. Подружка вон – напротив сидит и на глупость подбивает.
Аккуратно отодвигаю телефон, словно это ядовитая змея. Нет, звонить я не буду. Оля, тяжело вздохнув, следит за моим жестом.
-Что, так плохо всё, Нюш?- от шутливости в её голосе не остаётся и следа.
-Да.
* * *
В выходные, чтобы избежать поездки к маме, я согласилась отправиться на дачу к Леше, новому ухажеру Ольки, у которого в воскресенье был день рождения. Леша мне понравился: серьёзный немного полноватый мужчина примерно сорока лет, с умными глазами, обаятельной улыбкой на гладковыбритом лице и хорошим чувством юмора. Юрист, специализирующийся на уголовном праве, два года как вдовец, дочка Катя двенадцати лет, забавная и воспитанная девочка на пороге первой юности. Познакомились они с Олей в интернете. "Ну а где ещё отцам-одиночкам знакомиться, не в баре же. У них в девять отбой, завтра в школу,"- шутил Леша, и я, смеясь, почти забывала, что внутри разрастается чёрная дыра.
Дача Лешина мне тоже понравилась. Очень. И больше всего своей уединенностью. Не просто садовый участок, захламленный старыми диванами, а добротный двухэтажный дом на краю карельской деревни на самой границе с Финляндией. За домом сразу лес, даже забора не надо, вековые сосны кругом, грибы прямо под ногами, ягоды. В паре шагов озеро с собственным пирсом. На нём я и просидела почти все выходные, устремив невидящий взгляд на зеркальную водную гладь, в которой клочками отражалось удивительно чистое для октября небо. В праздновании дня рождения почти не участвовала, хоть меня и зазывали. Съела один кусочек шашлыка из вежливости и снова убежала к озеру. Про меня и забыли. Неудобно конечно было немного, так себе из меня гость вышел, но сил смеяться и улыбаться просто не было, а Леша оказался из понятливых и вроде бы не обиделся. В общем и целом, первые мои выходные после поездки прошли лучше, чем я ожидала. Хотя, возможно дело было в том, что я до сих пор не могла полностью прочувствовать, что это конец. Было ощущение, что сейчас он позвонит и позовет куда-нибудь. Или просто спросит как дела, или хотя бы пожелает доброго утра или спокойной ночи. Но Тигран не звонил и ничего не желал. Я и могла бесконечно греть в руках свой телефон, боясь его оставить хотя бы на секунду. Это ничего не меняло.